Девочка, ты попала! - Регина Янтарная

Макс

— Что будет, если не уберу? — хмуро спросил я, перестав глупо улыбаться.

— Я закричу…на весь подъезд, — воинственно выдала она.

— Кричи, — упрямо не сдавался я.

Кричать Лена не стала.

— Я же тебе всё объяснила, — не менее упрямо заявила она. — Юля здесь больше не живёт. Давно съехала. Ещё зимой. Её родители увезли. Куда — не знаю, — предвосхитила она мой вопрос.

— Я тебе не верю, — жёстко сказал я. — Никогда не поверю, что ты не знаешь, где она сейчас.

— Это твои проблемы, — нагло ответила она. — Ты что пытать меня будешь, добиваясь того, чего я не знаю?

Я мрачно смотрел на неё. Я видел, что она лжёт. Я был уверен, что она знает, где находится Юля. Почему она не хочет об этом говорить мне? Юля не разрешила? Она ненавидит меня. Да чего там. Они обе ненавидят меня.

— Лена, — голос мой задрожал. — Почему Юля не появилась на учёбе в универе? — с отчаянной надеждой я смотрел ей в глаза.

— Так ты и в универе её подкарауливал? — нервно вопросила она. — Зря. Она ещё долго там не появится. Если появится вообще, — и, словно проболтавшись, закрыла себе рот руками. Но слова уже вылетели. И я их услышал.

— Что случилось с Юлей? Она больна? — взволнованно спросил я.

— Слушай, Ольховский! — впервые Лена обратилась ко мне по фамилии. Наверное, это должно было означать ту степень презрения, которую испытывала она ко мне. Но мне было на это всё — равно. Главное, было то, что с Юлей что — то случилось. Что?? — Ты бы ещё в следующей жизни пришёл. Не морочь ты ей голову. Она и так еле успокоилась. Дай ей жить своей жизнью. Это мой совет тебе.

— Это Юля тебе запретила, говорить мне, где она? — холодно спросил я и убрал ногу.

— Да, — коротко ответила Лена и захлопнула дверь.

Я развернулся и пошёл к лифту. Затем резко передумал. И медленно начал спускаться по ступенькам вниз.

Что я имею? Юля меня ненавидит. Не любит. Не хочет видеть. Её забрали родители ещё зимой. И она не появилась в положенное время на учёбе. И, как сказала её подруга, появится ещё нескоро. Если появится вообще? Что это может означать? Только одно. Что с Юлей случилась какая — то беда. Она заболела. Возможно, даже тяжело. Скорее, это началось ещё с зимы, раз родители приняли такое резкое решение — забрать её к себе. Но она так и не выздоровела, раз неизвестно появится ли она вообще.

О небо! Только не это. Юля, родная ты должна жить! Со мной или без меня ты только живи! Я найду тебя, что бы мне это не стоило. Моя любимая, моя единственная, моя родная, я найду тебя, где бы ты ни была.

***

Юля

Начался очередной этап — третий триместр моей беременной жизни. Я жила в своей новой огромной квартире. Мила была немногословной. И почти день напролёт занималась хозяйством. Меня это поражало. Ну, что мы вдвоём такого могли намусорить или съесть. Но дела у неё находились. А, по-моему, она просто не хотела со мной разговаривать. Даже не знаю почему.

Пока была весенняя сессия, я ещё не чувствовала так одиночества. Подготовка к экзаменам отнимала всё моё время. Но сессия благополучно завершилась. И первый курс универа также благополучно остался позади. Наступило моё свободное время. Я старательно пересмотрела тучу мыльных сериалов, вволю наревелась, жалеючи их героинь (а, может, и не только их), потом я старательно нагулялась в соседнем скверике. Дальше я уже и не знала, чем себя и занять. Девчонки, что курировали меня, разъехались на лето. Лена к себе домой. А Жанна отдыхать на море.

Нет, конечно, я ещё посещала ЖК в положенные сроки и занятия для будущих мам. Но в последнее место ходить мне уж очень не хотелось. Но я себя заставляла и ходила. Это было важно для нас обеих. Меня и Машеньки. А теперь то, что было важно для малышки, было для меня в приоритете.

На занятия конкретно по родам все приходили парами. Ну, как парами. Мама и папа малыша. Это когда мужья планировали присутствовать при родах. Естественно у меня не было пары. И никакой «муж» не планировал нигде присутствовать. Ожидаемо я ходила одна. Кого мне было звать? А в один прекрасный день прямо к медицинскому центру подъехал мой папа. У меня прям глаза округлились на него.

— Пап, ты чего здесь делаешь? — спросила ошарашенная я.

— Юленька, почему ты ничего не сказала нам? — ответил он вопросом на вопрос.

— О чём? — недоумевала я.

— Ладно. Не волнуйся. Мне позвонили из Центра. И теперь всё в порядке, — папа обнял меня за плечи.

— Пап! Да объясни ты толком, что в порядке? — не двигалась я с места.

17.2

Юля

— У меня есть для тебя вариант, — произнёс папа.

— И какой он? — невинно поинтересовалась я.

— Вот он! — из-за спины отца появился молодой человек. — Знакомься, это Виктор. — Глаза мои округлились ещё больше. — Юля, ничего личного. Он медицинский работник. Будет твоей парой на занятиях. И поможет тебе освоиться.

— Спасибо, пап. — Я чмокнула его в щёку. В последнее время папа чаще навещал меня в моей новой квартире. А я чаще чмокала его в щёку на прощание (гормоны вещь такая). Я становилась всё чувствительнее и чувствительнее. И старалась с ним не спорить. Он же старался всё делать для нас с Машенькой. И, чтобы я не чувствовала никакого дискомфорта.

А я его чувствовала. Но отцу не признавалась. Зачем? В данном вопросе он не мог мне помочь. Никак. И связан он был с одним человеком… И сколько бы я не ругала себя за это, не совестила, что должна думать только о Машуне, у меня не получалось с этим завязать. Никак. Ну, в смысле, с этим дискомфортом. Я кое о ком думала. Иногда с большой нежностью. Иногда со злостью. Иногда с досадой. Всякий раз по-разному. Ну, как получалось. И как накатывало. Естественно оправдывала я себя ошалевшими гормонами. Хорошо, ещё было на кого свалить. А то, вроде как выходило, что я буду плохой будущей мамочкой. А так, вроде как выходило, шансы у меня ещё есть стать хорошей мамочкой. Завершится благополучно беременность, устаканятся гормоны и всё. Не знаю. Может, у меня пока было слишком много свободного времени? Уж скорее бы родить. Ну, тут как не торопи малышку, а раньше срока она на свет не появится. Хотя я знала, что бывают и такие случаи. Но тогда таких деток называют недоношенные. И мало ли чем это грозит потом этим деткам. А такой судьбы своей дочурке я не хотела. Поэтому придётся терпеть и дальше. Ждать. Ждать, пока она разовьётся, как положено. И сама запросится на волю. А судя по тому, как она порой пинается в животе у своей мамочки, развивается она, будь здоров! Да и доктор говорит, что показатели все в норме.

**

На следующий день папа приехал вместе с Лорой.

— Юлечка, мы хотим тебе предложить, временно переехать к нам в дом загород. Там воздуха больше для тебя с малышкой. Гулять будешь целыми днями. Да и под присмотром, если что.