Развод. Я тобой одержим - Марта Заозерная

– Конечно, садись там, где тебе удобнее будет.

Проснувшись, я его в палате застала.

Неожиданно.

Настроилась на то, что никто меня здесь навещать не будет.

После ухода Ильяса я испугалась. Слишком сильная слабость накрыла. Тошнота. Головокружение.

Позвонила врачу. Мы с ней поговорили, и она посоветовала ехать в больницу. Меня оформить ещё не успели, как она сама приехала, несмотря на выходной день.

– Не ожидала тебя здесь увидеть, Аврора, – искренне призналась Елена Викторовна. – Всё ведь хорошо было. Малыш великолепно расположился и растет, я бы сказала, в ускоренном темпе. Я уже собиралась тебя в пример мамочкам будущим ставить.

– Так получилось, – я, видимо, пожала плечами слишком неуверенно или бледной была чересчур, потому что она сразу всё поняла.

– Расстроил кто-то? – спросила серьезно. – Нежелательные контакты исключить стоит полностью. Мы ведь хотим, чтобы малыш хорошо развивался? Если сама не можешь, давай полежишь немного. Не будем пускать к тебе всех подряд. Отдохнешь и подумаешь над своим поведением. Расставишь, так сказать, приоритеты.

Вот я и осталась.

С кукурузинкой – хотя какая он уже кукурузинка, самый что ни на есть настоящий человечек, с ручками и ножками, маленькими пальчиками – всё отлично, но мне и правда здесь спокойнее, чем дома. Одной. К тому же у меня дефицит железа обнаружили.

Ем и сплю. Ничем особо мой распорядок дня не отличается от домашнего. Капельницы разве что делают.

– Я не хотела пугать вас. Прости, – глядя на Георгия, сажусь на постели, подложив себе подушку под спину. – У меня телефон разрядился. А зарядку я дома забыла.

Собираясь, так переживала, что половину необходимых вещей не взяла.

– У меня в машине есть. Я тебе занесу, как уходить буду. Как ты себя чувствуешь?

Сосредоточенный взгляд Георгия скользит по моему лицу.

Он знает, в какое отделение заглянул, что уж теперь отпираться? Когда в его квартире Наталья Викторовна шоу устроила, переживая, как бы сыну чужого ребенка не навязали, я не слишком хотела вдаваться в подробности своей беременности.

Зачем?

Я забеременела в браке, но всё же лишнее – обсуждать, как так вышло, что развожусь. Неудобные вопросы никому на пользу не идут. Тем более, таким, как я, впечатлительным.

Вот не была я раньше такой! Расставание с мужем так вот сказалось. Мне хочется максимально оберегать свои душевные тайны.

Только их и могу, потому что в остальном скрывать всё тяжелее становится.

Сегодня утром, переодеваясь, я обнаружила – боже, как это прекрасно, что расти стал не только малыш. Если приглядеться, стало заметно, что живот перестал плоским быть! Огромное, по моим меркам, событие! Грандиозное!

Я так ждала визуального подтверждения своего счастливого положения!

– Мне нормально. Здесь осталась скорее из-за перестраховки. Скоро выпишут, – складываю руки на тонком покрывале, одну поверх другой. – Если поделишься зарядкой, буду тебе благодарна. Верну, как только отпустят.

Георгий кивает.

– Значит, мама права была? Ты ребенка ждешь, – не может удержать слов, при этом ему заметно неловко – не знает, куда руки свои деть. – Это не моё дело, конечно. Просто ты не говорила. Мы с тобой столько по городу носились. Если бы я знал, не стал бы тебя мучить.

– Да брось, беременность не болезнь. Я нормально себя чувствую, правда. Даже в голову не бери. Ты тут ни при чем.

– А мама?

За последнее время у меня частенько вопрос возникал? Как у такой неприятной женщины, как Наталья Викторовна, мог родиться такой добрый и чуткий сын, как Георгий?!

Наверное, дело в отце.

– У нас с твоей мамой изначально не сложилось теплых отношений. Но ты же понимаешь, я не в том возрасте, чтобы из-за посторонних людей убиваться. Что было, то было.

То ли дело родные. Родной… Вот где боль и непонимание.

О Марате стараюсь не думать. Да разве выйдет?

Хотя пару раз и заглядывала в переписку с Ильясом.

Не знаю зачем.

Не удалось удержаться.

Мне сложно бывшего мужа понять. К чему были все его «не отпущу», если у него отношения с племянницей Закирова? Для чего? С двумя в параллель? Его партнер не тот человек, с которым можно в игры играть. И пользоваться своей племянницей он бы не позволил.

«Аврора, не думай об этом».

– Она очень тяжелый человек. Мне бы самому хотелось общение к минимуму свести. Раз в неделю её навещаю. Продукты привожу, да и так, посидеть с полчаса, чтобы не обижалась, – он сжимает ладони. – Не только у тебя с ней общение не сложилось. Я, к своему стыду, не очень любил то время, когда мне приходилось с ней жить, а не с папой. Она знает об этом. До сих пор обижается.

Вспоминаю, как она с нами грубо обращалась, понимая, что пожаловаться нам некому, и я не удивлена.

– Почему-то ты меня не удивил.

У Георгия смешок вырывается.

– Ты мне гранатовый сок принес, – обращаю внимание, да и тему перевести хочется.

– А… Да. Не знал, что тебе можно. Сок, вода и фрукты. Если тебе что-то нужно, ты мне пиши. Или звони.

– Обязательно.

На несколько секунд повисает странная тишина.

Георгий не уходит и не говорит ничего.

– Ладно, мне, наверное, на работу пора, – поднимается на ноги. – Зарядку сейчас принесу.

Он уже к двери направляется, но тут же назад возвращается.

– Аврор, я спросить хотел.

Едва удается улыбку сдержать, он очень странно ведет себя сегодня. То ли растерян, то ли смущен.

– Я тебя слушаю, – киваю ему охотно, закусив изнутри щеку.

– Это не моё дело. И ты можешь не отвечать… Но у тебя с мужем как? Вы окончательно разошлись?

Нечто подобное я ожидала.

– Официально я уже не замужем, – сама не поняла, как так вышло. Люди Марата лихо справились с поставленной задачей. – И да, мы с мужем не общаемся.

– Он так легко тебя беременную отпустил? – он касается переносицы костяшкой указательного пальца. – Прости, не моё дело. Просто… Это странно.

– Не все такие отцы ответственные, как ты, – не льщу ему, а правда считаю, что не у всех мужчин в принципе привязанность к детям своим появляется. У моего, например, её точно нет.

– Я как раз об этом… Если тебе что-то нужно будет. Обращайся. Вообще не