Не красавица - Алайна Салах

Но его нет, и всё, что мне остаётся — это, очутившись у себя в кабинете, в сотый раз любоваться сообщением, полученным вечером, после отъезда из его квартиры:

«Как ты, красавица? Уже легла спать?»

Я написала, что лежу в постели, на что Дан пожелал мне спокойной ночи. После этого я целый час провела, гадая, что можно написать ему в ответ, но так ничего стоящего и не пришло в голову. А сейчас думаю: ну вот почему? Вдруг моё молчание обидело Дана, если он второй день не даёт о себе знать? Я ведь просто не хотела написать глупость и показаться навязчивой. То, что у него получается естественно, у меня так легко не выходит. 

«Таня-Таня, — мысленно вздыхаю я, разглядывая монитор. — Тебя так с работы выгонят. Для чего ты получила красный диплом юридического? Чтобы профукать работу из-за свалившейся влюблённости?»

Разозлившись на себя, с новым усердием вглядываюсь в чёрно-белые строчки и вздрагиваю от пиликанья мобильного. Радостный внутренний вскрик: «Это он!» — быстро тонет в гуле разочарования. Сообщение пришло от Василины. 

 «Карим сделал мне предложение!!!!!!!! ААААААА!!!! Я скоро буду Исхаковой!!!![N1] »  

Я смотрю на это эмоциональное СМС в обрамлении торжествующих смайликов и улыбаюсь, представляя лицо Василины. Наверняка сейчас танцует победный танец и громко улюлюкает. Она умеет радоваться. 

 «ПОЗДРАВЛЯЮ!!!! Но я и не сомневалась, что это скоро случится. Вы шикарная пара, и я очень рада за вас».

Вместо ответа Василина перезванивает. Её и без того громкий голос, пропитанный недюжинным восторгом, звучит почти оглушающе. 

— В общем, Карим за мной подъехал и ждал внизу. Я спускаюсь и ничего не пойму: стоит с огромным букетом красных роз и скалится как дурак. Я ему с подозрением: «Ты чего натворил, Исхаков? Какие грехи замаливаешь?» А он мне без слов цветы в руку сунул — тяжёлые ещё такие! — и кольцо на палец напялил. И только потом спрашивает: «Замуж за меня выйдешь?»

Я забываю и про Дана, и про работу и живо представляю этот момент: разрумянившуюся Васю, сжимающую в руках огромный букет, и улыбающегося Карима, держащего её за руку в ожидании громогласного «Да!».

— Ну ты меня знаешь, — продолжает Василина дрожащим от возбуждения голосом. — Я говорю: «Ты бы сначала спросил, а уже потом этот булыжник мне на палец надевал — вдруг откажусь?» А Карим сразу рявкнул: «Откажешься — получишь по жопе». 

Видимо, такая реакция её полностью устроила, потому что теперь Вася радостно смеётся. Я смеюсь вместе с ней, ведь не смеяться невозможно. Эти двое просто идеальная пара. 

— Я очень рада за вас. А когда свадьба?

— У нас сначала будет никах, — резко сменив радостный тон на деловой, поясняет Василина. — В семье Карима обычаи такие. А со свадьбой уже потом будем решать. Ты работаешь, наверное, да? Не буду отвлекать, в общем. Вечером дома встретимся и всё обсудим. 

Трубку я кладу, полная смешанных чувств. Я очень рада за Василину и Карима, но в то же время не могу не думать, что теперь точно останусь одна. 

Усилием воли заставив себя не думать о плохом и продолжать искренне радоваться за подругу, решаю вернуться к работе и набираю номер приёмной. Сегодня утром курьер должен был привезти документы от «Спецстроя», но секретарь почему-то до сих пор ничего мне не передала.

— Лен, привет, а «Федекс» ещё не приезжал? 

В ответ слышится её кокетливый смех, сквозь который я отчётливо различаю знакомый голос. Сердце странно дёргается, а к щекам приливает кровь. Дан находится у нас в офисе. Правда не в кабинете у Дивеева и не беседуя с Матросовым. Он в очередной раз предпочитает проводить время с Леной на ресепшене.

— Слушаю, Тань, — говорит Лена, напрочь проигнорировав заданный вопрос. — Срочное что-то?

Я живо представляю её стоящей за стойкой приёмной. Эффектную, ладную, в красивой шёлковой рубашке и юбке, облегающей модельные бёдра. Вот она дёргает полными губами, пытаясь спрятать смех в разговоре со мной, и затем бросает заговорщицкий взгляд на Дана. Конечно, ей сейчас не до меня.

Требуется пауза, чтобы вновь вспомнить о причине своего звонка. Мысли путаются, а в груди клокочет что-то едкое, неприятное. Так… Мне нужна моя посылка от «Спецстроя». Соберись, Таня, соберись.

— Хотела уточнить, не приезжал ли курьер «Федекса». Он должен был привезти документы ещё до обеда.

Опустив глаза, я сжимаю и разжимаю пальцы свободной руки. Ну вот что у меня с голосом? Он такой же неестественно-фальшивый, как и у виртуального телефонного помощника. 

— А… Да, они здесь, — отвечает Лена с запинкой. — Много звонков было, и я забыла тебе передать. Заберёшь?

Я бормочу «угу» и сразу же вешаю трубку. Клокочущее чувство в груди разрастается, трансформируясь в чистейшую ярость. Она мне несвойственна, но сейчас я откровенно зла на Лену за то, что находит время смеяться с Даном на рабочем месте, а выполнять свои прямые обязанности — нет. Что сложного — позвонить после того, как курьер положил конверт тебе на стол? Просто набрать внутренний номер, стоящий из двух цифр. «Таня, тут посылка на твоё имя. Та, про которую ты сегодня с утра говорила, что она тебе нужна срочно». 

Прикрыв глаза, концентрируюсь на воображаемой точке и пытаюсь успокоиться. Документ необходимозабрать, хочу я того или нет. Даже если для этого нужно будет увидеть Дана рядом с Леной. Ну и что со мной? Ревность? Или причина всё-таки в непрофессионализме секретарши? С другой стороны, откуда взяться ревности, если Дан ничего мне не обещал? 

Столько вопросов, и ни одного ответа. Складывается ощущение, что я полностью утратила контроль над своей жизнью.

Стоп. А теперь просто встань, выйди на ресепшен и забери документы. Если уж над эмоциями ты не властна, по крайней мере делай то, что должна и за что тебе платят деньги. Ты ведь не рассталась с мечтой о собственной квартире? Нет? Значит, ещё не всё потеряно. Вставай. 

С такими мыслями я иду в приёмную, отчаянно желая не застать там Дана. Да, вот так. Совсем недавно мечтала его увидеть, а сейчас нет. Просто я не знаю, как себя вести, увидев его с Леной. Вряд ли смогу быть естественной, глядя на то, с каким восторгом она на него смотрит и как приветливо он ей улыбается. 

Но посыл во Вселенную остаётся без ответа, потому что, едва я сворачиваю за угол, первое, что попадает в поле зрения даже раньше порозовевшего лица Лены — это серый костюм, идеально сидящий на своём обладателе. По-свойски прислонившись к стойке, Дан пьёт кофе.

Сердце ускоряется, стуча напряжённее и громче, шаг перестаёт быть ровным, а тело словно теряет баланс. «Соберись, соберись», — в сотый раз повторяю себе. Поздороваться как ни в чём не бывало. Забрать документы и вернуться в кабинет. Мы ни о чём не договаривались, и он волен общаться и пить кофе с кем угодно. 

Но голос всё равно ломается, когда Дан ко мне поворачивается. 

— Привет… То есть здравствуйте…