Медленное пламя - Кристен Эшли

Я скользнула рукой по его талии, что позволило мне обнять моего мальчика.

— Готовы? — спросил Джонни, присев на корточки у розетки.

— Готовы, — ответили все.

Джонни зажег елку.

Простые белые гирлянды.

Но всегда выглядящие ослепительно.

Бруклин ликующе завизжал, пытаясь хлопать в ладоши и промахиваясь.

Глядя на моего сына, Тоби усмехнулся, и белозубая улыбка сверкнула в его бороде.

Да.

Безусловно.

За исключением того дня, когда родился Бруклин.

Сегодня был лучший день на свете.

Возможно, даже лучше, чем тот день, когда родился Бруклин.

Потому что в тот день я обрела Бруклина.

Но сегодня и я, и мой мальчик обрели всё.

Глава 6

Мы прекрасно справились

Адди

Все разошлись.

Я стояла в ванной и смотрела на себя в зеркало.

В гардеробе я откопала еще одну вещичку, купленную до Бруклина: красную атласную ночнушку, едва прикрывавшую задницу, с кружевными вставками на груди, перевернутыми треугольниками спускавшимися по бокам.

Выглядела она очень миленько.

И я надеялась, что ее миленького вида будет достаточно, чтобы скрыть отсутствие макияжа и прически.

Тоби хотел меня такой, какой видел меня раньше.

Но я была дочерью Дафны, а она заботилась о своей коже и учила своих девочек делать тоже самое, даже если для этого ей приходилось использовать овсянку из нашей кухни.

Если Тоби оттрахает меня до потери сознания, и я отключусь, я не могу спать в макияже.

Ни за что.

Но сейчас мои волосы выглядели даже еще лучше. В стиле современной Барбареллы.

Потрясающе.

Кухня была убрана.

Брукс спал.

Когда свет внизу погас, внутренняя часть дома светилась золотисто-красным, потому что Тоби установил таймер отключения гирлянд на одиннадцать тридцать, а сейчас было еще не так поздно.

И Тоби привез с собой сумку с вещами и в данный момент находился в спальне и либо надевал пижаму (что было бы пустой тратой времени), либо раздевался (что меня устраивало).

Мне нужно было найти другую работу.

Приближалось Рождество, моя мама умерла, и я всегда скучала по ней во время праздников (или скучала по ней еще сильнее).

Отец моего сына был засранцем.

Но жизнь была прекрасна.

С улыбкой я уже собиралась выйти из ванной, но мой взгляд упал на находившиеся там принадлежности для ванной комнаты, которые я привезла из Теннесси.

Их я купила на распродаже в «Crate and Barrel».

Белого цвета. Современные. Четкие линии. Простые формы.

Но мне было все равно.

Они выполняли свое предназначение без хлопот и заморочек. Подходили к любому цвету и любым полотенцам.

Они просто… были.

Я нашла это странно захватывающим, и именно с этими мыслями подошла к двери ванной, открыла ее, выключила свет и увидела Тоби в моей постели, с обнаженной грудью, прикрытого одеялом до пояса.

Я отвлеклась на грудь (как сделала бы любая девушка).

Хотя его также было трудно не заметить, он прекрасно смотрелся под моим одеялом, вся эта оливковая кожа и темные волосы. Постельное белье я тоже привезла из Теннесси. Одеяло было белым с узором из серых пузырьков. И простыни тоже были белыми.

Белье не подходило к кровати Иззи, которая представляла собой чудо из завитушек кованого железа.

Но оно мне нравилось.

Я остановилась возле кровати и посмотрела на Тоби.

— Меня не волнуют принадлежности для ванной комнаты, — заявила я.

Его взгляд, прикованный к моей ночнушке, скользнул к моему лицу.

— Что?

— У меня белые принадлежности для ванной.

Он уставился на меня.

— Они подходят ко всему, — продолжила я.

Он продолжал смотреть.

— Как и одеяло. — Я махнула на одеяло. — Меня не волнует домашний декор. Он должен быть функциональным, не уродливым и легко комбинируемым.

— Насколько тебя волнует то, что мне плевать на все это дерьмо, о котором ты мне сейчас рассказываешь? — спросил Тоби.

— Если мы поладим, я могла бы заняться декором нашего дома, то есть, украсить его с точки зрения функциональности. Так что, ты должен об этом знать.

— Позволь, перефразирую. Насколько тебя волнует, что мне плевать на все это дерьмо, о котором ты мне сейчас рассказываешь, стоя у кровати в этой чертовски потрясающей ночнушке, с волосами как у секс-бомбы, когда у меня стояк? Но просто для твоего спокойствия, чтобы ты заткнулась и легла в постель, скажу: мне нравится, чтобы меня окружала красивая обстановка, поэтому, когда дело дойдет до этого, я займусь этим вплотную, и это будет не только функционально, но и круто смотреться.

Я заметила в его берлоге хозяйскую руку.

Об этом я думала микросекунду.

Потом мои мысли переключились к его стояку.

На который я и перевела взгляд.

— Детка, ложись в постель, — приказал он.

Я посмотрела на его лицо.

— Серьезно, мне кажется, нам нужно прояснить ситуацию с домашним декором, — поддразнила я.

Он перекатился, потянулся ко мне, схватил за запястье и дернул на себя, отчего мне пришлось сдержать крик удивления.

Я приземлилась на него, он снова перекатился, так что я оказалась на спине, а он на мне, и всего за несколько движений мы запутались друг в друге и в одеяле.

Посмотрев на его до нелепости красивое лицо, я поделилась:

— Знаешь, твои манеры пещерного человека так сексуальны, что мы никогда не будем действовать медленно.

Он ухмыльнулся.

— Ты мокрая?

— Я промокла еще до того, как вышла из ванной.

Его улыбка изменилась, как и выражение лица, оба эти изменения я почувствовала внизу живота, когда его руки пришли в движение, выдергивая одеяло между ними.

— Проверим, — пробормотал он.

Потом он поцеловал меня.

Боже, мне нравился его вкус, ощущение его бороды, его запах.

Я запустила пальцы в его волосы.

И мне нравились его густые волосы.

Его рука нашла мое бедро, кожа к коже, а это означало, что он достиг своей цели.

Он не медлил.

Но его губы (и борода) скользнули к моей шее, а его пальцы едва касались влажной ластовицы моих трусиков.

Я вздохнула.

— Ты мокрая, — прошептал он мне на ухо.

Я подалась вперед к его руке и повернула голову.

Он поймал мои губы и зацепил пальцем ластовицу, потянув ее вниз.

Он отодвинулся в сторону, и я убрала руки с его волос, чтобы помочь стянуть с меня трусики.

Мне пришлось чуть повернуться, чтобы снять их.

Тоби стянул их, и они полетели на пол.

Затем я оказалась на спине, он отклонился в сторону, выдергивая остальную часть одеяла. И когда ему удалось выдернуть его полностью, его руки оказались на моих бедрах, и он закончил поцелуй, прикусив мою нижнюю губу.