Вопреки - Ирина Саррис

Всё, что он смог выдавить из себя:

— Позовите Розалию ко мне, — а затем устало плюхнулся на стул и опустил голову.

Мистер Агмунд лишь торопя поклонился и поскорее вышел.

* * *

Я затряслась, когда меня позвали в кабинет графа Ярла. Было очень плохое предчувствие. Невольно пробежала мысль, что почтальон мог раскрыть меня. Хотя глупо же! Мистер Агмунд согласился помочь мне, даже украшение принял. Видимо, проблема в другом, но… в чем?! Неизвестность пугала ещё больше.

Перед дверьми кабинета, легкие сдавила паника. Я долго мешкалась перед тем, как войти, а когда зашла и увидела поникшего Рагнара сердце больно сжалось. Он сидел, опираясь локтями на стол и пальцами давил на виски. Глаза были закрыты, губы изогнуты в гневе. Я тихонько окликнула его, оставаясь стоять на пороге.

Граф Ярл поднял глаза, пустые, не отображающие никаких эмоций. Как-то грустно улыбнулся уголочками губ, а затем жестом указал на стоящий неподалёку стул и предложил присесть. Так я и сделала.

Подозрительно молчал, оттого было не по себе. Я даже задергала ногой, прям как мой папа, когда нервничает. Рагнар достал сигареты, взял одну и закурил, пуская к потолку серый дым. Неприятый запах ударил в ноздри, я невольно несколько раз кашлянула, а граф лишь ухмыльнулся.

— Вы курите? — спросила я.

Глупый, конечно, вопрос… Ведь и так вижу, что да, но на удивление Ярл ответил совершенно спокойно:

— Только когда нервничаю, — затем сделал очередную затяжку.

Посмотрел на меня так…изучающе, аж мороз пошёл по коже, и я заёрзала.

— Мне нужно кое-что тебе вернуть, — сухо произнес он, когда докурил.

Потом поднялся из-за стола и подошёл ко мне. Обошёл, вставая у меня за спиной. Сердце буквально подпрыгнуло к горлу, когда я ощутила позади себя его энергетику.

Звенящий звук, прям такой, если достать из кармана украшение и раскрыть в руках. Сглатываю, а потом вообще впадаю в панику, когда Рагнар надел на менямоёукрашение и поправил осторожно волосы. У меня волоски стали дыбом на макушке. Сразу вскочила и сделала шаг назад.

Граф Ярл, пряча руки в карманы, выровнялся и посмотрел на меня с высокомерием.

— У меня ещё есть кое-что для тебя, — ледяным тоном объявил он.

Я закачала отрицательно головой, глаза запекли.

— Что? — спросил со злой улыбочкой. — Почему ты так напугана?

Может Рагнар и человек, вот только я боюсь его больше, чем любого анкора в нашем королевстве!

Граф достал сложенное пополам письмо и, удерживая его между указательным и средним пальцами, продемонстрировал мне:

— Твоё?

Я тяжело задышала.

— Письмо графу-анкору Рихарду фон Норду… — манерно прочитал имя адресата, а через мгновение устремил сердитый взгляд на меня.

— Я… — а мне и сказать нечего. Как начала говорить, так сразу и замолчала, виновато опустив голову, но громкий приказ: “Смотри меня!”, заставил вновь поднять.

— Какими были условия, чтобы я спас твою семейку оттвоегопозора, Розалия?! — произнёс сквозь почти звериный оскал.

Не дождавшись моего ответа, Рагнар напомнил сам:

— Чтобы я не слышал о фон Норде, и чтобы ты даже не думала о нём! Но что делаешь ты? Пишешь Рихарду душераздирающее письмо, еще и моих людей просишь отправить. Запомни, Розалия, здесь никого нет на твоей стороне, — сделал паузу, а потом, словно отрезал: — нашему договору конец.

— Что? — я вздрогнула.

Рагнар вернулся за стол, кинул письмо и уже там повторил:

— Конец нашему договору, Розалия. Думаешь тебе всё всегда будет сходить с рук? Я сейчас же отправляю тебя обратно в Северное графство, а потом, готовься, всё королевство узнает о твоей распутности. И мне плевать, что с тобой будет.

— Нет, граф, не надо…, — я кинулась к его столу, опираясь руками на край. — Простите мне эту глупость…

— Сколько ещё лжи я должен проглотить? Сколько должен закрывать глаза? Почему ты так эгоистична, Розалия? Мир не крутится вокруг тебя, и терпеть твои жалобы о том, как же всё несправедливо, никто не будет. Отец выбралменятебе в мужья, не Рихарда. Ты должна была смириться. Таков наш мир! Но как поступаешь ты? Игнорируешь законы, традиции, спишь с другим, подставляешь своих родителей… и абсолютно не задумываешься о последствиях. А надо бы! Знаешь… за свои поступки нужно нести ответственность. И ты её понесешь! Прикрывать тебя я не стану. На этом всё… пошла вон!

— Рагнар, нет…

— Пошла вон. И вещи свои собрать не забудь. Ты сегодня же возвращаешься!

Слушать бы он не стал… всхлипнув, я повернулась на пятках и покинула его кабинет, потом направилась в покои… чтобы собрать сумки.

На меня плачущую косились все слуги. Особо наглые даже останавливали и любопытствовали о том, что случилось. Я молчала, разворачивалась и уходила.

В покоях дала себе волю выплакаться. Проклинала того почтальона! Хотя должна ли? В первую очередь мне следует злиться на себя.

Рагнар прав, ответственность за свои поступки нужно нести, а я слишком удачлива, раз мне всё сошло с рук, особенно история, когда меня застукали с другим мужчиной! Если бы не Рагнар… страшно подумать, чтобы со мной было и куда бы сослал отец. На самый север на тяжелые работы или же… в бордель?! Даже не знаю, что хуже.

Уйди я с Рихардом… весь удар бы пал на родителей: позор, осуждение, критика. Папа бы точно потерял работу. Родители бы оказались на улице. А им никто бы никогда не помог.

Рагнар во всем этом хаосе стал ангелом: простил, защитил, принял… А я так ужасно поступила. Но иначе не могла. Уж не виновата, что полюбила другого. Насильно мил не будешь. Вот только задумываюсь и спрашиваю саму себя: «А кому нужна та “любовь”?! Если сейчас родители упадут вместе со мной в самую бездну…»

Утерев слезу, взяла очередное платье и сложила в сумку, потом всхлипнула, ведь страшно подумать, какое ужасное будущее меня теперь ждет из-за моей глупости и неблагодарности!

Хоть вещей немного, но собирала их до самого вечера. Быстро не получалось: много раз я просто так замирала на месте, вглядываясь в одну точку. Это опустошение. Внутреннее отчаяние.

В дверь постучали. Я удивилась, крикнула: “Войдите”, но кто-то за дверью лишь подёргал ручку и всё. Видимо, случайно закрыла, а сама не заметила. Пришлось подойти и открыть самой. Тут же замерла, когда встретилась глазами с Рагнаром. Граф посмотрел на меня с какой-то болью. Печально выдохнул.

— Мои сумки готовы, — еле слышно оповестила я.

— Что есть такого особенного в Рихарде, чего нет во мне?! — обречённо спросил он.

Не ожидала такого вопроса, потому растерялась. Рагнар чуть приоткрыл