Госпожа его сердца - Дженнифер Деламир

Спустившись по лестнице особняка Бошанов, Лиззи с наслаждением подставила лицо свежему ветру. Она чувствовала себя так, словно вырвалась на свободу. Надолго ли?

Джеффри помог ей забраться в экипаж, сел напротив и подал знак кучеру. Лошади тронулись с места.

За окном экипажа промелькнула бедно одетая девушка, зябко кутавшаяся в шаль. Лиззи словно увидела саму себя – прежнюю. Когда-то она тоже ходила пешком по улицам Лондона, с завистью глядя на тех, кто ехал в роскошных экипажах. Они казались ей небожителями, не ведавшими земных забот и тревог. Как она ошибалась.

Джеффри прервал ее раздумья:

– Рия, вам лучше?

Она кивнула:

– Мне стало легче дышать.

– Вас смутило навязчивое внимание Хайтауэра? Он позволил себе что-то лишнее?

– Просто весь сегодняшний вечер был слишком утомительным, – уклончиво ответила Лиззи.

Джеффри нахмурился.

– Постарайтесь в дальнейшем избегать Хайтауэра. Я не советую вам поддерживать знакомство с ним.

– Может быть, мы забудем о мистере Хайтауэре? – резко произнесла Лиззи.

– С радостью, – согласился Джеффри. – Мне показалось, что вы получали удовольствие от бала до того, как я пригласил вас на вальс. – Он улыбнулся: – Неужели я настолько плохой партнер?

– Напротив, – возразила Лиззи, – вы превосходный партнер. Я не ожидала, что вы так хорошо танцуете.

– Очевидно, Эдвард не говорил вам, что нас с ранних лет самым тщательным образом обучали танцам и светскому этикету. Нельзя сказать, чтобы я часто пользовался этими навыками. По крайней мере – до недавних пор.

Лиззи увидела, как Джеффри опечалился, и поняла, что он думал о братьях.

– Рия, я хотел бы спросить вас… – начал он нерешительно. – Надеюсь, вы не сочтете меня бестактным. – Он покачал головой: – Нет, наверное, я не имею права задавать такие вопросы.

– Вы можете спрашивать меня о чем угодно, – заверила Лиззи, скрывая тревогу.

– Не знаю, как объяснить, но все эти разговоры о браке… Я хочу понять, как вышло, что вы полюбили Эдварда. Почему вы выбрали именно его? – Он смотрел на нее почти с мольбой.

– О, Джеффри… – вздохнула Лиззи и постаралась слово в слово повторить то, что однажды слышала от Рии. – Сначала я искренне верила, что люблю Уильяма. Он так горделиво нес свой титул, был таким солидным и значительным. Потом я познакомилась с Эдвардом, и он принялся настойчиво расспрашивать, действительно ли мы с Уильямом любим друг друга. Я, разумеется, возмутилась, но все-таки задала этот вопрос Уильяму. А тот равнодушно ответил, что я очень мила и вполне подхожу ему в жены. И все кончилось. Разве я могла отдать свое сердце человеку, который считал меня всего-навсего «подходящей»?

Несколько недель назад Джеффри наверняка обрушил бы на нее суровую проповедь о чести и долге. Но теперь…

Теперь он взял ее руку, поднес к губам и поцеловал.

Лиззи невольно подалась ему навстречу, и они оба на мгновение застыли в неподвижности.

Если б это мгновение могло длиться вечно!

Слуга открыл дверцу, и прохладный ночной воздух ворвался в экипаж. Лиззи вздрогнула и отстранилась от Джеффри. Барон тотчас выпрямился и выпустил ее руку. Слуга же отвел глаза и отступил в сторону.

Покинув экипаж, Лиззи и Джеффри поднялись по ступеням особняка леди Торнборо и вошли в ярко освещенный холл.

– Большое спасибо за то, что привезли меня домой, – тихо сказала Лиззи.

– Счастлив быть вам полезным, – ответил он, и она почувствовала, что за этими словами скрывается нечто большее, чем простая вежливость. – Рия…

– Да, слушаю, – отозвалась она с замиранием сердца.

– Доброй ночи. – Он посмотрел ей в глаза, едва заметно улыбнулся и направился к двери.

Лиззи поднялась в спальню. Марта помогла ей раздеться и приготовиться ко сну.

– Готова биться об заклад, что на балу вы были первейшей красавицей и имели самый большой успех, – сказала она, расчесывая волосы Лиззи.

– Не знаю. Не уверена.

– Давно ли вы стали такой скромницей? – добродушно усмехнулась Марта.

– Я боюсь, Марта. Боюсь всех разочаровать.

– Вот уж не думала, что моя Рия может чего-то бояться после того, как у нее хватило смелости уехать на край света, а потом вернуться обратно.

На край света. И обратно. Причем оба раза она бежала от прошлого и пыталась начать все заново. И оба раза потерпела поражение.

Из этого следовал до ужаса ясный вывод: от себя не убежишь. Она должна покончить с ложью и во всем признаться. Сама. Иначе Фредди и угрызения совести превратят ее жизнь в ад.

Но сначала ей нужно добраться до Роузвуда и найти письма, доказывающие, что сэр Герберт – ее отец. После этого она немедленно пойдет к леди Торнборо и скажет ей правду. Может быть, леди Торнборо простит ее и не отвергнет.

Как отнесется к ее истории Джеффри, Лиззи боялась даже думать. И все-таки в душе ее теплилась робкая надежда на то, что честным признанием она заслужит хотя бы каплю его уважения. Для нее эта капля перевесит все остальное.

Потому что сегодня она окончательно и бесповоротно поняла, что любит его.