Гуру любви в деле - Яна Полунина

Безжизненные глаза, в точности как много лет назад, а вот буйную шевелюру время не пощадило – пропололо грядку. Но, даже зацепившись за смешную деталь и стараясь в красках преподнести их в воображении, я не могла сделать вдох.

Очень плохой знак. Ужасно плохой.

Я потянула на себя дверь, и корявые пальцы схватились за нее, потянули обратно.

– Идем со мной на шоу, – приказал он, как и всегда приказывал.

Монстр никогда не просил.

Я еще раз рванула дверь на себя, и он выставил ногу вперед. Коснулся моей ноги, и меня будто парализовало на миг. А потом мир поплыл предвестником беды: паническая атака подбиралась ко мне, кружа мир, перехватывая воздух, посылая дрожь по непослушному телу.

А потом тревога захлестнула меня с головой, скручивая тело в тугой узел. Я выпучила глаза, вцепилась в дверной косяк и чувствовала, как спускаюсь по нему. Прошлое в один миг разделалось с моей психологической подготовкой, со всем опытом и душило меня картинками.

Миг – и меня вывернуло наизнанку, оставляя с такой любовью приготовленный завтрак на пороге.

А я думала, что избавилась от панических атак. Что уже не боюсь мужчин!

– Млин, ботинки чуть не загадила. Больная, что ли? – донеслось до меня сверху.

И этот голос, особенно его направление на меня, просто раздавил меня в один миг. Живот скрутило судорогой, руки зачесались, голову повело.

Надо обнять колени и не вставать, тогда он успокаивается. Не смотреть на него, не говорить, а еще лучше не дышать.

Да-да-да, тогда, может быть, он уйдет.

– Опять фокусы показываешь? А ну, вставай! Я сюда не развлекаться пришел: без тебя не платят. Обещала пойти на шоу – пошли.

И схватил меня за ворот сзади, сгреб одежду рукой, будто шкуру у щенка на загривке, и потащил вверх.

Главное – не потерять сознание. Только не это!

Если он сделает со мной что-то снова, когда я взрослая, я этого не выдержу.

Только бы устоять. Но как, когда голова взрывается вспышками боли, а из кишок будто вяжут свитер?

Я еле-еле контролировала свое дыхание, а этот монстр тащил меня куда-то.

Лифт. Вдох-выдох.

Этажи мигают, а мне все сложнее дышать.

Но я не могу сдаться. Не могу. Только не тогда, когда я нашла любовь и смогла спокойно быть рядом с мужчиной.

Я выросла. Никто не смеет издеваться надо мной и унижать меня.

Вдох-выдох.

– О, да ты выросла! – вдруг похабно заметил монстр и шлепнул меня по пятой точке.

Бах.

Этот удар прошиб меня насквозь. Легкие словно раскрылись, наполнились воздухом. Живот отпустило, голову прояснило. Меня такая злость взяла, что я резко выпрямилась, развернулась и со всего размаху треснула монстра по голове.

Не знаю, что мне помогло это сделать. Может, наступила точка кипения. Может, я поверила в свои силы. Может, потому, что я представила образ Вани и испугалась, что если меня парализует, а этот монстр что-то сотворит, то я больше не смогу смотреть ему в глаза.

Я не позволю больше так с собой обращаться. Никогда. Никому. Ни за что.

Монстр выпучил глаза в ответ на удар меж рогами и даже присел.

– Ошакалела совсем? – Брови мужчины изогнулись волной.

Он поднял руку, замахнулся, а я не стала ждать исхода – двинула ему между ног.

Монстр согнулся пополам, завыл, как самая жалкая собачонка, а потом глухо зарычал, как разозленный зверь.

– Девка! – И двинул мне ногой в живот.

Адская боль разрослась из центра тела и пошла волнами, пронзая сознание. Я не помню, как оказалась на полу, очнулась, когда меня за волосы волокли из лифта.

Монстр будто размножился, становясь несколькими ожившими страхами. Я сжалась в комок, вспоминая, что похожее уже было. Наливной пол первого этажа чудился старым паркетом, который я пересчитывала позвоночником. Лампы в навесном потолке – старой люстрой, что звенела от криков.