Почти родные - Слава Доронина

Впиваюсь в широкие плечи ногтями, млея от этих слов, и умоляю не останавливаться. Андрей трахает меня под аккомпанемент сиплых стонов, потому что мой голос сел. Снова кончаю и впадаю в эйфорию.

— Люблю тебя, — срывается с губ, и я обмякаю в сильных руках. — Я люблю тебя, — повторяю.

Андрей что-то неразборчиво говорит в ответ, изливаясь в меня, а потом обрушивается весом своего тела сверху и шумно дышит в висок.

Не знаю, сколько мы так лежим, но спустя время секс между нами повторяется.

После такого насыщенного вечера и пятого оргазма я не в состоянии даже пошевелиться. Думаю о разбросанных по полу тюльпанах и, кажется, говорю об этом вслух.

— Я еще куплю, Яна, — произносит Андрей, прижимая к себе и утыкаясь лицом в мою искусанную шею. — Всё что захочешь.

34 глава

Не представляю, как работать, учиться, заниматься привычными делами, когда все мысли теперь только об Андрее. И что злит: у Ковалёва в жизни все по-прежнему! Потому что стоит открыть глаза — и я обнаруживаю, что лежу на диване одна, а этой секс-машины нет рядом. Спускаю ноги на пол, натягиваю на себя майку и иду в спортзал. Между ног дискомфорт, все тело ломит! Может, мне и впрямь записаться на занятия с тренером, чтобы повысить свою выносливость? Где гарантии, что выдержу такой бешеный ритм и не сломаюсь?

Ковалёва я ожидаемо нахожу на тренажерах. Выглядит он помятым. Наблюдаю за ним несколько мгновений и, когда Андрей опускает штангу на перекладину, даю себя обнаружить.

— Режим — это хорошо, но так ты быстро себя угробишь. Если, конечно, не обладаешь суперсилой. А может… — Запинаюсь, вспоминая нашу бурную ночь, но следом пронзает другая мысль: такой шторм Андрей мог устраивать не только мне, но и своей фиктивной подружке. Или сколько их там у него было?

— Всё нормально, — обнадеживает он. — Я перед чемпионатом возьму два или три дня отдыха. Отосплюсь.

Андрей подходит ко мне. Пробегается взглядом по фигуре и приподнимает уголки губ, заметив свою футболку.

Протягивает руку и тыльной стороной ладони трогает мою скулу, нежно по ней водит, задерживает палец возле рта. Я обхватываю его губами и втягиваю в себя. Глаза Андрея тут же становятся дикими. Узнаю это выражение лица.

Между ног хоть и горит, но я опять хочу Ковалёва. Каждая клеточка тела на него реагирует незамедлительно! Наверное, я все-таки извращенка. Или между нами слишком сильное притяжение. Другого объяснения происходящему у меня нет.

Не разрывая зрительного контакта, подключаю к своим движениям язык. Видя, как это нравится Андрею, решаюсь снова встать перед ним на колени, как и в тот вечер.

В уши врезается шумное дыхание Ковалёва, когда я тяну его спортивные брюки вниз и обхватываю член рукой. Целую твердый и влажный от пота живот. Спускаюсь ниже. Андрей идеальный, и я без ума от того, что сейчас он всецело принадлежит мне!

Облизываю кончиком языка розовую головку и сразу беру его длину максимально глубоко. Насколько вообще могу себе это позволить. С губ Ковалёва слетает шипение, он запускает пальцы мне в волосы и стискивает их рукой. Если секс Андрею нравится жесткий и грубый, то и минет, наверное, нужен соответствующий?

— С твоим зажимом, надеюсь, проблем не будет?

Подняв глаза, встречаюсь с его прямым и дерзким взглядом. Вроде Андрею делаю приятно, но у самой между ног становится влажно. Поразительно, это, оказывается, может настолько заводить!

Вместо ответа вбираю член глубже, помогаю себе рукой и добиваюсь своего: Андрей хрипло стонет и несдержанно толкается в мой рот, вызывая слезы на глазах. Его контролю приходит конец. Ковалёв повторяет эти движения, пока не кончает.

Проморгавшись, чтобы вернуть себе четкую картинку, я наблюдаю за Андреем, облизываю влажные губы. Его челюсти плотно сжаты, он рвано дышит через нос, глаза затянуты похотью, на лице застыла гримаса муки, будто я не удовольствие ему доставила, а причинила боль.

— Это самое эротичное, что я видела в своей жизни, — признаюсь вслух и ловлю себя на мысли, что сегодняшнее утро навсегда останется в памяти. — И кстати, где моя фотосессия?

Мы так и не сделали ее, хотя Андрей обещал.

— Все будет, — заверяет он.

Берет меня под мышки, стаскивает футболку и опять смотрит.

— Ты вся в засосах, — констатирует Ковалёв и тут же продолжает: — До возвращения родителей синяки не сойдут. Придется носить не такие короткие и открытые вещи, как ты привыкла. Если не хочешь лишних вопросов.

— В твоих засосах, — уточняю я, не скрывая восхищения в голосе. — Сделаешь мне еще?

Даже уговаривать не приходится. Андрей собственнически обнимает меня и целует. Его губы буквально везде! Тело знобит от предвкушения.

Мы отходим к тренажеру и снова занимаемся сексом. Прямо на том самом месте, где несколько минут назад Ковалёв поднимал штангу.

— Еще… — стону от эйфории, когда Андрей, не сводя с меня глаз, вгоняет член на всю длину.

Кажется, начинаю понимать, почему девочки творят глупости, забрасывают учебу и меняют свои убеждения. Позови меня Андрей с собой — ни секунды бы не думала, а уже собирала чемодан.

Громко кончаю, впиваясь ногтями в плечо Андрея, веду ими вниз. Он шипит и в ответ вонзает зубы мне в шею.

Эти эмоции и ощущения хочется переживать снова и снова! Просто потрясающе!

Ковалёв кончает следом. Вытаскивает член и толчками выпускает сперму мне на живот. С ошалелым взглядом размазывает ее по коже ладонью, пока я в который раз сетую на то, что не могу запечатлеть Андрея на камеру. Ничего сексуальнее еще не видела!

Если так остро теперь будет каждый раз, то совсем скоро я превращусь в мокрую тряпку, которую без конца придется отжимать.

Отворачиваюсь, пряча слезы, но Андрей не позволяет. Берет мое лицо в ладони и заставляет на себя посмотреть. Поглаживает пальцем щеку. Мы молча сканируем друг друга глазами и учащенно дышим.

— Всё нормально?

— Да… Мне нужно в душ, — сиплю я.

А еще хочется есть и опять лечь в постель. Но сил хватит на что-то одно: дойти либо до душа, либо до кухни.

— И в чем проблема? — Голос Андрея звучит мягко, но серьезно.

— В том, что ноги дрожат и сил нет встать. Хотя… Если мы так будем каждый раз «тренироваться», то я точно полюблю спорт. Честно-честно.

Андрей улыбается. Встает и, взяв на руки, несет меня наверх.

— Поставь! Я могу идти сама. У тебя плечо… — пытаюсь возразить.

— С ним все в порядке.

Увидев себя в отражении, прихожу в ужас.