Ничей сын - Шеррилин Кеньон

Нахмурившись, Кэдиган посмотрел на брата.

― Это твой щит?

Люшес покачал головой.

― Точно не мой. ― Он взглянул на Адар Ллвх Гвин. ― Фрик? Фрэк? Есть идеи?

С раскрытыми ртами они синхронно покачали головами.

Илларион отступил назад, прикрывая Джозетту и Кэдигана.

«Это похоже на магию фейри, но не столь тёмную, как у Морганы».

Не успел он это сказать, как земля под ногами разверзлась и поглотила их.

Выругавшись, Кэдиган обнял Джозетту, чтобы смягчить её падение, когда они полетели в глубокую тёмную пещеру. Мелькнула пугающая мысль, а не бездонна ли яма?

Однако через секунду Кэдиган ударился о твёрдый чёрный пол. Несмотря на мрак, стены вокруг них блестели от светящихся виноградных лоз.

Джозетта приземлилась на него сверху.

Он не смог сдержать стон.

― Мне нужно похудеть, миледи. Уф! Я вешу целую тонну. Как ты выдерживаешь мой вес на себе?

Лицо любимой залилось румянцем, она наклонилась и прошептала ему на ухо:

― Мне нравится, когда ты давишь на меня. Но не так.

Он нежно поцеловал её, прежде чем отпустить и оглядеться, выискивая новые опасности.

Джозетта соскользнула с него. Кэдиган поднялся на ноги и остальные тоже.

― Так, так, что у нас здесь? ― спросила женщина из темноты.

Достав меч, Кэдиган взял Джозетту за руку и прижал к себе.

― Почему вы вторглись на мои земли? ― в раздражённом тоне женщины слышались истеричные нотки.

― Мы не хотели проявить неуважение, ― заговорил первым Люшес.

― Действия для меня важнее слов, ведь они чаще показывают истинные намерения. Показательный пример... ― Перед Кэдиганом и Джозеттой появился красный туман. ― Вы двое защищаете друг друга без слов. Это говорит о заботе, а не наоборот, верно?

Джозетта хотела заговорить, но Кэдиган сжал её руку, останавливая. Молчание ― золото. По крайней мере, пока они не узнают, с кем имеют дело.

Туман обратился к Люшесу.

― Кого ты защищаешь?

― Не твоё дело.

Туман сгустился в тело красивой женщины. Длинные чёрные волосы, овальное лицо и большие тёмные глаза.

― Тебе нравится так говорить, верно?

― Эта фраза сослужила мне хорошую службу.

С ехидным смехом она окинула Люшеса взглядом, прежде чем подошла к Кэдигану и Джо. Медленная улыбка изогнула губы незнакомки, пока она любовалась красивым телом Кэдигана. А потом она указала подбородком на их переплетённые пальцы.

― А ты, должно быть, очень много значишь для своей леди, раз так желаешь и защищаешь её.

Они даже пискнуть не успели, как Джо оторвали от Кэдигана. Он бросился к ней.

Когда Джо попыталась дотянуться до него, из земли появилась изогнутая золотая клетка. Прутья окружили и удержали её в крошечном пространстве. Такие же клетки появились и заточили Иллариона, Иоана, Талврина и Люшеса.

Женщина подошла к Кэдигану в теле Джо.

― Ты знаешь, кто я?

― Королева Корделия.

Она одобрительно кивнула.

― Тебе всё известно обо мне?

― Каждый в Гластонбери знает историю о Гвине и его жене Крейддилад[31].

Она погрозила пальцем у него перед носом.

― Нет, до кануна дня всех святых. На данный момент я принадлежу Гвитиру ап Грейдолу, который снова завоевал меня прошлым майским днём. ― Тяжело вздохнув, она перевела взгляд на клетку с Джозеттой. ― Я уже устала быть трофеем. Когда-то я была готова отдать душу за Гвитира. Но те дни давно канули в лету. Теперь я жажду обнять другого. Мужчину, достойного этого подарка, который всегда будет добиваться моей руки больше других.

Задумчивый взгляд королевы вернулся к телу Кэдигана, прежде чем она посмотрела на тело Джозетты.

― Что скажешь, если мы сразимся за твоего мужчину, и та что выиграет― заберёт его себе?

Кэдиган мешкал.

«Неужели она не поняла, что нас поменяли местами? Это какой-то трюк?»

Теряясь в догадках, он хмуро посмотрел на неё.

― Как будем драться?

― Рыцарский турнир. Ты против моего лучшего бойца. Если твоя любовь и сердце верны, ты отвоюешь своего мужчину. Но имей в виду... если ты лжёшь о своих чувствах, все узнают об этом, и ты наверняка проиграешь.

В своём собственном теле, с силой и мастерством, Кэдиган мог легко сразиться с любым противником. Но лгать королеве фейри весьма глупо. И он слишком ценил жизнь Джозетты, чтобы ею рисковать.

― Ваше величество, вы знаете, кто я?

Она одарила его коварной улыбкой.

― А ты знаешь?

Справедливо. Честно говоря, большую часть времени он едва узнавал себя. А сегодняшний день особенно запутанный. Однако в своих чувствах к Джозетте он не сомневался.

― Я знаю своё сердце.

― Тогда, нас ждёт поединок.  

― Нет! ― закричала Джозетта, пытаясь разорвать удерживающие её золотые прутья. ― Я этого не потерплю! А если тебе причинят боль?

Кэдиган взял её за руку и прижал к своей щеке.

― Я исцелюсь. ― Он повернулся обратно к королеве. ― Но я хочу кое-что взамен.

Корделия вопросительно подняла бровь.

― И что же?

― Победа, поражение или ничья, Джозетта возвращается в свой настоящий дом целой и невредимой. Телом и душой.

Она несколько минут обдумывала предложение.

― Только, если ты согласишься, что в случае проигрыша Кэдиган будет принадлежать мне вечно. Телом и душой.

Несмотря на высокую цену он был согласен.

― Договорились.

― Нет! ― закричала Джозетта. ― Нет! Я не согласна. Я отказываюсь от этого!

Корделия фыркнула.

― Не тебе решать. Сделка заключена.

Она отступила назад и хлопнула в ладоши.

По пещере пронёсся вихрь. Он прилип к телам, и в комнату ворвался сильный холод. Внезапно появился золотой жеребец. С красными глазами и мерцающей гривой. Он бил копытом о землю и со злостью смотрел на Кэдигана.

В мгновение ока его тело покрылось золотыми доспехами, на голове появился шлем с красным оперением, а на земле боевое копьё.

Конь свирепо посмотрел на Кэдигана, когда тот забрался в седло, чтобы сразиться с посланным Корделией противником.

Поддерживаемое магией фейри копьё поднялось и воспарило рядом с ним, пока он не взял его в руки. В следующую секунду на противоположной стороне светящейся полосы появился противник. Облаченный в серебряные доспехи с синим оперением и