Маскарад сердец - Кейти Роуз Пул

Тогда он понял, что натворил. Пытаясь её защитить, он сделал только хуже — выставил слабой в глазах отца. А это было непростительно.

И он больше никогда не повторял этой ошибки.

— Мы должны удержать вассальные семьи Фалкрестов в повиновении, — сказала Амара. — А значит, ты прекращаешь тянуть время и выбираешь невесту. Сейчас. Или я сделаю это за тебя.

— Ты же сама сказала, что у меня есть время до конца года, — напомнил Адриус.

— До конца года осталось меньше трёх месяцев! — выплюнула Амара. — А ты даже не начал ни с кем по-настоящему ухаживать! Ты не воспринимаешь это всерьёз — как, впрочем, и всё в своей жизни!

Адриус прикусил язык. Он как раз воспринимал всё более чем серьёзно — потому что на кону стояла жизнь Марлоу. Никогда ещё ничто не имело для него такого значения.

Но он этого не сказал. Вместо этого спросил:

— Ты продаёшь проклятия Медноголовым?

— Что? — Амара отпрянула. — Причём тут это—

— Ответь на вопрос, — прорычал Адриус.

В глазах Амары вспыхнуло.

— Ну и что, если да? Кто-то в этой семье должен проявить инициативу. Мы должны показать вассалам и остальным Пяти Семьям, что остаёмся столь же сильны, как всегда.

Адриус покачал головой.

— Боги, Амара, ты даже не представляешь, что натворила, да? Районы Болот в двух шагах от открытой войны между бандами. Люди погибнут.

— И что мне до Болот? — равнодушно бросила Амара.

Адриус рассмеялся — глухо, без радости.

— Ты так отчаянно хочешь доказать что-то человеку, который уже практически мёртв, что готова разрушить весь город — и нас вместе с ним.

— По крайней мере, — прошипела Амара, — я хоть что-то делаю. А ты, Адриус? Что сделал ты?

Я всадил нож в того, кто сделал нас такими, хотел было сказать он.

— Ты выберешь себе невесту, — мрачно сказала Амара. — Или я прослежу, чтобы твою подружку казнили за то, что она сделала.

Он не ответил. Амара встала, стремительно направившись к двери, подол её халата волочился по полу, будто шлейф мантии.

— Не испытывай меня, брат, — бросила она, проходя мимо.

И ушла, захлопнув за собой дверь квартиры — словно последнюю пощёчину.

Глава 20

В течение следующих двух недель Марлоу и Свифту удалось собрать ещё три ингредиента для заклинания: яд редкой ядовитой лягушки, который Фишер каким-то образом вынес из Библиотеки Вейла; кошмар, который Свифт «подарил» сам — однажды проснувшись в холодном поту после сна о том, что Жнецы снова поймали его; и кусок окаменелого дерева, который, к удивлению Марлоу, оказалось довольно трудно достать даже через её многочисленные связи в Болотах.

И, конечно, желание сердца Марлоу.

Им всё ещё предстояло найти три оставшихся компонента: слёзы, пролитые убийцей, клинок, испивший кровь тирана, и останки создателя книги заклинаний. Марлоу и Фишер медленно, но методично продирались через груду книг об Илларио, надеясь найти зацепку, где могло быть похоронено его тело, — но пока ни одной стоящей версии. В самые отчаянные минуты Марлоу начинала бояться, что останки Илларио утеряны навсегда, и всё, что они сделали, чтобы подготовить это заклинание, окажется напрасным.

Но сегодня она и Свифт направлялись к Орселле — подальше от Улицы Заклинаний, потому что Марлоу не хотела рисковать столкновением с Медноголовыми.

— Пожалуйста, скажи, что у тебя есть для нас хоть что-нибудь, Орселла, — сказала Марлоу, когда они с Свифтом причалили к доку, где Орселла согласилась встретиться.

