Не красавица - Алайна Салах

Кровь бросается в лицо, и я машинально опускаю глаза. Если бы не счёт за круассан и кофе, который я ещёне оплатила, — извинилась бы, встала и ушла. Мне и без того плохо, чтобы выносить нравоучения Василины, которая в связи с предстоящим замужеством почему-то возомнила себя гуру психологии. 

Видите? Ну вот откуда взялось столько язвительности и злости по отношению к единственной подруге? Совершенно на меня не похоже.

— Бесишься? — удовлетворённо хмыкает Вася. — Ноздри сейчас в разные стороны разлетятся. Вот и отлично. Тебе полезно иногда из своей ракушки выползти. Да-да, со стороны всегда проще рассуждать, вот поэтому будешь слушать взгляд со стороны. То, что Дан когда-то озвучил тебе своё видение ваших отношений, не накладывает на тебя обязательства ему соответствовать. Ты ведь никакую бумажку не подписывала? Нет? Ну вот. Значит, имеешь право в любое время изменить своё мнение и выйти из игры. Тем более на тот момент у тебя совсем опыта не было. 

Она подаётся вперёд и доверительно понижает голос:

— Слушай, Тань. То, что женщина, имеющая регулярную близость с мужчиной, начинает думать о большем — нормально и естественно. Попробовал бы Исхаков со мной переспать, а потом сделать вид, что не при делах, — я бы ему шею во сне перегрызла...

— Ты и Карим — это другое, — не могу не перебить я. 

— И чем мы так сильно отличаемся, Тань? Ну Дан твой постарше немного будет. Мы с тобой вообще одного возраста. 

Я молча кусаю губу. Конечно, есть отличие. Потому что Василина — это Василина. У неё все про-другому: проще, здоровее и правильнее. А у меня нет. 

— Тань, ты вот ничего отвечаешь, а я всё равно слышу твои мысли… Ты себя проклятой какой-то считаешь, что ли? Типа все достойны, а ты нет? 

Тонкая серая царапина на столешнице неожиданно начинает мутнеть и расплываться. Следом становится душно, в ушах поднимается гул. Не знаю, что такого есть в словах Василины, отчего слёзы, так и не пролившиеся в тот злополучный день в офисе, вдруг свободно вытекают из глаз. 

— Мне нужно в туалет, — хриплю я, вслепую щаря по столу ладонью в поисках салфетки. — Сейчас… приду…

— Тань, вокруг никого нет, — доносится приглушённый Васин голос, и в следующую секунду салфетка оказывается в моих руках. Это Вася мне её дала. — Плачь здесь, если хочется. Я вижу, тебе очень надо. 

Тихо всхлипнув, я сильнее опускаю голову и промакиваю веки бумажными уголками. Да, в этом проблема. Сколько бы ни убеждала себя в том, что меня приняли в женский клуб, в глубине души я всё ещё считаю себянедостойной. Как только Василина произнесла своё предположение вслух, это стало очевидно. 

— Тань, слушай меня, — тараторит Василина. — С тобой всё в порядке. Слышишь? Ты красивая и очень умная… Гораздо умнее меня. С таким интеллектуалом, как твой Дан-Балан, у меня точно не было бы шанса. Я его интервью на Ютубе посмотрела и смысла половины слов не поняла. А ты его явно заинтересовала. Всё с тобой в порядке и даже больше… Ты вообще не каждому по зубам. С таким, как мой Исхаков, наверняка со скуки бы померла. Он же в науке и выставках не разбирается, больше по всяким квадроциклам и двигателям. Всё с тобой в порядке… И ты достойна настоящих отношений. Не делай вид, что тебя всё устраивает, если тебя не устраивает. Ты же в работе сильная и решительная. В отношениях то же самое. Позвони Дану и предложи поговорить. Я, конечно, тоже считаю, что мужчины обязаны читать наши мысли, но они, увы, очень примитивные существа.  

— Спасибо, —  единственное, что я могу сказать. 

Стихающее эхо фразы «Ты достойна» отзывается внутри меня и не желает смолкнуть. Слёзы ещё продолжают катиться, но в груди стало на градус теплее. Да, я ему позвоню.