Когда замуж, Инка? - Лиззи Дамилула Блэкберн

– Да неужто?

Донован лезет в мою коробочку за куском курятины, который он туда уронил. В этот момент начинает вибрировать мой телефон.

– Это твой не появившийся друг? – спрашивает он, когда я стукаю пальцем по экрану, чтобы прочесть сообщение Наны. Она осталась ночевать у своей сестры.

– Не появившийся?.. – недоумеваю я, а потом соображаю, что он имеет в виду Алекса. – Нет, не он. – Я вытираю с ладоней соль и жир.

Донован тоже достает телефон.

– Черт! – Он вскакивает. – Мне пора.

Я вспоминаю свой волонтерский порыв на прошлой неделе. Донован меня, конечно, раздражает, но я все равно осталась довольна. Погрузилась в ощущение славных былых времен, когда волонтерствовала гораздо чаще.

Я встаю.

– Я передумала. Все-таки тоже пойду помогу бездомным.

Донован, глядя на меня, щурит глаза.

– А кто будет готовиться к собеседованию?

Я пожимаю плечами.

– Оно когда еще будет, только в понедельник!

– Тебе виднее. Только нам придется поторопиться.

Я бросаю свою коробочку из-под курицы в ближайшую урну.

– Признайся, – обращается ко мне Донован, на шее у которого от быстрой ходьбы мотается туда-сюда золотая цепь, – ты пошла, потому что тебе нравится моя компания.

– Я тебя умоляю!.. Ты о себе слишком высокого мнения.

Донован запрокидывает голову и хохочет. Ничего не могу с собой поделать – вижу ямочки у него на щеках.

Если хочешь знать мое искреннее мнение…

Пятница

Рейчел:

Привет, девчонки.

Вопрос: как с планами на мой девичник?

Не забудьте, я хочу шикарный послеполуденный чай

И чтобы побольше шампанского

Рейчел:

Эй, прошло больше часа

Почему мне никто не отвечает?!!!

– Тебе не пора наверх? – напоминаю я Рейчел. Но она засмотрелась на Петроса – брюнета с божественным телосложением, старательно демонстрирующего Нане свою квалификацию модели.

Помещение – далеко не «Ритц». Его избавили от стульев, столы сдвинули к стене, но подиум все равно узковат. Пока не дадут о себе знать богатые друзья тетушки Блессинг, придется довольствоваться всего-навсего офисом в местной благотворительной организации за 20 фунтов в час.

Рейчел наматывает на палец локон.

– У меня все заметано. И потом, не стану же я смущать всех этих доморощенных моделей.

Я фыркаю и прикрываю ладонью рот. Нана уже шипела на нас – мол, не шумите.

Я озираюсь. У одной стены сидят пять женщин разного телосложения и полноты, у другой – пять таких же не похожих друг на друга мужчин. Вдохновленная показом мод Рианны, Fenty Fashion Show, Нана хочет, чтобы в ее моделях увидели себя как можно больше людей. Уже пять минут она вызывает их, и они показывают свое умение под звуки энергичного афробита.

Убедившись, что Нана смотрит не на нас, я наклоняюсь к Рейчел.

– Как продвигаются свадебные планы?

Она отрывает взгляд от задницы Петроса.

– Выбрано почти все, кроме моего платья. Ты же поможешь мне его подобрать в следующий понедельник?

– Обязательно.

– А вы планируете тем временем мой девичник? Почему не отвечали на мое сообщение в беседе?

– Не волнуйся, кузина. Ола, Нана и я тебя не подведем. – На самом деле мы всего лишь создали отдельную беседу, в которую почти не заглядываем.

– Кстати, об Оле. – Рейчел проверяет свой телефон. – Она вот-вот явится. – Она опасливо косится на меня. – Вы уже помирились?

Я качаю головой.

– Еще нет. – Нана вызывает следующую модель. – Надеялась поговорить с ней прямо сегодня. С глазу на глаз. – Я ерзаю на месте. Очень не хочется оплошать.

– Тем лучше. – Рейчел ловит на лету упавшую с ее колен сумку. – Не хватало, чтобы подружки невесты сцепились прямо у меня на свадьбе. Кстати, то, что я говорила про Олу и Джона…

– Я никому ничего не скажу.

Мы улыбаемся друг дружке, потом я переношу внимание на середину комнаты, где расхаживает модель привлекательной внешности с огромной рыжей шевелюрой. Через секунду раздается звонок в дверь.

– Наверняка Ола, – говорит Рейчел, вскакивая.

– Лучше я. – Я тороплюсь по коридору мимо кухни, где уборщица ставит в посудомоечную машину использованные чашки.

Звонок никак не уймется. Я вижу через стеклянную дверь хихикающих детей Олы, но не ее саму. Я отпираю замок, распахиваю дверь.

– Тетя Инка, тетя Инка! – Ребятня виснет на мне. Младший, Дэниэл, обнимает одно мое колено, средний, Джекоб, тискает другое. Старшая, Рут, обнимает меня за талию, я целую ее косички.

– Привет, милые. Где ваша мама?

Джекоб и Дэниэл, не обращая на меня никакого внимания, убегают в глубь здания, Рут бежит за ними.

– Никакой беготни, слышите?

Я оглядываюсь на голос Олы.

– Ола! Твои волосы!..

В кое-то веки Ола сделала себе прическу, как у певицы Ари Леннокс, хотя у нее афрохвост покороче. Для меня непривычно видеть Олу без парика. Можно подумать, что она изображает меня, а я ее.

– Дети не останутся, – говорит она, приобняв меня чисто для порядка. – Моя мать не может сегодня сидеть с детьми, а меня надо было подбросить сюда, так что не было выхода, пришлось взять их с собой. – Она шагает мимо меня, цокая каблуками сапожек.

– Просим прощения за опоздание. – В двери появляется Джон в синей куртке Barbour и бежевых слаксах.

– Привет, Джон, как дела? – Помня просьбу Рейчел, я обнимаю его, потом поправляю на себе блузку.

– Все в порядке, благодарю. – Он моргает. – Опять новая прическа!

В следующее мгновение я понимаю, что у меня за спиной стоит рыжая манекенщица с сигаретой и зажигалкой.

– Прошу прощения, – говорит она. Я пропускаю ее и оглядываюсь. Ола, собравшая детей, угрожающе смотрит на Джона.

– Дети, попрощайтесь с мамой, – говорит он.

Ола становится совершенно другой, когда прощается с детьми: она громко и радостно чмокает каждого.

– Пора идти, дети. До скорого, красавица. – Муж целует Олу в щеку, и она, как девочка, смотрит в пол, пряча улыбку.

– За мной, мелкота! В «Макдоналдс». – Дети поднимают радостный крик. – Пока, Инка.

– Пока. – Я закрываю за ними дверь и, запирая замок, обдумываю свой следующий шаг. Главное – краткость и вежливость.

– Ола… – Я поворачиваюсь. – Мне…

– Прости. – Погоди-ка, она что, извиняется?

– Прости, – повторяет она. – Я погорячилась. Так нельзя. Иногда я бываю скандалисткой. – Похоже, это говорится искренне.

– Нет, это я должна просить прощения. Я наговорила в «Нандо» глупостей. Я не хотела, Ола.

– Ну и ладно. – Она пожимает плечами и умолкает, я тоже молчу.

Не пора ли броситься друг дружке на шею?

Я пробую воду