Ненависть или Нежность - Дина Дэ

Руслан с щелчком выбросил сигарету в окно, устало потер ладонью лицо и пристально посмотрел на меня.

– За то, что слишком хорошо ее понимаю…

***

Глеб Поляков

Я боялся войти в комнату, где сидела Алиса. Руслан рукой показал на дверь и пошел дальше по коридору. Деревянные половицы скрипели от его тяжелых шагов. Я задумчиво смотрел на поникшую массивную спину брата и отчаянно трусил. Мне не было так страшно даже в девяностые, когда я ложился спать с пистолетом под подушкой.

В машине не были произнесены роковые слова, но я всё понял. Руслан отчаянно влюбился в мою лису. Он противился этому, выжигал в себе незнакомое чуждое чувство, но против своей звериной сущности пойти не мог. Когда волк выбирает свою самку, то это навсегда…

И теперь я боялся потерять их обоих. Сердце ныло, внутри всё тянуло и жгло, будто из меня живьем доставали кишки…

Я не знал, чего ждать от себя. Я не знал, как отреагирую, если Алиса скажет, что выбирает Руслана.

Ударю ее? Возненавижу брата? Напьюсь и прибью обоих?

Открыв дверь, я медленно зашел в комнату. Алиса лежала на кровати. На ней была мужская футболка и безразмерные спортивные штаны. Ярость кровавой пеленой застелила глаза. Адреналин ударил в голову.

Я подошел к кровати и начал расстегивать свою рубашку. Моя грудь ходила ходуном от лихорадочного сердцебиения. Алиса спокойно смотрела на меня своими невозможными лисьими глазищами.

– Снимай всё, – хрипло приказал я.

Мне казалось, я чувствую чужой мужской запах. Я сходил с ума.

Девушка не двигалась и продолжала смотреть на меня. Безмятежно, с легким любопытством.

Я сорвал с себя рубашку и взялся за ремень на брюках. Меня колотило. Меня разрывало. От ревности, от невыносимой боли внутри, от разрушающей ярости. Что же она наделала?! Ведь все могло быть по-другому. Мы могли быть счастливыми. У нас бы были дети с лисьими янтарными глазами. Я бы прощал ей всё. Даже то, что она не любит меня. Я бы смирился с этим.

Но Алиса выбрала Руслана. Я почувствовал это сразу, как только увидел ее. Возможно, Алиса еще сама не поняла этого, но она уже принадлежала ему. И что-то умерло во мне. Не прощу.

Из глубины души поднялось темное, разрушительное… Нестерпимо захотелось причинить девчонке боль. Хотя бы физическую.

Расстегнув ремень, я дернул за замок и резко снял брюки. Алиса отвела взгляд и уставилась куда-то в потолок. Ее глаза стали отстраненными и пустыми. Опустившись коленом на кровать, я стянул с девушки футболку и отшвырнул в сторону. Под футболкой у нее даже лифчика не было.

Тяжело дыша, навис над ней, упираясь руками о кровать. Жадно вгляделся в лицо. Осунулась. Кожа тонкая и бледная, видно каждую венку. Под глазами темные тени. Горечь вперемешку с ревностью затопила сердце. Что же ты наделала…

На шее увидел запекшийся порез. Наклонился и прижался губами к коже возле раны. В нос ударил еле слышный запах мужского одеколона. Блять! Вся девчонка пропахла им. Русланом.

Скрипнув зубами, я отстранился и упал рядом. Прошла одна минута тишины, вторая…

– Как давно ты с Русланом? – спросил я. Каждое слово давалось с трудом.

– Мы ненавидим друг друга, – тихо сказала она.

– Трахаться вам это не мешает, – зло усмехнулся я.

Алиса перевернулась на бок и заглянула мне в глаза.

– Когда я была с тобой, между нами ничего не было.

– А сейчас ты уже не со мной? – глухо спросил я, повернув голову к девушке.

Алиса отвела взгляд и тихо ответила:

– Нет.

Я сжал пальцы в кулак и, выровняв дыхание, медленно спросил:

– Теперь вы с Русом вместе?

Девушка прикрыла глаза, будто пыталась справиться с нахлынувшей болью.

– Не знаю, – помолчав, ответила она.

Окинув девушку хмурым взглядом, я отвернулся и встал с кровати. Подняв с пола одежду, я выпрямился и, стоя спиной к девушке, резко спросил:

– Тебя действительно подослали шпионить за мной?

Алиса еле слышно прошелестела:

– Да.

Я неторопливо надел брюки, застегнул рубашку, поправил воротник. Затем медленно повернулся. Алиса уже надела футболку и сидела, упираясь руками о кровать и уставившись в пол.

– Мне нужно знать что-то еще? – холодно спросил я.

Девушка подняла на меня потухшие глаза. Я с тоской вглядывался в побледневшее лицо. Почему же так больно-то, а?!

– Твой телефон прослушивают. И последний договор твои партнеры скорее всего расторгнут. Китайцам сольют на тебя компромат, – ровно произнесла девушка. Вся она была похожа на прозрачную ледяную скульптуру.

Я скрипнул зубами. Каким же я был идиотом! Влюбленным слепым идиотом!

– Надеюсь, я тебя больше не увижу, – глухо сказал проговорил я и, черкнув последним взглядом по тонкой сжавшейся фигуре, направился к двери.

– Прощай, Алиса, – не оглядываясь, бросил я и захлопнул дверь, прежде, чем девушка что-то сказала.