Любовь по обмену - Елена Соколова

Со всех сторон раздаются крики и визг тех, кто не теряет надежды попасть на наш снимок, но я уже не слышу ничего. Не ощущаю толчков в бок, чьих-то посторонних объятий сзади. Есть только его горячая грудь, в которую я упираюсь плечом, его сильная рука, притянувшая меня к мужскому телу плотно и тесно, и его обжигающее дыхание на моей щеке.

Смотрю в объектив и ничего не вижу. Ни о чем думать не могу. Понимаю, что нужно улыбаться, казаться веселой и немного отстраненной, но все, чего мне хочется сейчас — это закрыть глаза и насладиться прикосновением, на которое отзывается буквально каждая клеточка моего тела. Хочется представить, что, стоит повернуться, и он коснется моего рта своими идеально-пухлыми губами и поцелует так глубоко и страстно, что возникшая в низу живота тяжесть отзовется на его ласку нестерпимым желанием. И это будет так естественно и просто, будто в этом нет ничего преступного. Будто нам позволено делать это каждый день, сколько захочется…

Подумав об этом, улыбаюсь открыто и искренне.

— Три!

Вспышки на солнце не видно, поэтому я понимаю, что все кончено по звуку затвора, и выдыхаю, едва его рука мягко отпускает мою талию. Мы все еще стоим с ним рядом. Опасно близко и нестерпимо далеко.

Перед глазами плывут цветные круги, но мне все же удается заметить, что на фото позади нас Маша с Димой показывают языки, а Вика улыбается, прищурившись, и ее хищное личико покоится на левом плече Джастина.

Нет, ну, стерва, точно.

— Меня солнце ослепило, — отодвигая кепку со лба, смеется Джастин.

Кто-то из ребят ищет себя на фото, другие уже строятся обратно.

— Меня тоже, — часто моргаю, — так и не вижу себя на фото.

Точнее, нас с тобой.

— Смотри, — он еще раз поворачивает ко мне экран.

Но вместо наших лиц я вижу только большой отпечаток солнечного диска.

— Дома гляну, хорошо?

— Как же тебе повезло, — щебечет Вика, отходя на шаг и улыбаясь. — С таким гостем, наверное, не соскучиться! — Она дожидается, когда Джастин уберет телефон в карман и посмотрит на нее. Затем подмигивает ему и переводит взгляд на меня. — Слава не ревнует тебя к нему, нет?

Ее слова, как иголка, загнанная глубоко под ноготь. Видя по моему лицу, что попала точно в цель, Старыгина ехидно поджимает губы. Ей нравится то, что она видит. Не дожидаясь ответа, девушка отворачивается, а я замечаю, как Джастин в этот момент смотрит на меня. Выжидающе. Будто ему, правда, интересна моя реакция.

— Карта! Карта! — Кричат ребята. — У кого компас?

Раздается сигнал, и все группы одновременно начинают стягиваться вокруг своих капитанов.

— Тут совсем нет сигнала, — нахмуривается Джастин и вытягивает вверх руку с телефоном. — Хотел выложить фото.

Мне трудно так же быстро переключиться и сделать вид, что я не слышала той желчи, которой была пропитана фраза самопровозглашенной королевы нашей группы. Вика знала, куда бить. И мне необходимо было срочно выбросить всю эту дурь из головы и вспомнить о том, что у меня есть Слава.

— Зайка? — говорит Джастин.

И мне приходится поднять на него взгляд. Его голос восхитительно бархатистый, такой низкий и хриплый, что по моему телу пробегает новая горячая волна. И улыбается он так многообещающе и самоуверенно, словно и не слышал только что замечания о том, что я, вообще-то, немножечко несвободна.

— Да? — Отзываюсь.

Он переворачивает кепку козырьком назад, и на его лоб спадает темный локон. Господи… У меня в голове будто взрыв происходит…

Эти черные, блестящие на солнце волосы. Роскошный калифорнийский загар. Идеально ровные зубы, точно из белого фарфора. Широкие плечи, узкие бедра. Мышцы, играющие под рукавами тонкой футболки.

Я дрожу, и мне страшно находиться с ним рядом. Боюсь не его, а себя саму. Охвативший меня жар отключает мозги, плавит рассудок.

«Слава, Слава, Слава» — эти слова, повторенные про себя многократно, теперь звучат не как спасение, а как проклятие. Слава растворяется, он стирается из моей памяти. Меркнет при любом сравнении с парнем, в глазах которого, так гармонично сочетаясь, плещутся самоуверенность и нежность, сила и мягкость.

Мне жутко хочется вернуться в реальность. Туда, на турслет, где с нами толпа других студентов. Но передо мной только он, один, я больше не вижу остальных. Они — лишь тени. Есть только мы.

— Зайка, — повторяет он, улыбаясь.

Джастин протягивает руку и ждет, что я возьмусь за нее. Мне очень хочется, но я никак не могу решиться. Мне страшно. Обратной дороги не будет. Смотрю на его ладонь, и мой пульс ускоряется вдвое.

— Компас, он у тебя в руке. — Вдруг говорит он. — Давай сюда, его все ищут.

И точно. Чувствую сжатый в ладони кружочек в железном корпусе.

— Да, — только и могу пробормотать я, — держи.

Кладу его ему в руку и спешно отворачиваюсь, пока мои щеки не вспыхнули огнем.

[1] — Twosome — селфи, где двое в кадре.

[2] — Usie [uss-ee] — групповые селфи с друзьями.