Любовь по предсказанию - Алиса Воронцова

Я думал только о том, что если бы вчера согласился на ее предложение, то такого бы не было, и эта мысль заставляла внутренности кипеть. В прямом смысле — кажется, от этой парочки у меня начиналась изжога.

Это я сидел бы рядом с Шейлой, и это на меня она бы смотрела с таким невероятным обожанием. Обычно я не склонен к насилию, но сейчас мне безумно хотелось пересчитать зубы молодому принцу.

Я старался смотреть в окно, но меня то и дело как магнитом притягивало обратно.

— Что, простите? — переспросил я, когда понял, что принц Гран о чем-то меня спросил.

— Говорю, вы, судя по всему, очень близки с Шейлой, раз сопровождаете ее в каждой поездке, — повторил он.

Я не мигая посмотрел на Шейлу, как бы спрашивая, как она так быстро успела перейти с принцем на ты. За подобный немой укор мне тут же стало стыдно, однако признавать я этого не собирался, тем более что она в ответ смотрела с вызовом. Дескать, сам вырыл себе могилу.

— Да, — улыбнулся я.

Огромный неотесанный медведь внутри меня так и подрывался доложить этому щеголю, что у нас уже забронирован зал и назначена дата свадьбы. Но такого мне Шейла точно не простит.

Поэтому я только крепче сжал зубы.

— Смотрю, вы довольно сдержанны на эмоции, — заметил принц.

Кажется, я сжал зубы так крепко, что они начали крошиться.

— Вы правы. — Я кивнул.

— Господа, господа, может, я закажу какой-нибудь травяной сбор в купе? — предложила Шейла, явно намекая на то, что у меня не так уж хорошо получается скрывать свои эмоции.

— С удовольствием, — улыбнулся принц и коснулся ее руки.

Прикосновение было быстрым и невесомым, но мои внутренности от этой картины мгновенно затянулись в тугой узел. Я был на грани. Я был близок к тому, чтобы…

— Давайте я схожу, — внезапно предложил Флинт.

Мы с Шейлой остались наедине, и меня наконец прорвало.

— Обязательно все это делать при мне?

— Что? — Шейла делала вид, что ничего не понимает.

Я зашипел:

— Ты постоянно выводишь меня на эмоции. Поздравляю, у тебя это отлично получается, Шейла. Нельзя ли миловаться где-нибудь в другом месте?

— Почему нет? — Она невинно захлопала ресницами.

Я сжал полы пиджака правой рукой.

— Ты это специально.

— Что? — вновь «удивилась» она фальшивым тоном.

Было видно, что она вот-вот сломает свою оборону и растянет улыбку до ушей.

— Заставляешь меня ревновать, — признался я, чувствуя унижение оттого, что пришлось сознаться в собственной слабости.

— Удивительно, как так? — Шейла внезапно начала злиться. — Женщина предлагает себя мужчине, он ей отказывает, а затем вдруг признается, что ревнует. Какой сюрприз!

— Ты… — Но я не успеваю закончить, потому что в купе возвращается Флинт с двумя кружками с дымящимся травяным сбором. Запах от напитка идет потрясающий.

— Прошу. — Принц ставит кружки на небольшой откидной столик. — Момент, я сейчас схожу еще за одним.

Когда он исчезает за дверью, мы продолжаем свой спор:

— Ты знаешь, в чем причина, — напирал я. — Мне не нужны короткие отношения, и мы с тобой оба знаем, что по вопросу антирринума я свое мнение не поменяю.

Шейла пробормотала себе под нос что-то вроде: «Это мы еще посмотрим». Я возмутился от такой наглости.

— Вот и любуйся видом из окна. — Она махнула рукой в сторону проносящегося мимо пейзажа.

На этот раз Флинт вернулся быстрее и только с одной кружкой в руке.

— А что вы еще не пьете? — удивился он. — Кстати, я тут прошелся по соседнему вагону — студенты сидят как мышки.

— Замышляют что-то, — буркнул я.

— Простите?

— Ну, когда студенты ведут себя очень тихо, это значит, что грядет буря. — Я с вызовом посмотрел на особу королевских кровей, но, к его чести, он даже не дрогнул.

Меня бесило в нем все: молодость, идеальный внешний вид, осанка, свидетельствующая о высоком положении в обществе, дорогой бушлат с золотыми пуговицами. Он был всем тем, чем я не стал для Героценты. Он был всем тем, чем я не стану для Шейлы.

— Да что вы, не знал? — ответил Флинт, и я впервые услышал стальные ноты в его голосе.

Часть хищника во мне сжалась как пружина, чтобы в любой момент рвануть вперед и впиться противнику в горло.

— ПЕЙТЕ ТРАВЫ! — громыхнула Шейла, и мы как послушные дети тут же сделали глоток.

Напиток обжигал горло, но зато помог как-то прийти в себя.

Перед тем, как сойти на перрон, Шейла схватила меня за рукав и прошептала на ухо:

— Будешь вести себя как дикарь, останешься на вокзале.

Я хотел было поспорить, кто из нас еще ведет себя как дикарь, но ее уже и след простыл.

И вновь я был замыкающим, тогда как Шейла с принцем вышли вперед. Если бы за убийство наследника престола мне бы не грозило обезглавливание, я бы еще подумал над этой соблазнительной опцией.

— Профе, вы что такой грустный? — щелкая жвачкой, спросил Ирвин Хант.

Ох уж этот змееныш…

— Не ваше дело, Хант, — резко сказал я, угрожающе зыркнув в его сторону.

— Воу-воу! — вскинул руки оборотень. — Полегче, профе. Будете таким злым, мисс Уилан уйдет от вас к этой смазливой мордашке.

Я едва не зарычал. Может, Шейла и права, назвав меня дикарем.

— Мисс Уилан — свободная женщина, — ответил я, сам не знаю зачем.

На самом же деле мне хотелось приковать ее к батарее и не выпускать из дома. Но никому я в этом, конечно же, не признаюсь.

Хант присвистнул.

— Да вы по ушли влипли, профе. — И он ободряюще хлопнул меня по плечу.

Я попытался прожечь его взглядом.

— Что вы ко мне вообще пристаете?

— Ну, вы выглядели одиноким, — пожал плечами студент. — Наверное, переживаете из-за мисс Уилан? Если что, — он сверкнул глазами, — я ее в обиду не дам. А если у нее с вами ничего не выйдет, то сам на ней женюсь.

Вот это заявление!

Я злорадно усмехнулся.

— А вот это, мистер Хант, я глубоко сомневаюсь.

Хант на такое заявление сразу обиделся.

— Ну и сидите в своем болоте, — сказал он, — а я пойду проверю, как там мисс Уилан.

Хотя бы тут я был уверен: такие, как Хант, не во вкусе Шейлы. Правда же?

Анкастерский замок был такой здоровый, что с архитектурной точки зрения находился на грани с безвкусицей. Никаких украшений — только здоровые мощные стены, которые не пробьешь ни одной катапультой, и редкие башни.

Когда я остановился, чтобы получше рассмотреть всю эту махину, непонятно откуда слева от меня снова материализовалась Шейла.

— Шекман был придворным