Небо сквозь жалюзи - Дарья Панкратова

Агата мужественно боролась со сном.

Уже было выпито больше трех чашек кофе; девушка ходила в туалет взбодриться умыванием холодной водой; уши невыносимо горели от постоянного пощипывания.

Не помогало решительно ничего.

…Вчера, вопреки прогнозам Яны, никто не повез их домой.

Не повез потому, что Яне приперло остаться в клубе на ночь и танцевать до самого утра. Девушки получили в подарок еще три бутылки шампанского. Кроме того, одинокий дядька в темных очках (темные очки в клубе?!) и почему-то с портфелем, презентовал им по два дайкири. Неизвестно, что оказалось лишним в конце концов – шампанское, мохито или дайкири. Но теперь Агату мучила неукротимая жажда. Кроме того, шумело в ушах, ломило в висках. Хотелось поесть, но при мысли о еде к горлу подкатывала тошнота, и тогда хотелось сразу умереть. «Больше никогда», – тоскливо подумала Агата.

Хорошо еще, что обошлось без особых приключений. Макс и Яна, конечно, были в ссоре. Но вряд ли небольшая интрижка на стороне или флирт сгладили бы размолвку влюбленной парочки. Однако Яна ухитрилась не пропустить почти ни одного медленного танца. Агата же так и сидела, потягивая очередной коктейль через трубочку, тупо проверяя вызовы на мобильном телефоне (скажите на милость, кто ей там мог звонить в три часа ночи?!). Причина ее сидения была проста: не приглашали.

«Кажется, я совсем перестала котироваться на брачной бирже», – мрачно думала Агата. Или не на брачной. Хотя бы на бирже знакомств.

Все это не добавляло ей хорошего настроения, а, следовательно, и самочувствия.

Время было даже не обеденное, а Агата уже сейчас отдала бы все, чтобы попасть домой. Под прохладный душ. Под мягкое и теплое одеяло. В тишину, в покой, в темноту. Ничего, что на улице в разгаре был белый день – всегда можно завесить окна шторами…

Агата сидела и молила о чуде, хотя в глубине души не видела для себя никакой возможности исчезнуть отсюда раньше шести вечера.

Но возможность такая все же представилась.

Опять-таки, время еще даже не подошло к обеду.

Агата умирала над набираемой ею статьей про пищевые добавки. Статья, само собой, должна была выйти в еженедельнике в цветной рекламной вкладке. «Как повысить работоспособность, улучшить внимание, укрепить иммунитет», – набирала Агата, а про себя думала: как-как! Пить надо меньше, вот и все!

С этим сложно было поспорить. И, словно соглашаясь с Агатой, монитор компьютера неожиданно мигнул, печально пискнул и погас.

Выключился не только компьютер Агаты. Одновременно вырубились все компьютеры в кабинете. В качестве мгновенной реакции последовали гневные вопли:

– Моя табличка!

– В чем дело, что происходит?

– Блин, накрылся рекламный модуль! Я же не успела сохраниться!

– Спокойно, девочки, – велела Альбина, – сейчас все будет.

Она сняла трубку телефона (розовенького!) и набрала номер системного администратора:

– Але, Игорек? Слушай, у нас здесь беда, выручай!

– В чем дело? – строгим голосом отозвалась трубка.

– Понимаешь, одновременно погасли все машины.

– Так это не у вас одних погасли, – хмыкнул Игорь, – по всему зданию света нет. Вы что, не заметили?

– Нет, – призналась Альбина, – понимаешь, еще светло, мы свет не включали.

– Вот и не включайте. Его пока все равно нет.

– А когда ж он появится? У нас работа встала!

– Жаль, что у меня нет мегафона. Или местного радио: я бы тогда всем желающим транслировал сообщение, что света нет. Думаешь, ты у меня первая, кто вопрошает?

– А что же делать? – расстроилась Альбина.

– Не знаю. Я ничего не ломал. Подождем… Может, оно само вернется.

– А может?..

– А, может, и нет, – философски заметил Игорь и повесил трубку.

Девочки загудели, выражая этим самые разные эмоции: возмущение, восхищение, расстройство. Свет не включился ни через полчаса, ни через час. Выяснилось, что по всему району нет электричества. Замыкание на подстанции.

Марина, которая сообщила, что вряд ли здесь кому-то сегодня еще удастся поработать, и предложила всем активно двигать по домам/своим делам, показалась Агате неземным ангелом, принесшим благую весть.

Она переобулась настолько быстро, насколько это было возможно при головокружении, мельком взглянула на небо сквозь просветы в жалюзи – не изменилась ли погода, – схватила плащ, сумку – а обесточивать и так было нечего – и покинула офис.

* * *

– Есть кто живой?..

Вопрос был чисто риторическим.

В квартире пахло краской – не сильно; пол был устлан газетами. Не разуваясь, Агата прошла в комнату и застала там Антона.

В самом факте присутствия Антона в гостиной не было ничего удивительного.

Удивительным было другое. Антон был голым по пояс. Антон был в каких-то старых штанах (классифицировать их, как спортивные, Агата не стала). Загорелый и крепкий Антон был босиком, держал в руках валик, пропитанный краской, и докрашивал оконную раму.