Чудесные рисунки боярышни-актрисы - Василиса Мельницкая

Мира не угадала, почувствовала, как он коснулся ее разума, успокаивая. И подумалось, часто ли он так делал: теперь и тогда, в далеком детстве. Сейчас она ощущала поток силы, идущий от Владимира. Он не проникал в нее, не смешивался с силой места, существовал отдельно. Он словно гладил ее по голове, как легкий теплый ветерок. И Мира успокаивалась, а жар отступал.

Но и в детстве ей всегда-то было спокойно, когда Волька находился рядом. Так он… всегда? Специально? Скорее, неосознанно…

Она вздохнула. Отстранилась.

- Лучше? – спросил Владимир.

- Ага. – Мира осмотрелась. – Куда пойдем?

Берег моря. Плеск волн о скалы. Но под ногами – песок, а острые черные камни – дальше. Крики чаек. Запах водорослей.

Рядом избушка, а позади нее…

- Это оно? – Мира отчего-то перешла на шепот. – Мировое дерево?

Огромный… Нет, огромнейший дуб. В поперечнике вполне мог бы поместиться целый дом, комнат на десять. С пристройками. У земли клубился туман, отчего казалось…

Нет, не казалось. Мира четко осознала, что так оно и есть: корни дуба не уходят под землю. Корни еще ниже, а там, под землей, тоже ствол. Подземное царство? А верхушка дуба терялась в облаках. И вокруг ствола вилась цепь. Золотая?

- Где? – спросил Владимир. – Я ничего не вижу.

Мира изумленно на него уставилась. Шутит?! Вот же…

Владимир смотрел на нее серьезно, с толикой беспокойства.

- Правда, не видишь? – Мира все еще не могла поверить. – Оно огромное. Вот, рукой подать.

Владимир отрицательно качнул головой.

- А что видишь? За избушкой?

- Холм, - ответил он. – Цветами покрытый. Ромашками. Странно, теперь же поздняя осень. Подозреваю, если на вершину подняться, весь остров будет, как на ладони. Маленький он. И где Баюны живут? Может, на той стороне…

Как обидно! Наверняка, Владимир дуб увидеть не может, потому что он тут… вроде как гость, хранительницей приведенный. А хранительница еще не в полной силе, вот и…

- Может, ближе подойдем? – предложила Мира. – Вдруг что изменится.

Ни один шаг не приблизил их к цели. Вроде и идут, а на месте топчутся. Мира даже побежать пыталась, но и это не помогло.

Она раздраженно опустилась на песок. Теплый, солнышком нагретый. Уж лучше на море смотреть. Море они оба видят.

- Чего-то мы не учли, - сказал Владимир, присаживаясь рядом. – И то, не знаю, что, придется искать в Лукоморье, а не на Буяне. Или силу получить надо, или проводник нужен.

- Баюн? – уточнила Мира. – Навряд ли он нам подскажет, где смерть Кощеева. План провалился.

- Новый придумаем, - отозвался Владимир.

- Да чего ж не подсказать-то? – раздался позади них знакомый голос. – Подскажу.

- Доброго дня, Карл Богданович, - произнес Владимир, не оборачиваясь.

Мира же обернулась и, прищурившись, спросила:

- Ну что? Настоящая я хранительница или нет?

- Мое дело маленькое, - проворчал Баюн. – Избушка сама решает, кого пропускать, кого нет. Тьфу! То есть…

- Да мы поняли, - перебил его Владимир. – Вы с Кощеем заодно?

- Мы с внуком сами по себе, - гордо ответил Баюн.

И ус подкрутил. Откуда у него усы? Вроде бы в первый раз не было таких длинных. Или были?

- Ссориться не ссоримся, - продолжал Баюн. – А смысл? Ни мне, ни ему отсюда никуда-то не деться.

- Вы ему доверяете? – спросил Владимир.

- Я, мил человек, и тебе не доверяю. – Баюн сел, но не на песок, а на возникший из ниоткуда стульчик. – И ей. – Он указал на Миру. – Вы люди пришлые, незнакомые. А Кощей всегда был себе на уме. Но злых дел я за ним не знаю, нет.

- Ага, - вмешалась Мира. – А упырь? Два упыря. Это дело доброе?

- Это дело вынужденное, - строго произнес Баюн. – Настенька своей жизнью расплатилась, чужую не отнимала.

- Складно у вас все выходит, - поморщился Владимир. – Даже вранье.

- Когда это я врал? – возмутился Баюн.

- Женщины пропадают или нет? – рыкнул Владимир.

Миру аж озноб пробрал от его голоса. Вот же! Он и так умеет?

- Пропадают. Но не в таких количествах, как было заявлено, - ответил Баюн, не моргнув глазом. – А что нам оставалось делать? Князь ваш Великий не торопился хранительницу искать. В остальном же… - Он вздохнул. – Владимир Николаевич, сейчас глянь. Чего видишь?

Мира обернулась вместе с Владимиром. Она все так же видела мировое дерево. А он…

- Скала, - протянул он изумленно. – Голая.

- Нестабильность, - пояснил Баюн. – И это так, мелочи. Из подземного мира все чаще гадость всякая лезет. Кощей справляется, верно. Но так быть не должно. А на нашем уровне…

- Белки мрут, - подсказал Владимир.

- Белки сверху падают, - возразил Баюн. – Мертвые. А орехи змеи из подземного царства к себе в сокровищницы тянут.

- Василиски? – уточнила Мира.

- Только василисков нам тут и не хватает! Нет, конечно. Обычные полозы. Ну, как обычные…

- Да мы поняли, поняли, - успокоил его Владимир. – Одним словом, бардак. А смерть Кощеева где?

- Дык там. – Баюн указал на дерево. – Только вам туда не попасть, пока хранительница в полную силу не вступит. И вообще, чего она вам сдалась, смерть эта? Место его занять желаете?

- Упаси боги, - сказал Владимир. – Так, любопытно. А что, когда Мира силу получит, и я дерево увижу?

Баюн смутился. Правда, быстро вновь сделался невозмутимым, но Мира эту перемену уловила. И Владимир, в этом она была уверена, тоже.

- А это от хранительницы зависит, - ответил Баюн. – Ее желание – закон.

Темнит? Определенно. Но расспрашивать сейчас бесполезно.

- И где мне это «не знаю, что» найти? – капризно спросила Мира. – И куда идти? Я думала, сюда, на остров…

- Да вы уже пришли, - буркнул Баюн. – Знали, куда едете? Не знали!

- И нашли? – спокойно поинтересовался Владимир. – Только не знаем, что?

- Именно! – Баюн с облегчением перевел дыхание.

- Курган Загорских… где? Там прах Анастасии?

- Курган вам Красибор покажет. Или Кощей. А