Жили-были двое - Пола Льюис

— Может быть, пойдем в дом? — предложил Дуглас, заметив, как она дрожит. — Становится сыро.

— Да, конечно. К тому же не стоит надолго оставлять Криса.

На террасе Дуглас уселся в свое любимое кресло, Флоренс зажгла старую керосиновую лампу, поставила ее на стол и тоже села. Вокруг них сгустились сумерки.

Флоренс сложила на коленях руки. О прошлом все сказано, но разговор не окончен. Они еще не говорили о самом главном — о Крисе.

Она взглянула на Дугласа. Тот сидел, сложив руки у подбородка, словно молясь, и не сводил взгляда с ее лица. Свет лампы отражался в его глазах, на скулы легли тени.

— Значит, Крис — мой сын, — произнес он наконец медленно и задумчиво.

Флоренс кивнула, почувствовав, как к горлу подступил комок.

— Не просто было его вырастить.

— Ты так думаешь?

— Да. Он отличный мальчик: веселый, смышленый, послушный…

— И очень похож на тебя. — Флоренс тут же пожалела об этих словах. На лице Дугласа выразилось неподдельное страдание. Он снова подумал о годах, которые прошли для него без Криса.

— И все же ты могла как-нибудь сообщить мне. — Она скорее прочитала это по губам, чем расслышала. — Дуглас встал, подошел к двери и долго стоял, почти растворившись в ночи. Флоренс чувствовала себя самой несчастной на свете. Годы, прожитые без него, перечеркнули все, что было тем летом: счастье, долгие беседы, их любовь. Какой нужно быть дурой, чтобы на что-то надеяться, ведь Дуглас теперь ненавидит ее. Как можно было думать, что он никогда не узнает? Даже если бы он не узнал, и она продолжала обманывать, разве могли бы они быть по-настоящему счастливы?

— Говорить об этом теперь бессмысленно, — промолвила она печально. — Так же бессмысленно, как пытаться вернуть упущенное время.

— Да, конечно, — согласился он. — Но, по-моему, нам нужно поговорить о будущем, Фло.

Флоренс резко вскинула голову.

— Что ты сказал?

— Я хочу всегда видеть Криса.

Она улыбнулась, но улыбка поблекла, как только она поняла, что именно имелось в виду.

— Да, я понимаю. Он очень полюбил тебя. — Почему она вдруг решила, что речь идет об их будущем? Нет, он не сможет простить ее.

— Не беспокойся, я не скажу, что я его отец. Подожду, пока он подрастет.

Флоренс кивнула и встала. Вдруг захотелось побыть одной.

— Все это очень грустно, правда? — сказала она тихо.

— Что?

— Мы смогли понять, что оба были не правы, но не можем простить друг друга. — Поникнув, она вошла в дом.

Ах, если бы она познакомила Дугласа с Крисом раньше. Сейчас, возможно, все было бы по-другому. Но тогда это было невозможно. Страшно даже подумать, во что превратилась бы ее семейная жизнь, если бы приезжал Дуглас. А сможет ли она пережить его визиты теперь? Как будет встречать, о чем говорить? Как сделать, чтобы он не догадался о ее любви, от которой сердце разрывалось на части? А если он как-нибудь приедет навестить Криса с женщиной или, хуже того, с женой? Разве она сможет улыбаться, быть гостеприимной?

Нет, этого она не перенесет. Нужно, чтобы Дуглас приезжал к Крису, когда ее не будет дома. Она не сможет с ним видеться. Такие встречи медленно, но верно сведут ее в могилу.

Не зажигая света, она разделась и облачилась в длинную ночную рубашку. Крис зашевелился во сне.

Флоренс пошла в ванную, взглянула на свое бледное изнуренное лицо в зеркале и снова подумала, не вернуться ли домой. Просто страшно оставаться в коттедже. Казалось, что чем дольше они с Дугласом будут жить здесь вместе, тем больше горя выпадет на их долю. Нет, нужно уехать.