Гуру любви в деле - Яна Полунина

Видела и не отступила. Не отвела взгляд.

Мне было любопытно и нисколько не тревожно. Я доверяла Ване. С кем, если не с ним? Вдруг у меня больше никогда не будет шанса встретить того, с кем я себя чувствую защищенной? Вдруг с Ваней не сложится и я буду жалеть, что не попробовала?

– Вдруг ты пишешь диссертацию, – подыгрывала я. Услышала свой голос и удивилась, потому что он стал на тон ниже, что не мог не заметить Ваня. Его глаза распахнулись на миг широко-широко, а потом сузились, как у хищника.

Он протянул руку к моему лицу, и я не оттолкнула. Прикосновение обожгло щеку, и я следила, как он медленно приближается, сантиметр за сантиметром. Чем он был ближе, тем сильнее замедлялся.

“Быстрее! Что медлишь?” – хотелось крикнуть мне.

А Ванины губы остановились в сантиметре от моих. Все это время он смотрел на мой рот, но сейчас поднял взгляд и гипнотизировал меня глаза в глаза.

Не говорил. Не двигался. Отдавал право сделать последний шаг мне.

И я потянулась к его губам, закрывая глаза, чтобы ничего-ничего не помешало полностью ощутить эти мгновения.

Несмотря на свой возраст, я целовалась первый раз в жизни.

И только мне подумалось, что ничего особенного в этом нашумевшем и раскрученном фильмами действии нет, как Ваня ответил на мою скромную инициативу. Вроде и без напора, но меня сразу будто подожгли от самых пят.

Когда я одна целовала, все было не так. Не так ярко, не так чувствительно, не так горячо.

Ваня прижал меня к себе, и я с удивлением осознала, что сама прижимаюсь к нему так, словно хочу раствориться в нем.

Поцелуи и правда кружили голову круче алкоголя. Все мысли вылетели, все тревоги испарились. Я не думала ни о чем, кроме того, как мне хорошо и что я хочу большего.

И когда поцелуев стало мало, я первая потянула Ваню на кровать.

– Подожди, – хрипло прервал наш поцелуй он, удерживая меня рукой от падения на покрывало. Сорвал его вместе со всем разложенным эротическим реквизитом для игр, и только тогда мы мягко приземлились на матрас.

Кто бы мог подумать, что один только вес горячего тела так распаляет? Кто бы мог представить, что прикосновения рук к коже так бередят голод?

Но самый кайф был от реакции Вани на мои касания. Стоило мне забраться руками под его одежду, как он застонал. Тихо-тихо, но это пробрало меня до дрожи. Захотелось сделать все, чтобы он не сдерживался и был громче.

Я сорвала с него верх, и Ваня посмотрел на меня, зависнув надо мной на локтях.

– Что ты со мной делаешь? – спросил осипшим голосом, лаская взглядом мое лицо.

И в этот момент я чувствовала себя невероятно!

Я потянулась и попробовала на вкус его кожу у ключицы. Запах его тела защекотал ноздри, Ваня пах по-особенному, его естественному аромату тела просто не существовало сравнения, но он определенно действовал на меня, как кошачья мята на мяукающих.

Ваня застонал, наклонив голову, и поцеловал в шею. Шепнул на ухо:

– Что ты со мной делаешь?

А потом он поднялся от шеи к лицу дорожкой поцелуев, оставив тяжелую артиллерию на губы. Вторгся языком, а в голове взорвались гормоны удовольствия.

Даже если бы сейчас комета летела прямо на нас, я бы выбрала продолжать, а не спасаться бегством.

От одежды мы избавлялись вместе и так стремительно, будто был запущен таймер. Как фейерверк разбрасывает огни в разные стороны, наши вещи таким же цветным фонтаном раскинуло по комнате.

Кажется, нижнее белье повисло на люстре, причем не мое, а Ванино, но это я отметила лишь краем сознания.

В эту ночь мы совсем не спали. Игрушки так и остались на полу, потому что нам не было до них дела: мы полностью погрузились друг в друга. Какое разнообразие, когда у нас знакомство с телами любимого, с реакциями. Мы дразнили, искушали, провоцировали и растягивали удовольствие, доводя желание до отупения.

– Ну что… – вдох, – …я лучше… – вдох, – …чем игрушки?

Ваня лежал на спине, голова повернута ко мне. Мы оба будто не могли перестать улыбаться: ударная доза гормона удовольствия выработалась нашими телами, из-за чего мы были в эйфории.

– Лучше, – признала я, игриво глядя на смуглое тело гуру любви.

По-своему красив, прекрасно сложен, а характер-то какой! Мне хотелось спрятать его ото всех, чтобы достался только мне.

И как давно я стала такой собственницей?

– Отлично! – Ваня самодовольно закинул руки за голову и посмотрел с улыбкой в потолок. – Теперь могу смело причислять это к списку своих достоинств.

Будто знал, о чем я думаю, – подзадоривал меня!

– Эй! – Я взяла подушку и вяло запульнула в него: сил не было.

Ваня хрипло рассмеялся, забирая себе подушку под голову.

– М-м-м? Что, нельзя?

– Нечего заниматься саморекламой! – На удивление, я почувствовала легкий вкус уксуса во рту.

– Кажется, кто-то ревнует? – Ваня перевернулся на бок, подперев одной рукой голову, и протянул другую ко мне. Будто боялся, что от его вопроса я убегу, – обхватил меня за талию, придвинув к себе поближе.

– Да никогда! – Я сделала вид, что скидываю руку, но не могу: сил не хватает.

Никогда не признаюсь. Ни за какие сто “мильонов”.

Выспались мы днем, а к вечеру почувствовали, что проголодались.

– Мамонта съел бы, – признался Ваня.

И я сразу вспомнила рекламу. Сказано было таким же тоном.

– Они вымерли. – Разочаровывать надо сразу, а то потом будет больнее. Нафантазирует, пустит слюну, а за окном совсем не пещерный век. Видимо, слишком мы в плотское ударились, раз так в желаниях Ваню отбросило.

Вот это я могу, оказывается!

– В заморозке еще найти можно. В теории – Ваня игриво укусил меня за палец. – Но я и на слона согласен.

– Да тебя не прокормишь! – Я убрала руку от голодного мужчины подальше. Мало ли, всякое бывает.

– Исправляюсь! Готов есть хоть лапшу быстрого приготовления. – Ваня шутливо приставил ребро ладони к своему лбу, будто отдавал честь.

– Да что ты все в крайности бросаешься? – Я убрала его руку.

– А еще лучше я доставку сюда закажу. Покажу тебе, как талантливо готовлю по смартфону. – Гуру любви с деловым видом достал телефон.

– У-у-у, – протянула я. – Давай. А заказы принимаются? – Я придвинулась поближе, положила голову на плечо.

– Легко. Какую кухню предпочитаешь? – Ваня приобнял меня.

Так хорошо, так спокойно. Хочется остаться в этом месте навечно.

– Как насчет японской? – Я представила роллы и облизнулась.