Долгая игра - Рейчел Рид

Илья усмехнулся.

— Неужели передо мной совсем невозможно устоять?

Шейн легонько пнул его по лодыжке.

— Отвали. Я беспокоюсь из-за тебя.

— Я постараюсь себя контролировать.

Шейн поиграл локоном волос возле его уха.

— Никаких поцелуев, — строго сказал он. — Даже за закрытыми дверями, хорошо? Только дома.

— Да, без проблем. Ты мне даже почти не нравишься.

Слова Ильи контрастировали с тем, как он прижался щекой к ладони Шейна.

— А еще я волнуюсь из-за Хейдена, — продолжил тот.

— Что он поцелует тебя?

— Нет! Что случайно выдаст нас.

Илья хмыкнул.

— Вполне возможно. Он не умный.

Хейден Пайк был товарищем Шейна по команде и, по непонятным Илье причинам, одним из немногих людей на этом свете, кто знал правду об их отношениях. А еще был одним из тренеров в их лагере, несмотря на возмущение Ильи, который считал, что Хейден совершенно не годился для этого дела.

Шейн сильно дернул за локон, который нежно накручивал на палец.

— Он мой лучший друг.

— Я думал, что я твой лучший друг.

— Хейден — мой лучший друг, с которым я не целуюсь, — уточнил он.

— Что ж, можно только пожалеть Хейдена.

Илья встал, поцеловал Шейна, прежде чем выпрямиться, и подошел к кофеварке. Он наполнил две кружки черным кофе, поставил одну на стол рядом с ноутбуком, а в свою добавил сливки и сахар. Шейн придерживался строгой диеты, поэтому все молочные продукты и сахар покупались только для Ильи.

— Спасибо, — пробормотал Шейн примерно через минуту.

Теперь он смотрел на свой телефон.

— Опять Юна?

— Да.

— Может, уже поедем?

— Нет. Все в порядке. Наслаждайся своим кофе. — Шейн поднялся со стула и повернулся к Илье. — Как спалось?

— Отлично, — солгал тот. — Лучше, чем тебе, наверно.

— Наверно. — Шейн снял очки для чтения и прошелся взглядом по телу Ильи. — Ты слишком красив по утрам, знаешь об этом? Это несправедливо.

Илья усмехнулся.

— Скажи по-русски.

Шейн сосредоточенно сморщил нос.

— М-м... ти очен красиви?

Сердце Ильи дрогнуло, как и всегда, когда Шейн пытался говорить по-русски.

— Почти получилось.

— Нет. Скажи, как правильно, я могу лучше, — настаивал Шейн.

Но Илья лишь поцеловал его, медленно и лениво. Ладони Шейна скользили по его обнаженной груди.

— Тебе нужно одеться, — тихо сказал Шейн. — И что-нибудь съесть.

— Возьму по дороге макзавтрак.

— Отвратительно. — Шейн отошел и взял со стола свой кофе. — Если что, я серьезно — сегодня никаких поцелуев. И не надо, типа, быть таким сексуальным.

— Невозможно.

— Ты знаешь, о чем я. Никаких двусмысленных намеков.

— Чего? Тебе везде чудятся намеки на секс?

— Никакого флирта. Никаких, ну, знаешь, попыток меня завести или чего-то в этом роде. Будь профессионалом.

Илья подошел к нему вплотную.

— Мне не нужно ничего делать, чтобы тебя завести, любимый (последнее слово по-русски — прим. пер.).

Шейн слегка приоткрыл губы, и отошел на полшага. Затем он моргнул и сказал:

— Вот. Именно так не делай сегодня. И ничего подобного.

Илья провел кончиком пальца по его щеке.

— Почему? Ты возбудился?

— Нет. И как только увижу, что ты ешь на завтрак один из этих отвратительных бургеров, больше никогда не захочу тебя целовать.

Илья рассмеялся.

— Тогда я лучше съем два. Для надежности.

***

— Добро пожаловать в «Кэмп-Розанов», — объявил Илья.

— Б-у-ууу, — протянул Уайетт Хейс, дети засмеялись.

— Не то название? — невинно спросил Илья. — Думал, мы договорились.

Шейн только покачал головой, плотно сжав губы, чтобы не улыбнуться.

— Это хоккейный лагерь «Гейм чейнджерс»! — выкрикнул кто-то из детей.

— Фу, плохо. В «Кэмп-Розанов» лучше. Я - Илья, а это мой друг Шейн.

— Привет, — поздоровался Шейн.

— Все знают, что мы с Шейном отличные друзья и всегда ладим, — продолжил Илья. Дети засмеялись еще громче. Некоторые недоверчиво замычали. — Но на случай... небольших разногласий... мы привели еще друзей на помощь. Будущих вратарей будет тренировать Уайетт Хейс, который играет со мной за вашу любимую команду «Оттавские кентавры».

Некоторые дети отважились на освистывание.

— На этой неделе мы все в одной команде, — с улыбкой сказал Уайетт. — Освистывания приберегите на зиму.

— А также Лия Кэмпбелл, у которой медалей и наград, я думаю, больше, чем у кого-либо здесь присутствующих.

— На две, — весело отозвалась Лия. — Не то чтобы кто-то считал...

Илья постучал клюшкой по льду под аплодисменты, дети и остальные тренеры сделали то же самое.

— Для игроков защиты тренером будут Райан Прайс, вон тот высокий и красивый мужчина...

— Привет, — тихо поздоровался Райан, скользя на месте коньками.

— ...и Джей-Джей Буазиу, тоже высокий и вроде бы симпатичный мужчина рядом с ним.

— Осторожнее, Розанов.

Шейн понял, что Джей-Джей шутил лишь отчасти. Один из помощников капитана и ближайших друзей Шейна, он не впечатлился, впервые узнав, что Шейн и Илья дружат. В целом он смирился с этим, но, как и Хейден, так и не проникся симпатией к Илье. Шейн однозначно не был готов признаться Джей-Джею, что они с Ильей больше чем друзья. Пока не готов.

Несмотря на оценку Ильи с подколом, Джей-Джей был бесспорно красив, хотя, казалось, внешне они с Райаном Прайсом просто не могли отличаться друг от друга больше. Райан был бледным, с нервными зелено-карими глазами, длинными рыжими волосами и бородой, которая в данный момент впервые на памяти Шейна была значительно короче и аккуратно подстрижена. Он также страдал от тревожного расстройства, что стало одной из причин раннего завершения его профессиональной карьеры в возрасте тридцати одного года. Джей-Джей при росте шесть футов и шесть дюймов почти догонял Райана, был таким же мощным и мускулистым, но с темной кожей, и короткой стрижкой. Он говорил с квебекским акцентом, дополненным легкими гаитянскими креольскими нотками, что передалось ему от родителей, и излучал непоколебимую уверенность в себе.

Еще одно, весьма существенное, различие между ними заключалось в том, что Райан Прайс знал секрет Шейна и Ильи. В прошлом году он застал их целующимися в конце первого же дня работы лагеря. Шейн до сих пор едва знал этого парня, поскольку стеснялся даже смотреть ему в глаза. Но Райан сам был геем, правда не слишком разговорчивым.