Ничего не обещай - Карен Хокинс

Следующее утро настало для Рокси слишком рано. После разгульной ночи у них с Танди мутилось в глазах и яркий свет резал глаза. От резких звуков болела голова. Голос матери казался пронзительнее и резче, чем обычно, и Рокси отчаянно хотелось улизнуть из дома под любым предлогом.

Она поехала в город и остановила машину перед офисом шерифа, заметив, что его машины на стоянке нет. Чтобы скрыть разочарование, она бодро сказала себе:

— Вот и славно. Я в любом случае не в настроении с ним разговаривать.

И честно говоря, она была не в том настроении, чтобы общаться с кем бы то ни было. С Танди было весело и забавно, но ночное караоке в «Биггер-Джиггер» Рокси вспоминала с содроганием. Она и сама не знала, как до такого дошла, но где-то между третьей и пятой «Маргаритами» Танди сумела уговорить ее выйти на сцену, где она на потеху публике и с позором для себя исполнила «Сделай это для меня еще разок».

Вздохнув, Рокси медленно выбралась из машины и вошла в здание. Благодаря деятельному участию Сьюзен ей удалось получить отчет и уехать, так и не столкнувшись с Ником.

К несчастью, отчет ее разочаровал. Согласно отчету, Дойл умер в результате травм, полученных при столкновении с автомобилем. И все же Клара и ее команда раз пять перечитали документ. Благодаря ему Рокси удалось в течение нескольких дней подряд выманивать стариков покататься по городу под предлогом изучения обстоятельств дела.

Неделя прошла в хлопотах. Рокси ежедневно навешала стариков и помогала по дому. Ей почти удалось заставить себя не думать о Нике — почти. Стоило ей присесть, или устать, или захандрить, как мысли с упорством тугой пружины возвращались туда, где им было уютно, — к воспоминаниям о жарких поцелуях…

Рокси стиснула зубы и импульсивно свернула на парковку перед «Микки и Моди». «Персиковый кобблер, вот что мне сейчас нужно».

Если она не может забыть Ника, загружая себя делами, то добрая порция сладкого поднимет ей настроение. Персиковый кобблер был божественно прекрасен: он таял во рту, благоухал корицей и гвоздикой. Наслаждаясь этим чудом, невозможно было думать ни о чем другом.

За последнюю неделю Рокси стала завсегдатаем «Микки и Моди».

И сейчас она вошла в кафе, остановилась у маленького столика возле вешалки. На столе стоял большой портрет Моди в рамке, и еще несколько фотографий поменьше по обеим сторонам от него, и еще пожелтевшая от старости книга для почетных гостей.

— Микки не позволяет его убрать.

Рокси оглянулась и увидела Сьюзен.

— Сколько времени прошло с тех пор, как Моди умерла?

— Лет двадцать. Может, двадцать один. — Сьюзен обвела взглядом зал: — Ба, да тут почти аншлаг…

— Я собиралась взять кофе латте и персиковый кобблер. Хочешь, присоединяйся.

— С удовольствием. Возле стойки есть места. — Сьюзен пошла к свободному месту за стойкой. — Я как раз выходила из офиса, когда увидела твою машину. Была сегодня у Клары и компании?

— Ага. — Рокси уселась на табурет рядом со Сьюзен и взяла меню. — Они так горячо взялись за расследование убийства Дойла…

— Смерти Дойла.

Рокси закатила глаза:

— Ты такая же, как Ник.

Сьюзен засмеялась.

— И как продвигается ваше расследование?

— Нормально, если учесть, что мы не видели ни одного свидетельства, за исключением отчета о вскрытии.

— В защиту Ника могу сказать, что он не имеет права разглашать закрытую информацию по делу.