Леди-чертовка - Лиза Клейпас

Феба удивленно взглянула на него – и застыла, словно ей плеснули в лицо холодной водой.

Не слова Уэста поразили ее, а отстраненное выражение его лица, уголок рта, изогнутый в надменной усмешке. Нежный возлюбленный исчез; рядом с ней был циничный незнакомец.

Это тепло, эта связь – все оказалось иллюзией, а его слова – ложью. Он просто решил доказать наличие у нее физических потребностей – и блистательно это сделал, заодно унизив ее.

Первая близость после смерти мужа… а для него всего лишь игра, азарт…

Какая же она дура!

– Надеюсь, мы оба усвоили урок, – добавил он с усмешкой, отчего ей стало еще хуже.

Каким-то чудом Фебе удалось скрыть боль и ярость за каменным «фасадом».

– Безусловно, – ответила она коротко, поднимаясь на ноги, не в силах смотреть ему в лицо. – Хотя, возможно, не тот, что вы хотели мне преподать. – Возвращая на место лиф и расправляя юбки, она едва не шарахнулась прочь, как испуганная горлица, когда он шагнул к ней, чтобы помочь. – Ваша помощь мне больше не требуется.

Уэст немедленно отступил, и, пока она приводила себя в порядок, молча ждал.

– Феба…

– Благодарю вас, мистер Рейвенел. Сегодняшний день был для меня очень поучительным, – жестко сказала Феба и зашагала к дверям, стараясь не обращать внимания на то, как дрожат колени.

Теперь он для нее опять «мистер Рейвенел», она для него – «леди Клэр». И пусть так и остается на веки вечные.

Феба вышла из кабинета, аккуратно прикрыв за собой дверь, несмотря на то, что больше всего на свете хотелось хлопнуть дверью так, чтобы она слетела с петель.

Глава 19

Ужин тем же вечером – последнее семейное собрание перед завтрашним отъездом Шоллонов – на первый взгляд проходил весело и беззаботно. Свадьба и все последующие мероприятия прошли как нельзя лучше: две семьи подружились, сблизились и положили начало тесному общению в будущем.

Уэст от этого вечера получал не больше удовольствия, чем от какой-нибудь средневековой камеры пыток. Улыбался так старательно, что чувствовал: вот-вот затрещит лицо. И не мог не восхищаться Фебой – спокойной, собранной, с милой и естественной улыбкой. Потрясающее самообладание! Она не игнорировала его полностью (весьма разумно), но обращала на него ровно столько внимания, чтобы не вызвать ненужных комментариев. Время от времени с вежливой улыбкой бросала на него взгляд, или смеялась над какой-нибудь его репликой, но ни разу не посмотрела в глаза.

«Оно и к лучшему», – повторял себе Уэст уже в тысячный раз после той сцены в кабинете. Он правильно поступил, сознательно вызвав в ней ненависть. В миг после разрядки, когда он сжимал ее в объятиях, а она так доверчиво прижималась к нему, почти готов был выплеснуть на нее все – все, что думает и что к ней чувствует. Даже сейчас он приходил в ужас при мысли, что мог тогда наговорить. Хорошо, что вместо всего этого сообразил ее смутить и сделать вид, что просто с ней развлекался.

Теперь – никаких ожиданий, желаний или надежд. С обеих сторон. Теперь можно не бояться, что в минуту слабости он ринется за ней. Завтра она уедет, и все вернется на круги своя. Он найдет способ ее забыть. В конце концов, мало ли на свете женщин!

Пройдут годы. Он будет жить своей жизнью, Феба – своей. Выйдет замуж, нарожает еще ребятишек. У нее будет жизнь, которую она заслуживает.

И у него, к несчастью, тоже.

После мучительной ночи, проведенной в попытках заснуть, Уэст встал с ощущением холодного кома в желудке и с чувством, что по нему кто-то проехался тягачом. Медленно исполняя все утренние ритуалы, не ощутил даже тепла полотенца, которым распаривал кожу перед бритьем, а когда проходил мимо незастеленной кровати, у него возникло искушение броситься туда, прямо в одежде, и больше не вставать.

«Ну нет, хватит!» – сказал он себе угрюмо. Впадать в тоску и жалеть себя – это простительно юнцу, но не мужчине. Сегодняшний день он проведет как обычно. Начнет с завтрака. Буфет наверняка ломится от отбивных, яиц, бекона и ветчины, жареной картошки с зеленью, пудингов под разными соусами, хрустящего редиса и соленых огурчиков, печеных фруктов из сада, украшенных свежими сливками, и…

Стоило подумать о еде, его затошнило.

Уэст ходил по комнате, садился, вставал и опять ходил, наконец остановился у окна и прижался лбом к холодному стеклу. Из комнаты открывался вид на конюшни и каретный сарай. Здесь царила суета: готовили лошадей и экипажи для отбытия Шоллонов на железнодорожную станцию, где их ждал собственный поезд.

Нет, нельзя, чтобы Феба уехала вот так – с ненавистью к нему, считая негодяем! Как угодно, но только не так!

Ему вспомнился разговор с Пандорой за день до свадьбы. Она призналась, что чувствует себя недостойной такого мужа, как лорд Сент-Винсент, а он ей сказал, что не может быть ничего увлекательнее, чем заполучить то, чего недостоин.

Легкомысленный осел! Теперь-то он понимал, какой болью, каким страшным риском оборачивается влечение к тому, кто тебе не пара.

Уэст спустился в кабинет: здесь на столе все еще лежали стопками папки и гроссбухи, которые он вчера показывал Фебе. Перебрав их, он нашел и вытащил нужный, сел за стол, потянулся за пером и чернильницей.

Пятнадцать минут спустя он поднялся наверх с книгой в руках и направился сразу к апартаментам Фебы. Из-за двери слышались голоса: Феба разговаривала с горничной, там открывались и закрывались дверцы шкафов, с шумом волочили по полу тяжелый сундук.

Сердце забилось, словно жаворонок в клетке. Уэст осторожно постучал, и в комнате все затихло, вслед за этим открылась дверь, и горничная, увидев его, удивленно вскинула брови:

– Сэр?

Уэст прочистил горло, но голос все равно звучал хрипло:

– Мне нужно переговорить с леди Клэр. Коротко. Если можно. – И, помолчав, добавил: – Хочу кое-что ей передать.

– Одну секунду, сэр. – И дверь закрылась.

Прошло не меньше минуты, прежде чем дверь открылась снова. На этот раз перед ним стояла Феба. Одета по-дорожному, волосы туго стянуты наверх и заплетены в косу, сложно закрученную на затылке. Она выглядела усталой и напряженной, бледной как привидение – лишь на щеках пылали алые пятна, – но недостаток красок на лице лишь подчеркивал идеальные очертания скул и подбородка.

– Доброе утро, мистер Рейвенел, – поздоровалась она холодно, не глядя на него.

Чувствуя себя полным идиотом, Уэстон протянул ей книгу:

– Это вам.

Феба взяла книгу и прочла бесцветным голосом название:

– «Современное руководство для владельцев