Страсть сжигает все преграды - Линн Грэхем

— Ты прав.

— Один раз прав и бесчисленное множество раз не прав, — с жаром возразил он.

— Нет, — запротестовала Эшли с ласковыми нотами в голосе. — Когда ты понял, что я не лгала тебе насчет выкидыша?

— Разве это сейчас имеет значение?

— Имеет, — настаивала она, понимая, что ей тяжело будет удерживать его в таком подвешенном состоянии, но сейчас она хотела знать.

— После того, как в Шри-Ланке ты попала в аварию и я думал, что потерял тебя. Такой шок способен прочистить мозги, — криво усмехнулся он. — Я понял, что люблю тебя, и ни прошлое, ни настоящее не имеет значения. Мое собственное упрямство стало высочайшим барьером в наших отношениях. В тот момент я задал себе вопрос: раз ты никогда не лгала мне, зачем тебе лгать теперь?

— Тебе лучше распаковать вещи, я не хочу, что бы ты уезжал. — Эшли всю, трясло.

— Но я не могу жить с тобой так, как сейчас! Сегодня днем я понял, каким выгляжу в твоих глазах. Ты полагала, что я такой же, как твой отец…

— Никогда так не считала! — решительно возразила она, еще не готовая признаться ему, какой была бесконечно глупой. — Отец заставил меня бояться любви. Заставил меня бояться брака. Бояться, что я превращусь в подобие матери. Любовь к тебе ужасала меня четыре года назад! Тогда я не могла победить этот ужасный страх. А сейчас понимаю его причину и могу с ним справиться. Вито, ты не видишь перемены? У меня нет ненависти к тебе. Вито… я люблю тебя.

Мука в его напряженном взгляде, пока он пытался осознать услышанное, буквально убивала Эшли. Он шагнул к ней, протянул руки и крепко прижал к себе. Жаркую атаку его изголодавшегося рта она встретила таким же страстным требованием собственного. Эшли не могла насытиться им. Вито не мог насытиться ею. Прерывисто дыша, она погрузила соскучившиеся пальцы в пружинистую глубину его волос.

— Dio, как долго это тянулось, — простонал он. — Я бы отдал десять лет жизни, чтобы отнести сейчас тебя в постель!

— Такая жертва вовсе не нужна. — Эшли страстно прижимала его к себе.

— Мы не можем, — вздохнул он. — Бэби. Я читал в книге.

— В к-к-какой книге? — запинаясь, пробормотала она, вдруг почувствовав неловкость оттого, что забыла о всяких запретах.

— Если есть опасность выкидыша… никакого секса.

— Доктор сказал, что нет никаких оснований для беспокойства, — прошептала Эшли, вздрагивая от раскаленной добела страсти.

— Ты уверена? — прошептал он.

Способная думать только об одном, Эшли, раздразнивая, пробежалась пальцами по натянувшейся молнии его брюк. Наконец-то она могла проявлять свою жажду без всяких запретов. Прошло уже две недели после того, как они последний раз были вместе. И теперь она знала, почему он подверг себя мучительному воздержанию. Но сейчас он был невероятно возбужден.

— Dio, я бы умер, если бы снова потерял тебя, — судорожно выдохнул он.

— И не надейся, — задыхаясь, заверила она его.

— Ты и правда любишь меня?

— Страстно… безумно… навсегда… — Эшли утонула в бурной ласке его рук и рта. — Вито, шофер, должно быть, ждет тебя в машине!

Он увлек ее на кровать, глухой к любым прозаическим заботам.

— Не могу поверить, что ты простила меня, — простонал он ей в волосы.

— Это так, — заверила его Эшли.

— Я весь твой, — признался он. — Ревность ослепляла меня, потому я и причинял тебе страдания. Четыре адских года я сходил по тебе с ума, погрузился в работу, надеясь тебя забыть. И когда ты вошла ко мне в кабинет, я внезапно понял, что готов поменять местами небо и землю, лишь бы вернуть тебя. В ту ночь после оперы я поверил, что по-прежнему люблю тебя. Чувство завладело мной, и я потерял контроль…

— И я тоже, но так и должно быть. — Она обвела пальцами твердую линию любимого рта. — Ты снова соединил нас, как я могу простить тебе это? — поддразнивая, спросила она.

— Я никогда не прощу себе, что не был рядом с тобой, когда ты потеряла ребенка, — мрачно признался он.

— Я так хотела иметь ребенка. — Зеленые глаза на мгновение затуманились. — Потому что ты ушел. Это все, что у меня осталось…

— Не надо… — Он прижался лицом к ее груди. Она почувствовала влагу на его щеках и поняла, почему он вдруг затих.

Она гладила его по голове, успокаивая.

— Так бывает, Вито. Но это не значит, что так должно быть. — И, может быть, в этот раз ей опять не удастся доносить своих близнецов, с болью подумала Эшли. Но в любом случае от ее желания и беспокойства ничего не зависит. Наверно, завтра эти страхи снова будут мучить ее. Но не в эту ночь. Теперь время праздновать, сегодня они снова вместе. Сегодня время радости.

Но Вито не так легко отказался от мучившей его мысли. Он хотел знать все о ее первой беременности. Как она себя чувствовала, что делала и как случилось, что произошел выкидыш. И наконец она поняла, какое это счастье, если есть с кем поделиться своими тревогами. Прошлое вернулось, но сейчас оно казалось не таким горьким, как прежде.

— Я был совершенно раздавлен, когда ты отказалась выйти за меня замуж, — выдохнул он. — Но ты была права. Я эгоист, каких свет не видывал.

— Мне не следовало так быстро переезжать из квартиры. Я вела себя по-детски, считала это принципиальным, — печально пробормотала она. — Я просто не могла поверить, что так получилось: ты не вернулся и не стал разыскивать меня. Я ведь тогда бесконечно тебе верила.

— Я так люблю тебя, — Вито еще крепче прижал ее к себе. — Я никогда больше не обману твоих ожиданий.

— Уже обманываешь. — Когда он насторожился и посмотрел в зеленые глаза, она дразнящим движением провела рукой по его стройным длинным ляжкам. — Мне кажется, я что-то помню о парне, который дает сказочный секс… А сейчас я предлагаю чистое золото и никогда не позволю уходить от обязательств…

— Если ты хочешь, чтобы было так, — лениво пробормотал он.

— Да, хочу, хочу!