Жизнь после свадьбы - Арина Ларина

– И где марка, я не поняла? – уже раз в десятый растерянно переспрашивала Нелли Гольдберг. Алексей, нервно ухмыляясь, прикладывал к скуле лёд – Светина подножка не прошла даром. А Гера сидел, запрокинув голову назад. Из его носа торчали бумажные салфетки. Лялино рукоприкладство тоже прошло на высоком уровне и с бросающимися в глаза последствиями. Целым из всех присутствующих мужчин был только Борюсик. Он недоверчиво крутил головой в дурацком цилиндре и уточнял подробности.

– Вот это да! Вот это поворот, – бормотал он, вдохновенно закатывая глаза. Вероятно, уже представлял обложку новой книги и автограф-сессию.

Всё так запуталось, что присутствующие едва разобрались в хитросплетениях, которые подкинула им затейница фортуна.

Заподозренный в краже Гера твёрдо решил, что докажет всем – он не вор. Архитектор никак не мог жить с таким пятном на репутации, да ещё постоянно бояться, что коллекционер или Ольгино семейство найдут его и повыдергают ручки с ножками, как было обещано. Мониторить сайт филателистов он догадался ещё раньше Борюсика. Поэтому когда там появилось объявление от какого-то европейского миллионера, Гера решил непременно прийти на встречу и посмотреть, кто и что продаёт. Его интуиция тоже подсказывала, что речь идёт о той самой марке. Так они и встретились в этом кафе.

А с Алексеем всё оказалось сложнее.

– Во-первых, я хочу, чтобы ты знала, – он обращался главным образом к Свете. На остальных ему было плевать. – Сначала это была работа. Да, я частный детектив, меня наняли. Я работу с личным никогда не мешаю. Вернее, думал, что не мешаю. Хотя по большому счету так и вышло: работа шла отдельно, а тебе я помогал независимо от того, что требовалось заказчику. Марка была. И заказчик был. Меня как раз наняли для того, чтобы найти и марку, и вора. Каюсь, сначала я тоже думал, что она у Геры. Я и на курорт за вами потащился для того, чтобы за ним проследить, чтобы он никому товар не сбыл. И когда он исчез, я чуть с ума не сошёл. Расслабился, дурак, отвлёкся. Да, сначала у меня был свой интерес. Но я уже давным-давно всё выяснил. И работа окончена и оплачена. Я здесь только из-за тебя. Света, это всё нелепо звучит, ты можешь не верить…

– Я и не верю, – холодно подтвердила Света. – Я теперь никому не верю. Я на одни и те же грабли дважды не наступаю.

– Да ладно вам ругаться, – перебил их Борюсик. – Так что с маркой-то? Как ты сюда попал?!

– Марку украла Алиса, – будничным тоном сообщил Лёша. – Просто так. Ей не хотелось, чтобы у Ольги хоть что-то в этой жизни получилось. Это какой-то феномен женской психики, сдвиг по фазе, каприз – называйте, как хотите. Она даже не собиралась её продавать. Просто подарила папе. Не выбрасывать же хорошую вещь. Папаша Кароян тоже марки собирает. Без фанатизма, но всё же. Так вот папа возьми, да и прихвастни в своей тусовке, мол, какая у меня марочка появилась. Такие новости распространяются быстро. Историю, конечно, замяли, с Ольгой заключают мировое соглашение, Алису папа отправил с глаз долой – в Лондон или ещё куда-то. В общем, все пытаются сделать вид, что ничего не было.

– Так кто ж мне назначил встречу? – не понял Боря. – И как ты здесь оказался, если всё уже давно решено?

– Я за Герой следил, – вынужденно признался Лёша, бросив на Светлану быстрый взгляд. – По инерции. Хотел узнать его планы на жизнь.

– Ну и как? – сварливо прогундел Гера. – Узнал? Я всегда чувствовал, что ты врёшь. С такими связываться нельзя. Гнилой ты человек, тёмный и путанный. Голову нам морочил…

– Ты сиди тихо, а то добавлю, – посоветовал Алексей таким недоброжелательным тоном, что Гера тут же затих, обиженно отвернувшись. Он очень старательно шмыгал, вытирался, постанывал – в общем, давил на жалость, периодически кося глазом в Светланину сторону.

– Между прочим, меня опорочили перед любимой женщиной, – напомнил собравшимся Гера. – Я всего лишь хотел восстановить своё доброе имя.

– Ну, извини, – развела руками Ляля. – Я тоже за Светку переживала, поэтому ты и получил.

– Ну, да, все беды из-за меня, – покачала головой Светлана. – Нашли крайнюю.

– Светочка, – Гера неожиданно сполз со стула и припал на одно колено. Белые бумажные салфетки топорщились из-под его носа, как клыки у моржа в брачный период. – Я тебя прошу…

– Не надо, – испуганно шарахнулась от бывшего мужа Светлана. – Я сейчас хочу одна побыть. Мне надо всё осмыслить.

Гера понимающе кивнул. Он тоже был уверен, как и Борюсик, что разбирается в женщинах. И в том, что жена простит, он не сомневался. В таких случаях надо всё правильно обставить: дать ей поломаться, покапризничать, позволить женщине почувствовать себя оскорблённой герцогиней, потом всё равно всё вернётся на круги своя. Дамы любят всякие драмы и зрителей, им это даже важнее, чем истинная суть происходящих процессов. Главное, чтобы окружающие не подумали, что она тряпка и легко сдалась. Так почему бы не дать ей поиграть? Всё равно никуда не денется. Они женаты, у них нормальная семья. Более того, с него сняты все обвинения. Всё налаживается…

– Света, – начал было Алексей, но тут в мизансцену ворвалось ещё одно действующее лицо.

Щуплый, усатый мужик, с блестящей плешкой и остатками волос по периметру, стянутыми в лоснящийся хвостик, решительно уселся рядом с Борей.

– Я всё принёс, – интимным шёпотом выдал он, игнорируя собравшихся. – Как договаривались. Вы же Борис? Хотя о чем я спрашиваю, здесь только один человек в цилиндре. Вот – это то, что вам надо. Гарантирую.

Он жестом фокусника, выдергивающего из шляпы кролика, вынул из мятого полиэтиленового мешка альбом и победоносно уставился на Борю.

– Открывайте!

Опешивший Борюсик послушно открыл и нервно хихикнул:

– Это что?

– Это фантики! – сверкнув глазами, объявил пришелец. Причём таким тоном, словно у него была как минимум утерянная человечеством чаша Грааля. – Это лучше, чем марки.

Первой заржала Ляля. Опомнившись, ей начал вторить тоненьким, дребезжащим смехом Борюсик. А через минуту хохотали уже все.

Домой Света поехала одна. Когда возмущённого обладателя фантиков спровадили, а Боря, потирая руки, засобирался домой писать свой очередной шедевр, Светлана решительно со всеми распрощалась и жестом остановила Геру, ринувшегося было за ней. Алексей даже не шевельнулся. Он сидел с отсутствующим видом и ковырял ботинком пол.

– Я хочу побыть одна, – поморщилась Света. – Совсем одна. Мне надо о многом подумать.

– Много не думай, морщины появятся. Женщину украшает глупость, – напутствовала её Ляля.

– Да, – подтвердил Борюсик. – Не ищи то, чего нет. Будь проще. Мы любим, чтобы женщина не грузилась сама, не грузила нас и была прелесть какая дурочка.

– Главное, чтобы не переборщить, пытаясь вам угодить, и не достукаться до стадии «ужас какая дура», – фыркнула Ляля.

– Я учту, – без улыбки кивнула Света, развернулась и быстро пошла к метро.