Время океана - Эль Реми

— Не смотри на меня так, — недовольно буркнула она, откинувшись на сиденье.

— Когда ты такая злющая, это смешно, — шутливо ответил я. — Не дуйся. Ты же так ждала этого дня, верно?

Хилл резко повернулась ко мне, нахмурившись, и тихо прошипела так, чтобы слышал только я, но при этом максимально агрессивно и возмущенно:

— Конечно, ждала, но не с таким коллективчиком!

Она обозленно ткнула пальцем в первую половину автобуса, где сидела другая часть нашей группы. Самая нелюбимая часть.

Мы ехали в туристическом заказном автобусе по заснеженной асфальтированной дороге. Она была извилистой и шла в гору, прямиком к нашей базе. Мы еще три часа назад приземлились в Финляндии, отправившись к Химосу, как и было запланировано после соревнований. Сегодня первый день нашей поездки на лыжную базу, где спортивный факультет будет тренироваться в зимних видах спорта, а факультет искусства — изучать северную культуру. Мы все вместе сидели в большом автобусе, который теперь был полон студентов в свитерах, худи и забавных шапках с помпонами. Только что мы были жителями Гавайев, бегая в шлепанцах и бикини, теперь же ежились в своих шарфах, загорелые, с выгоревшими волосами, слегка испуганные и удивленные снегом за окном.

Это действительно было непривычно. Щеки и нос розовели от холода, кожа покрывалась мурашками от озноба. Я давно не ощущал такого, да и давно не бывал на своей родине, в Хельсинки. Я отвык от снега, северных ветров и каминов, которые топят вечерами, чтобы согреться, но теперь приходил от этого в восторг.

Я сидел с Алессой почти в самом конце автобуса. Недалеко был Марьен, чьи платиновые волосы скрывались под капюшоном черной толстовки. Он возбужденно рассказывал о чем-то Майло. В состав входили спецгруппы с кураторами обоих факультетов и две обычные группы.

— Да ладно, вы же даже не будете пересекаться, — махнул я рукой.

— Это предательство, — бросила Алесса, отвернувшись к окну. — Взять этого Себастиана себе в подопечные — настоящее предательство.

— Лисс, то, что Матте согласился курировать Салливана, — не предательство. Он действительно способный.

Но Хилл не соглашалась со мной. Еще в день соревнований Маттиас заявил, что примет Себастиана Салливана в университет, в спецгруппу, таким образом становясь его личным куратором и улаживая конфликт. Я боялся, что он заставит меня этим заниматься, оставив Алессу, но у Маттиаса хватило ума самому взять ответственность за Себастиана. Видимо, он прекрасно понимал, как я к ней отношусь.

Я вытянул шею и посмотрел в начало автобуса. Там ехал Матте, съежившийся у окна и мирно сопящий. Он завязал волосы в хвост, за ухом торчала сигарета. Рядом развалился Себастиан, который смотрел строго вперед и не обращал на гул голосов никакого внимания. На него заинтересованно смотрели студенты, активно общающиеся между собой.

Новость о том, что после соревнований появился новый поступивший, быстро облетела Гонолулу и университет в особенности. Но Салливан не удостаивал никого вниманием; его высокомерие достигало, похоже, воистину удивительных размеров. Наверное, временами он был даже более заносчив, чем Марио. Который, кстати, уже давно заявил, что не видит в Себастиане врага народа, а даже напротив: выдал, что парень очень даже ничего. Алесса после этого зло ударила брата и ушла.

— Расслабься, чокнутая, — я снова с доброй улыбкой обратился я к Алессе, — не обращай на него внимания. Этот уикенд только для нас и для спорта. Оторвемся?

Я взял ее ладонь в свою и сжал. Она обернулась и пристально посмотрела на меня, ее губы тронула улыбка.

— Правильно.

— Представь, как я буду учить тебя кататься на сноуборде.

— Я и без этого умею кататься. Даже лучше, чем ты, — ухмыльнулась Хилл.

Я сощурил глаза.

— Это мы еще посмотрим.

* * *

Злой и возмущенный тон отвлек меня от распределения нашего с Хилл багажа по комнатам. Я находился в пятом коттедже на базе, в небольшом поселении Химоса. Всю нашу группу расселили по домикам, которые были объединены в небольшой поселок под горой. Между коттеджами петляли заснеженные каменные дорожки, которые вели к домику администрации, подъемнику в гору и к станции со снаряжением. Все было как положено: холодный чистый воздух, довольные люди в шапках, с досками и лыжами, пряный шоколад в кружках за углом и горячие источники недалеко от нашего поселка.

Наш коттедж был сделан из крупного камня, а внутри отделан темной древесиной. В центре гостиной красовался массивный камин поодаль от больших окон во всю стену. Рядом три кожаных старых дивана, толстый ковер и скромная кухня. Возле нее стоял вытянутый обеденный стол с дюжиной стульев, чтобы хватило на каждого жильца. Но все комнаты находились на втором этаже. Всего их было пять.

Когда я затаскивал свой чемодан и багаж Алессы, до меня донесся ее злой крик на первом этаже дома. Я нахмурился, оставив вещи, и направился к деревянной лестнице. Свою горнолыжную куртку я уже скинул, поэтому был одет в толстый кашемировый свитер и джинсы, а на голове красовалась белая шапка. Когда я оказался на первом этаже, то застал шипящую на Маттиаса Лисс. Она злобно смотрела на него, в то время как другие участники нашей подгруппы волокли свои вещи.

— Как ты мог! — всплеснула руками она. — Дядя, я приняла твой нож в спину, когда ты взял этого курировать, но заставлять нас жить вместе…

— Алесса, это уже не мой выбор, — устало ответил Матте. — Я куратор Себастиана, мы должны быть в одном коттедже. Но я также твой опекун и должен быть рядом. Вот и получается, что мы втроем живем вместе. Это не обсуждается.

— С какой стати мне быть в одной подгруппе с Салливаном? Теперь все дни мне уживаться с этим придурком?

Хилл нахмурился, глянув на племянницу, и покачал головой.

— Перестань бодаться как маленькая, ясно? Теперь придется мириться с тем, что тебе не нравится, и капризничать бесполезно. Смирись и иди заниматься с Киллианом… Который, кстати, стоит позади тебя.

Маттиас поднял на меня взгляд, и краснощекая Хилл обернулась, увидев меня. Я улыбнулся, а она лишь тяжело вздохнула.

— Киллиан, — жалобно заныла она, — мы будем жить в одном коттедже с Себастианом…

— Но не в одной же кровати, — глупо пожал плечами я.

Слабое утешение вызвало непонимание на мордашке Лисс. В домик зашел Марьен со спортивной сумкой и, кинув ее на диван, стал раздеваться.

— Какой вообще список? — спросил он, пытаясь согреть руки и нос. — Кто тут будет жить?

Маттиас достал из кармана телефон, порылся в заметках и, сощурившись, ответил:

— Всего семь человек, учитывая, что в одной комнате живут по двое. С нами вы трое, — он указал на меня, Алессу и Марио, — еще Стелла Диаз, которая сама к нам попросилась, Салливан как мой студент, Майло как куратор… Ну, и все.