Любовь по обмену - Елена Соколова

— Ничего, — на ее лице снова улыбка. Вика берет меня под руку и тащит к парням. — Пойдем, поможем им разобраться с картой.

Через десять минут бесполезного, казалось бы, блуждания меж сосен, мы находим первый ключ, еще через десять — второй. К моменту нахождения последнего, третьего, мои кроссовки становятся серыми от пыли, а на рукава футболки налипает паутина.

— Черт, — ругаюсь по-русски, пытаясь снять ее. — Блин-блин!

— Закон леса. — Дима складывает руку козырьком над глазами и смотрит куда-то вдаль. — В лесу грязи нет.

Ага. Скажи это моим кроссовкам!

— Грязи, может, и нет, но пыли и… болотной жижи предостаточно. — Ворчу, отдирая тонкие белесые ниточки от собственной шеи. — А еще паутина, насекомые и, кто его знает… — Оглядываюсь по сторонам, вспомнив, что меня пугали медведями.

— Дай, помогу. — Вика подходит вплотную ко мне. Ее руки осторожно касаются моей кожи возле ключиц, убирают налипшую на них сеточку. — Вот так. Не щекотно?

Вырез в футболке такой, что при желании я могу рассмотреть даже ее пупок. От волос Вики, стянутых в хвост, при малейшем дуновении ветерка пахнет деньгами, — так я называю духи, на вроде тех, которыми обычно пользуется моя собственная мать. Безликие и безумно дорогие.

Внимательно слежу за руками девушки. Пальчики на ее руках длинные и цепкие, она ловко перебирает ими, намеренно касаясь моей кожи и всякий раз делая вид, что несколько нитей невидимой паутины еще осталось на ней, зацепившись за ворот футболки.

Я не глупец, и догадываюсь, что за знаки она мне посылает. Все достаточно ясно. В ее глазах так и пляшут озорные чертики, когда она облизывает свои губы, щедро покрытые розовым блеском.

— Кажется, все. — Девушка смахивает волосы с шеи. — Так… лучше?

Поднимаю взгляд и замечаю, что Зоя, обернувшись, смотрит на нас. Мы отстали от остальной группы.

— Нормально, спасибо. — Говорю, еле дыша.

Вика кладет руку мне на плечо:

— Всегда рада помочь.

Зоя поправляет кепку и спешно отворачивается. У меня во рту пересыхает от волнения.

— Нам пора. — Натягиваю на лицо улыбку.

Вика, неохотно соглашаясь, кивает. Сжимает челюсти, будто недовольна чем-то, и быстро оборачивается, чтобы проследить за моим взглядом.

— Тогда поторопимся, — сквозь зубы цедит она.

Когда мы выходим из леса, оказывается, что наша группа пришла первой. Дима объясняет мне, что теперь нужно постараться и пройти, как можно быстрее, все испытания. И вот тут начинается какая-то сумасшедшая гонка между этапами соревнований.

Вдоль кромки леса, на берегу, расположились устроители и судьи. Мы должны будем пройти по очереди этапы каждого из них, выполнив требуемые условия и набрав на них наиболее высокие баллы. В каких-то конкурсах участвуют только парни, в других — только девчонки, сложнее всего с теми этапами, где должна участвовать вся группа. Например, кросс.

По сигналу судьи мы стартуем на двухкилометровую дистанцию. Я лечу, как ветер, планирую выложиться по полной, но почти сразу слышу надрывный голос Димы. Парень объясняет, что время будет считаться по последнему — таковы идиотские правила. Поэтому девочки стараются, как могут, а парни вынуждены притормаживать, чтобы дожидаться их. Никита бежит последним и громкими криками, точно пастух, подгоняет девчонок, периодически показывающих ему неприличные жесты.

— Если мы возьмем девчонок на плечи, не будет быстрее? — Спрашиваю, оборачиваясь назад.

Женская половина нашей группы шлифует узкую и пыльную лесную дорогу. Никита пугает их очередным звуком горна: «Па-ба-а-ап!», а Ира в ответ что-то восклицает. По интонации догадываюсь — просит его заткнуться.

— И кто тогда возьмет Наташу? — Шепчет Дима мне через плечо.

Его кожа раскраснелась под татуировками, волосы под кепкой слиплись от пота. Даже в лесу сегодня очень жарко, не то, что на солнце.

— Ты прав, — перевожу взгляд на отличницу с косами.

В Наташе метр восемьдесят росту и не менее ста килограмм веса. Нам вдвоем ее точно не утащить, только если пригнать строительную тележку.

— Тогда мы можем взять только отстающих.

— И это тоже будет Наташа, — пожимает плечами Дима.

Мне остается только согласиться. Мы приходим к финишу первыми и громкими криками подбадриваем наших девчонок. Смотрю на Зою — она легкая, как пушинка: бежит, будто не касаясь земли. Наблюдаю, как сгибаются и разгибаются ее ноги, как подпрыгивают на каждом шаге волосы, как колышется грудь под футболкой, и чувствую себя глупым влюбленным школьником.

Балбес!

Подбежав, она дает мне «пять», ударяя ладонью в ладонь, а затем отходит в сторону. Упирается руками в колени и, согнувшись пополам, тяжело дышит. Зайка очень старалась, мне хочется ее ободрить, похлопав по спине, но я не подхожу. Боюсь. Стоит коснуться ее, и мое возбуждение будет моментальным и слишком очевидным для всех присутствующих.

Вот попал…

Даю пять всем подбегающим девчонкам.

— Мо-ло-детс, мо-ло-детс! Так держать!

Вика, подбежав, тоже подставляет ладонь. Вместо того, чтобы отбить, она словно нечаянно переплетает мои пальцы со своими и делает шаг в сторону, чтобы ее придержали.

— Ух, — она закатывает глаза, — как же кружится голова!

Подхватываю ее за плечи — я же воспитанный мальчик.

— Устала? — Спрашиваю.

— Немного. — Наклоняется на меня головой.

Уперев цепкие пальчики в мою грудь, свободной рукой она поправляет свою кепку, прячет выбившиеся пряди волос льняного оттенка за уши.

— Спасибо, Джа-аст.

Надо признать, Вика красива. И с этим не поспоришь. Изысканная и утонченная девушка. Макияжа на ней всегда в меру, одежда и обувь искусно подобраны и не вульгарны. Но вот поведение… Уж слишком открыто она дает мне понять, чего хочет. И стоит только пожелать, можно получить то самое, предлагаемое ею, в любой удобный для меня момент.

— Всё! — Раздается команда Никиты. Заметив меня, он дублирует на английском: — Мы завершили! — Дождавшись, когда судья запишет результат в ведомость, он выхватывает лист и указывает нам в сторону следующего этапа. — Бегом!

С удовольствием отстраняюсь от Вики, и мы послушно бежим в указанном направлении, огибая кочки, корни деревьев и стараясь не наступать на вездесущие шишки, о которые так легко можно подвернуть ногу.

Перед нами вырастает навесная переправа. Между деревьями натянуты два каната: один выше моего роста, другой на уровне колен. Преодолев ее, нужно будет перейти к следующей — те же два каната, только смыкающиеся в середине — так называемая «бабочка». Удержаться на подобном сооружении — большая проблема. Следом — третий вид переправы: трос, к которому тебя прицепляют карабином на поясе. Перемещаться необходимо, используя руки и ноги, — то есть ползти спиной к земле, видя перед собой лишь небо.