Поместье Даунтон. Хозяйка - Маргарет Йорк

Теперь Синтия смотрела на Кору с откровенной насмешкой и удовольствием – завтра будет что обсудить в гостиных. Сам бал практически отошел на второй план, из уст в уста полетел пересказ пикантного обмена мнениями между графом и графиней Грэнтэм. Но никто не осудил за это Роберта, все принялись судачить о Коре.

Общество загудело, словно растревоженное осиное гнездо. Дамы наклоняли друг к другу головы, едва не нарушая прически, чтобы обсудить пикантные новости, поглядывая на Кору, Невилла и Эдит. Коре и Эдит досталось больше всех, немедленно припомнили их с Невиллом вроде невинное общение, которое теперь вовсе не выглядело невинным, невесть откуда появился слух о роскошном подарке, сделанном мистером Невиллом дамам Даунтона.

Кто мог проболтаться о картинах и лошади?

Коре даже в голову не пришло, что слухи распускает мистер Симпсон. К тому же у графини Грэнтэм нашлось немало завистниц, которым только подбрось намек на скандальную тайну. Обычно такие вести разносили по домам горничные – одна сказала другой, та пересказала двум приятельницам из соседних домов и своей хозяйке, и сплетня готова. В основе могла лежать чья-то догадка, ошибка, просто вольность. Сплетне могли не дать хода, если репутация той, которая являлась ее предметом, была безупречной либо слишком многие от героини сплетни зависели, тогда слух на какое-то время забывался, пока не появлялся случай и повод вытащить его на свет.

Так произошло с Корой и Невиллом. Пока оставались надежды на внимание со стороны владельца Найт-Хилл, леди молчали, но как только Генри открыто отдал предпочтение соотечественнице, а сама Кора решилась поспорить с мужем на людях, немедленно вспомнились все глупости, тайно распространенные мистером Симпсоном, добавлено в десять раз больше, и вторая часть бала оказалась похожа на заседание клуба сплетниц.

Чтобы обсудить графиню Грэнтэм и мистера Невилла, присовокупив леди Эдит, дамы собирались в кружки и даже отказывались от приглашений потанцевать.

Сам Невилл не мог понять, что происходит, и не нашел ничего лучше, как обратиться за разъяснениями к Коре. Та почти горько усмехнулась:

– Мистер Невилл, обсуждают и осуждают нас с вами, наше излишне частое общение сегодня и ваше небрежение остальными дамами. Очень прошу вас уделить внимание другим, иначе завтра перед нами закроются двери всех гостиных Йорка.

– Вы шутите?

– Ничуть, оглянитесь и убедитесь в этом сами.

Оглядевшись, Генри действительно обнаружил десятки осуждающих и злорадно-любопытных глаз. Он попытался исправить положение, но исправить все можно было лишь одним способом, о котором Кора не нашла нужным ему сказать, – прилюдно сделав предложение леди Эдит. Это оправдало бы все и заставило сплетниц замолчать хоть ненадолго. Но он этого не сделал…

Эдит с трудом сдерживала слезы. Худшего и произойти не могло – мало того, что Генри Невилл, от которого она ожидала предложения, впрочем, решив отказать, такового не сделал, так еще и открыто предпочел Кору! Теперь злословие за спиной обеспечено. Эдит мало волновало, что скажут о Коре и Невилле, ей было обидно, что не сбылись ее собственные ожидания.

Леди Вайолет сидела с непроницаемым видом, словно все происходившее ее ничуть не касалось. Только она сама знала, каких это стоило усилий, но вдовствующая графиня доказала, что не зря зовется леди, она выдержала все и не позволила себе ни на мгновение выказать неудовольствие поведением невестки и хозяина дома. Такое неудовольствие только подлило бы масла в огонь. В высшей степени достойное поведение вдовствующей графини Грэнтэм несколько остудило пыл сплетниц, тем более леди Вайолет нашла возможность «выдать тайну»:

– Я рада, что Эдит удалось потанцевать сегодня здесь. Вряд ли такое повторится, ведь она через несколько дней уезжает в Шотландию, где ждет не дождется ее жених, кузен Чарльз.

Миссис Фоксли не поверила услышанному:

– Что вы говорите? Леди Эдит обручена?

– Да, еще в предыдущий свой визит в Эдинбург. Просто у нас траур, и невозможно было объявить о ее помолвке. Два дня назад пришло новое письмо из Шотландии, я вам, кажется, говорила…

Дамы закивали, леди Вайолет и впрямь говорила о приглашении Эдит в Шотландию и намекала на возможное ее там замужество, но мало кто поверил: к чему ехать в далекий Эдинбург, когда под боком миллионер Невилл?

– Мой двоюродный племянник Чарльз, с которым Эдит обручена, не намерен дольше терпеть и желает наконец обвенчаться. Он очень состоятелен и получит наследство моей тетушки, которая и устроила эту помолвку. Большое наследство…

Леди Вайолет притворно вздохнула:

– Конечно, молодежи больше по душе вот такие увеселения с танцами и американские вольности, но я всегда предпочитала достойного Чарльза и рада, что Эдит со мной согласна. Наше, родное, куда ближе заокеанского, не так ли?

Дамы немедленно согласились, активно закивав головами:

– Да, да, конечно!

– Никакого сравнения!

– Вы правы, леди Вайолет!

В следующую минуту леди Вайолет доказала, что учла все возможные варианты.

– Кто-то распускал слухи, что мистер Невилл готов сделать Эдит предложение прямо во время бала…

Дамы дружно ахнули от такой перспективы, хотя, несомненно, давно обсудили такую возможность в своих гостиных.

– …но я, прежде чем везти сюда дочь, заручилась ее твердым решением напомнить мистеру Невиллу, что обрученной девушке не делают предложений. И вообще, за такой ухаживать неприлично, – леди Вайолет усмехнулась. – Мистер Невилл, кажется, внял голосу разума и, чтобы не ставить Эдит в неловкое положение, перенес свое внимание на мою невестку.

Дамы снова дружно ахнули: так вот чем вызваны ухаживания мистера Невилла за Корой?! Леди Вайолет необычайно проницательна и весьма предупредительна. Она сумела предотвратить неприятности, которые могло вызвать поведение «этого американца». Теперь мистера Невилла называли именно так.

Но внимание мистера Невилла к леди Роберт Кроули тоже было за пределами допустимого, и это следовало объяснить.

– К сожалению, я не смогла привить мистеру Невиллу правила хорошего тона за то время, что он живет в своем поместье. У них в Нью-Йорке считается приемлемым, чтобы брат вот так вольно общался с сестрой у всех на виду.

Нет уж, в это дамы не поверили!

– Мистер Невилл брат Коры?

Круглые глаза леди Вайолет стали огромными:

– Неужели вы не знали?! Конечно, не родной, что-то вроде сводного. Он приемный сын мистера Левинсона, отца Коры, и его партнер по бизнесу. У мистера Невилла нет собственного отца, а мать мало что могла ему дать, потому мистер Левинсон взял на себя труд воспитывать Генри вместе со своими детьми – сыном Говардом и двумя дочерьми – Корой и Авой. Почему же, вы думаете, мистер Невилл приехал именно сюда и купил поместье Найт-Хилл?

– А я слышала, что мистер Невилл в Америке ухаживал за Корой и даже делал ей предложение, – не упустила возможности опровергнуть слова леди Вайолет миссис Фоксли.