Леди-чертовка - Лиза Клейпас

Сложный человек. Невыносимый человек!

Лучше бы он не приходил сегодня утром: куда легче было бы уезжать из Эверсби, останься они в ссоре. Но и обида, и ярость угасли, соприкоснувшись с его пронзительной искренностью. Он раскрыл перед ней душу – разве что в любви не признался.

Эти отношения – если их вообще можно так назвать – зародились и развились слишком быстро. Не было времени подумать, осмыслить происходящее. Оба вели себя как подростки: забыв о здравом смысле, поддались порыву страстей. Она никак не ожидала, что вдруг снова почувствует себя такой… такой юной, полной надежд и желаний. Уэст заставил поверить, что в ней скрываются какие-то неведомые сокровища, которые еще ждут своего часа.

– Пошлешь за ним? – негромко спросила Серафина, после того как прочла посвящение на форзаце.

Бросив взгляд на родителей и убедившись, что они заняты Стивеном, Феба прошептала:

– Вряд ли.

– А он очень тобой увлекся. – Серафина протянула ей книгу. – Все заметили! И тебе он нравится, верно?

– Верно, но я ведь совсем его не знаю. В прошлом у него полно темных пятен, а мне надо думать о детях. – Феба поколебалась, ей показалось, что эти слова прозвучали слишком чопорно и высокомерно, поэтому, вздохнув, добавила: – И он ясно дал понять, что о браке не может быть и речи.

– Странно! Ведь на тебе все хотят жениться! – удивленно воскликнула Серафина.

– Что ж, как видишь, не все. – Феба открыла книгу и обвела кончиком пальца инициалы «У.Р.». – Он говорит, что отец из него никакой, и… в общем, что семейная жизнь не для него.

– Мужчин, которые так выглядят, нужно законом обязать жениться! – заявила Серафина.

Феба невольно рассмеялась, и в этот миг в лакированную дверь вагона постучали. На перроне стоял носильщик, и с ним начальник станции.

Себастьян поднял глаза, передал ребенка Эви и вышел переговорить с посетителями, а пару минут спустя вернулся с корзинкой в руках, и явно удивленный, протянул ее Фебе.

– Это доставили на станцию для тебя.

– Прямо сейчас? – изумилась та. – О, да ведь это корзинка Эрнестины! Неужто Рейвенелы специально из-за нее отправили кого-то в Элтон?

– В ней что-то есть, – заметил сэр Себастьян.

Он поставил корзинку дочери на колени, тут же загремел замок на крышке, а изнутри послышалось душераздирающее мяуканье.

Изумленная, Феба поспешно открыла корзинку, оттуда выпрыгнула черная кошка и вскарабкалась ей на плечо, вцепившись в платье когтями так, что никакая сила не смогла бы ее отодрать.

– Галоша! – завопил Джастин, бросаясь к ней.

– Гоша! Гоша! – радостно подхватил и Стивен.

– Галоша, но как… почему… должно быть, это мистер Рейвенел! Убить его мало! Ах ты, бедняжка!.. – приговаривала Феба и гладила перепуганную кошку, стараясь успокоить.

Джастин уже стоял рядом и обеими руками гладил кошку по грязной, всклокоченной шерсти.

– Мама, мама, ну теперь-то мы ее оставим?

– Похоже, выбирать нам не приходится, – растерялась Феба. – Иво, будь так добр, сходите с Джастином на кухню, принесите воды и что-нибудь ей поесть.

Мальчики умчались прочь, а Феба никак не могла успокоиться:

– Зачем? Может, ему тоже не удалось загнать ее обратно в амбар? Но ведь она же не домашняя! Как только мы доберемся до дома, она сбежит!

– Птичка, – заметил сэр Себастьян, усаживаясь на свое место рядом с Эви, – если я хоть что-нибудь понимаю в животных, это создание теперь не отойдет от тебя ни на шаг!

Заметив в корзинке записку, Феба достала ее и, развернув, сразу узнала почерк Уэста.

«БЕЗРАБОТНАЯ КОШКА ИЩЕТ ТЕПЛОЕ МЕСТЕЧКО!

Всем, кого это заинтересует, предлагаю свои услуги в качестве опытной истребительницы мышелова и личной компаньонки. Рекомендации из дома с хорошей репутацией будут предоставлены по запросу. Готова работать за стол и кров. Предпочитаю жить в доме.

К вашим услугам кошка Галоша».

Подняв глаза от записки, Феба поймала на себе вопросительные взгляды родителей и кисло объяснила:

– Просьба о приеме на работу. От кошки.

– Какая прелесть! – воскликнула Серафина, заглядывая ей через плечо.

– «Личная компаньонка», боже ты мой! – пробормотала Феба. – Это полудикое животное, она жила в амбарах и питалась паразитами!

– Ну не знаю, – задумчиво заметила Серафина. – Будь она и вправду дикой, держалась бы от людей подальше. Немного времени и терпения – и, думаю, она станет совсем домашней!

Феба закатила глаза:

– Похоже, больше нам ничего не остается, кроме как проверить это на деле.

Мальчики вернулись из вагона-ресторана с кувшином воды и полным подносом разных закусок. Спустившись на пол, Галоша угостилась вареным яйцом, анчоусами, которые слизала с бутерброда, и даже ложкой черной икры. Затем, облизав усы, вспрыгнула Фебе на колени, свернулась клубочком и замурлыкала.

– По-моему, цивилизованная жизнь ей по вкусу! – с улыбкой заметила Серафина и подтолкнула Фебу локтем. – Как видишь, вполне возможно оставить темное прошлое в прошлом.

Два удара колокола и долгий гудок возвестили, что поезд отправляется. Паровоз начал набирать скорость, и Феба ощутила внутри саднящую пустоту. Два свистка паровоза навевали на нее грусть – словно пустые скобки, в которых заключены одиночество и разлука. Охваченная тоской, на сей раз никак не связанной с Генри, она отодвинула край шторки с золотым шитьем и взглянула на убегавшую вдаль платформу, сразу же заметив в толчее пассажиров и носильщиков неподвижную фигуру. Высокий мужчина стоял, небрежно опершись плечом о колонну, и смотрел, казалось, прямо на нее.

Уэст.

У Фебы пресеклось дыхание, а внутри все задрожало. По телу, сменяя друг друга, побежали волны жара и холода. Это было не просто физическое желание – хотя, несомненно, оно играло важную роль, – а какая-то иная связь, которая за эти несколько дней возникла между ними. Дискомфортная, даже болезненная, – связь, которая, как надеялась Феба, долго не проживет. Но сейчас она смотрела на него не моргая, страшась даже на мгновение упустить из виду.

Уэст дотронулся до края низко надвинутой шляпы, губы изогнулись в еле заметной улыбке, а в следующее мгновение он скрылся.

Глава 20

Незаметно прошло три месяца. Подняв взгляд от бумаг на письменном столе в гостиной особняка Клэр, Феба увидела перед собой долговязую фигуру Эдварда Ларсона и радостно поздоровалась:

– Доброе утро! Я тебя не ждала.

Худощавое лицо Эдварда озарилось теплой улыбкой.

– Значит, это сюрприз? Надеюсь, приятный?

– Естественно.

Эдвард был по обыкновению безупречно одет и причесан – идеальный сельский джентльмен, словно с картинки.