— Ну, и тебе здравствуй, — фыркнула Орселла, уперев руки в бока. Потом тяжело вздохнула, потирая лоб. — У меня наводка по клинку.

Марлоу тут же напряглась, настороженно оживившись.

— На следующей неделе будет чёрный аукцион. Пройдёт на Острове Храма в ночь полнолуния, — сообщила Орселла. — По слухам, там выставят Обсидиановый Клинок Невесты.

— Обсидиановый… что? — переспросил Свифт.

— Это тот самый нож, — пояснила Марлоу, — которым невеста… четвёртого? Пятого? Императора Кортэо убила своего мужа прямо в день свадьбы.

— Пока не обольщайтесь, — предостерегла Орселла. — Все только и говорят об этом. А значит, каждый захочет заполучить его. Аукцион — мероприятие закрытое. Просто так туда никого не пустят.

Между Свифтом и Марлоу пробежался взгляд.

— Ты не можешь нас туда провести? — спросила Марлоу.

Орселла фыркнула.

— А мне что с этого будет, м?

— Орселла…

Та откашлялась.

— Даже если бы я хотела вам помочь — а я не хочу — не могу. Меня… попросили туда больше не приходить.

— Тебя забанили? — Свифт уставился на неё с откровенным изумлением.

Марлоу едва не расхохоталась:

— И что ты сделала?

— Не твоё дело! — рявкнула Орселла.

— Должно быть, очень плохое дело, если даже чёрный рынок дал тебе пожизненный бан, — фыркнула Марлоу.

Орселла сузила глаза.

— Есть и другой способ попасть туда. Этот аукцион продаёт не только заклинательные ингредиенты. Ещё там торгуют… секретами.

— В смысле… как шантаж? — уточнил Свифт.

Орселла кивнула:

— Входная плата — это тайна. Но, разумеется, не просто любая. Она должна чего-то стоить.

— Ну, к счастью, — с уверенностью, которой совсем не чувствовала, сказала Марлоу, — секреты — моя специализация.

— Только будьте осторожны, ясно? — буркнула Орселла, явно не желая проявлять беспокойство.

— Ау, Орселла, ты всё-таки волнуешься, — пропела Марлоу с притворной нежностью.

Орселла смерила её ледяным взглядом.

— Будем осторожны, — пообещал Свифт.

Они распрощались с Орселлой и направились к Грязекрыла, чтобы Марлоу могла передать Фишеру окаменелое дерево и сообщить об остальной добыче.

— Если мы пробьёмся на этот аукцион и сумеем выиграть Обсидиановый Клинок, останется всего два ингредиента, — сказал Свифт.

— А останки Илларио всё ещё не найдены, — напомнила ему Марлоу.

— Но они же где-то есть, — ответил он с привычной жизнерадостной верой. — А кроме них остаются… слёзы убийцы.

— Думаю, можем просто наведаться в «Слепого Тигра» и довести до слёз пару Медноголовых, — бросила Марлоу.

Свифт метнул на неё раздражённый взгляд.

— Шучу, — сказала Марлоу. — Ну, почти.

Свифт откашлялся.

— Мы могли бы спросить у Адриуса.

Мышцы Марлоу напряглись.

— Он не убийца, — резко отрезала она.

— Ну, технически — нет, — признал Свифт. — Но это только вопрос времени, пока его отца перестанут держать в живых на заклинаниях, и тогда—

— Он не сам выбрал его ударить.

— Я это знаю, — сказал Свифт. — Но не думаю, что для заклинания это имеет значение. Чёрт, может, нам стоило просто позволить ему прикончить Уорнера, и тогда…

— Свифт, — резко перебила Марлоу. — Пожалуйста.

Правда заключалась в том, что с тех пор, как Адриус напал на Уорнера, в животе у Марлоу будто поселилась чёрная дыра беспокойства. Она никогда раньше не видела его таким — охваченным яростью и гневом, — и должна была признать, что это её пугало. Не