Фасад Страстей - Ирина Лазарева

Под окном кабинета располагался бассейн. Блики с его поверхности лежали на стене, оттого вся стена дрожала светом, по ней струились вниз сияющие волны. Свет дрожал на гладком плече Стаса — Влада пыталась поймать пляшущих зайчиков губами.

Час назад они заперлись в кабинете, не успели даже разложить диван, но успели опрокинуть фигурную подставку и разбить ценную статуэтку.

Рука Стаса медленно двигалась от ее круглого колена вдоль точеного бедра в изгиб талии и, добравшись до нежной полноты груди, задерживалась на миг и пускалась в обратное путешествие

— Я был достаточно осторожен?

— Я люблю тебя.

— Что?

— Я люблю тебя.

— Это правда?

— Ты все-таки сумасшедший.

— А ты? Зачем ты меня укусила?

— Я укусила?

— Вот здесь, посмотри. Куда это годится? Мало того, что дорогие гости поочередно бьют меня по лицу, рвут на мне рубашки, теперь еще и кусаются. Как я предстану перед сотрудниками с разукрашенной мордой и следами зубов на шее?

— Легко! Объясни, что отдыхал в Испании с большой компанией русо туристо и занимался любовью с вампиршей. Пусть обзавидуются.

— До чего ты хороша! Непозволительно красива!

— Скоро меня разнесет, и я стану прятаться от тебя.

— Какое заблуждение! В тебе столько природной грации, просто поразительно, она никогда не иссякнет. Я боготворю тебя. Бросишь меня снова — умру! Больше не выдержу. Выходи за меня замуж, немедленно!

Произнося слова, он поминутно целовал ее щеки, шею, губы, она в ответ лишь томно улыбалась, чуть обнажая блестящие кончики зубов, сладострастно изгибалась в его руках и льнула к нему телом и лицом.

Они спустились на веранду. Было время обеда. Расторопный Альфредо выпархивал из кухни с подносом и выкладывал на стол жареные миндальные орешки, зелёные оливки, бутылочки с томатным и чесночным соусом, квадратные ломтики поджаренного на решетке хлеба и хрустящие булочки.

Вслед за тем на столе появились бутылки с вином, жареные рыбные шарики, обвалянные в сухарях, мидии, ракушки, запеченные на гриле, искусно нарезанный хамон и сыр.

Не дожидаясь, пока подойдут остальные участники трапезы, Влада накинулась на еду с аппетитом женщины, имеющей вескую причину ни в чем себе не отказывать за обеденным столом. Станислав сидел напротив и завороженно следил, как она вонзает зубки в срез круглого хлебца, намазанного маслом и холодной зернистой икрой. Из напитков она позволила себе немного белого вина чакколи, Станислав предпочел красную риоху к мясной нарезке.

— Не верю своим глазам, ты ешь икру? Даже как-то боязно стало.

— Отчего же? — Влада взялась за второй бутерброд.

— Внезапная смена вкусов не сулит ничего хорошего.

— Боишься, что мне начнут нравиться мужчины не твоего типа? Например, плюгавенькие, субтильные, или нет — толстые, лысые, с отвислыми боками. Бррр!.. Странно, что ты еще не облысел.

Станислав поперхнулся.

— Ладно, не комплексуй. Сорок лет — самый цвет для мужчины. Просто вы с Колей ровесники, а у него давно макушка сверкает… Ой!.. — Она перестала есть и воззрилась на Стаса. — Я совершенно забыла о Коле. Вот так отключка! А ты почему молчишь? Как он? Вы видели его?

— Мы привезли его с собой. Он маялся, просился домой, поэтому девочки решили забрать его из клиники.

— Стас!

— Ну что я мог сделать, малыш? Он стал буянить, чуть нас всех не побил, пришлось выполнить его желание.

— А что сказал врач? Какие прогнозы, рекомендации?

Станислав замялся:

— Спроси у Эли. Она лучше знает.

Пришла Кристина и с недовольной миной уселась за стол. Спустя минуту с лестницы сбежал Антон. Альфредо внес дымящуюся супницу.

— Пахнет обворожительно, — встрепенулась Влада.

— Просил приготовить специально для тебя, — сказал Станислав. — Там только мясо и много овощей. Не предполагал, что твоя неприязнь к морепродуктам пошла на убыль.

— Да что вы?! Неужели? — ядовито поддел Антон. — Удивительный дом, способствует повальному перерождению.

Однако хозяин злокозненного дома и его вновь обретенная пассия снова выпали из общения с внешним миром и были заняты исключительно друг другом. Они обменивались взглядами, улыбками, каждая из которых имела потаенный смысл, чувственный намек, то волнительно-сладостное для обоих, что приходится скрывать при посторонних.

Кончилось тем, что Антон в раздражении опрокинул бокал с красным вином и испортил весь антураж, с вдохновением созданный Альфредо.

— Что, корячит тебя, Антоша? — с убийственной насмешкой пропела Кристина. — А ты не стесняйся, пойди поплачь в сторонке. Либо другой вариант: можешь утопиться в знак протеста. Море рядом.

Антон мгновенно сконфузился.

Он порывисто схватил руки Кристины и прижал к губам:

— Крис, прости, это не то, что ты думаешь. Я тебе все объясню. Нам надо поговорить наедине, я совершенно запутался.

— Ты чертовски прав, парень! — одобрил Станислав. — Пойдите погуляйте. На-ка держи, Крис, — он положил на стол пачку евро. — Развлекайтесь на всю катушку.

— Видишь, он все время хочет меня оскорбить, — снова взъелся Антон.

— Глупости! — возразил Станислав. — У меня сегодня приступ щедрости. Да и деньги я даю Кристине, а она распорядится ими по своему усмотрению. Верно, заяц?

— Заметано! Мы их немедленно прокутим! — Кристина поцеловала Станислава в щеку, сунула деньги в карман коротеньких штанишек. — Вставай, поедим в другом месте, — дернула она Антона за руку. — Закатимся в какой-нибудь шикарный кабак с фламенко и гитарами, потом оторвемся на танцполе. Да перестань ты кукситься! Славочка все делает от души.

Когда молодые люди скрылись из виду, Станислав сказал:

— Бедный малый, все пытается самоутвердиться. Признайся честно, юноша предлагал восстановить отношения?

Он пересел на соседний стул, обхватил Владу за талию и притянул к себе.

— Раз ты такой проницательный, то нечего и спрашивать.

— Надеюсь, ты отдаешь себе отчет?..

— Что, восстановив поруганную честь, он тут же сбежит к Кристине? Стас, я не дурочка, к тому же потеряла к нему всякий интерес. Тебя это устраивает?

— Более чем…

Он поцеловал Владу в голое плечо, оглядывая всю ее фигурку с нарастающим вожделением и уже начал распускать руки, вынудив ее отбиваться — совсем как в молодые годы:

— Стас, дай спокойно поесть, нашел место приставать!

— А где можно? Проведем сегодня ночь вместе. Завтра вы уезжаете, мы расстанемся — ненадолго, я приеду к тебе в Москву, и мы обсудим наши дальнейшие планы.