Неверный жених - Мэй Макголдрик

Эдвард с трудом сглотнул; кровь отхлынула от его лица.

– Они этого не сделают! Я невиновен! У них нет никаких доказательств!

«Кромвель тоже был невиновен», – подумал герцог. Против него не было никаких улик. Единственная его вина в том, что он боролся с влиянием Тайного Совета – иными словами, с влиянием самого Норфолка. А неразумным выступлением в защиту несчастной Анны Клевской старик предрешил свою судьбу.

– Нет, Эдвард. Ты, конечно, не кончишь, как Кромвель, – успокоил сына герцог, стараясь вложить в свои слова как можно больше искренности. Эдвард должен держаться спокойно, как человек, уверенный в собственной невиновности. Если он начнет дрожать за свою жизнь, то погубит все дело. – Но мы должны быть уверены, что обвинения против тебя не будут подкреплены ложными уликами.

Эдвард вздохнул с облегчением и плюхнулся в кресло, раскинув длинные ноги. Он безоговорочно доверял отцу: если герцог говорит, что сыну не грозит казнь, значит, так и будет.

– Хорошо, что я должен делать?

– Ничего. Живи так, как будто ничего не происходит. Тебе приказано оставаться при дворе – оставайся. Я прослежу, чтобы твои люди на допросах говорили только то, что мы хотим от них услышать. А о тех, кому нельзя доверять, позаботятся твои слуги в Норвиче. – Герцог понимающе улыбнулся сыну – он знал и одобрял его методы. – Некоторые исчезнут навсегда – остальные будут делать то, что им сказано.

– Да, отец.

Герцог бросил на сына пристальный взгляд.

– Наш небосвод омрачился, – заметил он задумчиво, – и пока я вижу лишь одну звезду, сияющую среди туч.

Эдвард удивленно поднял брови, затем лицо его осветилось пониманием.

– Кэтрин, – произнес он уверенно, совсем забыв о том, какому унижению он подверг недавно мстительную кузину.

Эдвард не был глуп, но эту ситуацию он явно недооценил.

Герцог медленно кивнул, словно раздумывая над ответом.

– Да, ее, пожалуй, можно назвать звездой. Но здесь нужна особая осторожность. Ночное небо полно звезд, подобных Кэтрин. Как бы нам не положиться на падучую звезду!

– Но, отец, ее брак с королем – дело решенное, а родственники королевы всегда в фаворе, – возразил Эдвард, наклонившись вперед. – Может быть, мне поговорить с ней, попросить, чтобы она замолвила за меня слово перед королем? Если она выступит на моей стороне…

– Едва ли это возможно, – сухо отозвался Норфолк. – Сегодня утром она вместе со свитой отбыла в Кеннингхолл.

Эдвард даже рот открыл от удивления.

Уехала? Так скоро? Никак не ожидал. Мне казалось, что она останется здесь, с нами.

Точнее сказать, мы останемся с ней, – усмехнулся герцог. – Я тоже так думал. Но Кэтрин не терпится начать приготовления к свадьбе. Она вымолила позволение у короля, и мне, скрепя сердце, пришлось отпустить ее. Эдвард встал и снова принялся ходить по комнате. Герцог следил за ним глазами.

– Значит, она уехала, – протянул Эдвард.

– Как видишь.

Лицо Эдварда потемнело от гнева, он отвернулся, чтобы скрыть свои чувства от отца.

– Так вот, – продолжал герцог, – говоря о звезде, я имел в виду отнюдь не Кэтрин!

Эдвард замер, пораженный догадкой.

– Джейми! – воскликнул он.

– Именно, – кивнул герцог. – Джейми.

Он взял в руки перо и пододвинул к себе недописанное письмо.

В этом письме, – сообщил он, – я приказываю ей приехать ко двору. Уверен, сынок, король вернет тебе свое расположение, как только мы расскажем ему правду.