Солнце краденое - Нани Кроноцкая

Она — бритая наголо, с красным уродливым шрамом на темечке, бедная, горько рыдающая, и он, седовласый и скорбный. То немногое, что осталось от гордости прайда Рейн, наследника и правой отцовской руки — старшего ее брата Кирейна.

Они все-таки встретились.

27. Сделка

Горная система Средний Рейн. Планетарная система двойной звездной системы Кеплер 47 в созвездии Лебедя.

Инспектор рассматривал Нэрис, спавшую беспокойно на узкой деревянной тахте в углу дома и от грустных мыслей, его неустанно тревожащих отделаться он не мог.

Такая юная, такая трепетная, даже хрупкая девочка и так уже много испытала. Она успела познать боль самых страшных потерь, была предана неоднократно, и не сломалась.

В отличие от Кирейна.

Наследник некогда гордого прайда Рейн оказался брезгливо-циничен и фактически сломлен как физически, так и душевно.

Малышке удалось вытряхнуть из прочной раковины все то немногое, что оставалось от брата. И дело вовсе не в тяжких увечьях. Искорежена оказалась душа. Или он таким был и раньше, а новые испытания лишь его обозлили?

В этих скалах Рейн прятался от родных и друзей, все эти годы был зол на весь мир, что не мешало ему вести активнейшую торговлю семейными залежами виталита. Его добычу он восстановил и реорганизовал очень скоро после чудесного воскрешения. Это стало его смыслом жизни.

И за все эти годы Кирейн ни разу не попытался связаться с сестрой.

Их общий отец знал о спасении и возрождении сына, был ему даже свидетелем. Но Либерум Рейн молча смирился с произошедшим, считая богатые шахты чем-то вроде оплаты старшему сыну за физические страдания.

“Страдалец” сидел за широким каменным столом строго напротив инспектора и не сводя с него взгляд, очень внимательно разглядывая ЭТО.

Пусть смотрит. Аверин уже решил постараться отправить страдальца на легендарный Шедар, и содействовать в получении квалифицированной помощи. Пусть это будет оплатой за помощь в заправке “Совы”.

Человечество вот уже без малого как триста лет умеет справляться с последствиями ампутаций. Достаточно нескольких месяцев времени, крупный банковский счет и немного терпения. При наличии этого очень быстро из собственных клеток Рейну вырастят недостающие руку и ноги.

Почему он, настоящий технический гений и по меркам галактики человек весьма и весьма состоятельный, все это время предпочитал жить в горном лесу и скрывался от конунга? И стоит ли знать инспектору ответы на эти вопросы?

— По законам Лиглы Нэрис моя жена, — зачем-то инспектор сказал.

— Выкинешь ее в первом ремонтном пункте, как надоевшую игрушку? — совершенно спокойно спросил его Рейн. Словно речь шла о кошке.

— Для подобных игр проще купить наложницу-голодианку, а не лезть очертя голову в этот аттракцион, что у вас тут зовется отбором. — Ответил ему почему-то Аверин.

Хотя знал однозначно: — бессмысленно убеждать злых и разочарованных. Его собеседник останется при своем. Интересно, предложит ли брат помощь Нэрис?

— Пять лет назад в банке Гизила я завел счет для Нэс. Кое-какие средства на жизнь вне нашей проклятой дыры у сестры теперь есть.

Надо же… Кажется Мак ошибался. У Рейнов есть сердце?

— Я вполне в состоянии обеспечить супругу, — ответил инспектор, стараясь не выдать своего удивления.

— Эти деньги доступны только ей лично, в них свою лапу тебе все равно не засунуть. — На изуродованном шрамами лице появилась кривая ухмылка.

— Так зачем тогда ты мне об этом рассказал? — спросил Мак, в который раз радуясь маске ЭТО, скрывающей мимику его выразительного лица.

— Чтобы предложить тебе сделку, — пальцами правой руки Рейн подхватил сиротливо оставшийся на тарелке плохо прожаренный кусок совершенно неаппетитного мяса, придирчиво осмотрел его и решительно выкинул в распахнутое окно.

— Интригующе… — проводив взглядом кусок, Аверин задумчиво констатировал.

— Ты изменяешь маршрут экспедиции, вашему фрегату все равно нужен ремонт. Высаживаешь нас с ней на Барейне и забываешь о существовании Нэрис. Совсем.

— И что, интересно мне знать, может заставить меня это сделать? — усмехнулся Аверин.

— Я хорошо заплачу! — произнес человек, убежденный в неоспоримой весомости своего аргумента.

— Деньги мне не интересны, — отрезал Макар. — И если уж ты сам предложил, то вот мои условия сделки: — инспектору вдруг мучительно захотелось курить. И это чувство кольнуло так остро, что он едва удержался от просьбы к ЭТО о микродозе спасительного никотина. Взял себя в руки и твердо продолжил: — Ты заплатишь за изменение маршрута имперского фрегата партией виталита, а я высаживаю тебя на Шедаре, как своему действующему агенту даю имперский доступ к закрытому сектору медицинской системы и там тебя приводят в полный порядок. Последнее за твой счет, разумеется.

Несколько долгих минут Кирейн тяжко раздумывал. На его лице отражались сомнения. Мучительный поиск подвоха ни к чему не привел.

— Мне напялят такую же хрень? — он кивнул на Аверина, явно зная о назначении ЭТО.

— Возможно, — Макар, к счастью, пока еще не попадал в такие тяжелые переплеты. Рук или ног не лишался, голова тоже на месте. — Мои сослуживцы возвращались с Шедара в полной исходной комплектации.

— Ты сказал, что высадишь только меня, — Кирейн вдруг наклонился к Макару, вглядываясь в черты ЭТО маски. — А что станет с Нэс?

Надо же… братец волнуется? Или, быть может, у него есть свои планы на Нэрис?

Аверин одернул себя. Злой цинизм оказался заразен.

— Только то, чего захочет она сама. Решит уйти вслед за тобой, — я удерживать не смогу и не стану. Свободную женщину глупо держать в клетке жизни рядом с имперским инспектором. Я — существо подневольное. И так будет всегда.

Зачем это все он сейчас произнес?

Макар и не знал. Это был редкий момент озарения, когда как будто судьба собственноручно вела его по какой-то незримой тропе. “Просто сделай и все. Очень нужно!” То же самое он ощущал в тот момент, когда входил к Нэс в круг брачного отбора.

— Наивный инспектор! — Рейн вдруг рассмеялся, хрипло каркая и отстранился, откинувшись на спинку массивного стула. — Она захочет только того, что ей скажу сделать я. Женщины силу чувствуют и любят. Дай-ка я угадаю: до приключения с Нэс у тебя очень давно никого уже не было, так ведь? Последний романтик вселенной.

— Я исповедуюсь строго по пятницам, — осадил его Мак. — И у меня есть свой собственный проповедник.

— Хорошо! — Рейн нащупал короткий костыль, тяжело подставил его под себя и с огромным трудом перенес на него тяжесть крепкого тела. Потом сосредоточенно взял другой, поднимаясь со стула.

Стоило ему это