Будет жестко - Анна Шварц

— Не думаю.

— Да ты всегда плохо думаешь. — эта скотина внезапно ведет меня за шею к машине, как бы я не вырывалась. И запихивает меня туда через сиденье водителя. Я понимаю, почему и нафига, только тогда, когда пытаюсь уползти от него и выбежать через другую дверь, а он уже садится внутрь, и, наклонившись, перехватывает ручку двери, захлопнув ее и заблокировав замки.

Блин.

— Прекра… — начинаю я, повернувшись к нему, но замолкаю, столкнувшись с его взглядом. Блядь, мурашки размером с таракана от него бегают. Он смотрит мне в глаза и медленно пристегивает меня ремнем безопасности. У меня такое чувство, что еще немного, и этим скользнувшим куском прочной ткани, он меня просто придушит в какой-то момент.

Затем молча садится обратно и заводит машину.

Боже, дай мне сил, а?

Я молча смотрю в окно, и мы молча едем. Становясь мрачнее с каждым километром. Затем у меня вырывается тяжелый вздох. Боже, опять?

— Мы ведь не домой едем. — констатирую я.

— Не-а. — отвечает он. За это «не-а» хочется его стукнуть.

— Опять свяжешь меня и будешь говорить с ножом и пистолетом в руке? За то, что я попыталась наладить наши отношения? Или вообще попытаешься меня утопить, как того чувака?

Он чуть приподнимает и сводит брови. Такое невинное выражение на лице этого гребаного чудовища.

— Цветкова, нет, конечно. Мы просто поговорим в более подходящем месте. Ты хотела этого. Я ведь специально заставил тебя сесть в машину под камерами, чтобы не было соблазна взбеситься еще сильнее и сделать с тобой что-нибудь нехорошее. Если с тобой что-то случится — меня ведь будут трясти.

У меня сейчас губы треснут от того, как я их поджимаю. Гений гребаный, какой великолепный выход он нашел. Я смотрю на время.

— У меня в восемнадцать спортзал. Я не хочу опаздывать.

— Ты купила абонемент?

— Да, купила. И мы с Аленой договорились вместе сходить.

— А, ну наконец-то. Тебе это будет полезно. Хотя, я предлагал тебе его подарить.

Еще немного, и у меня задергается глаз от того, насколько легко он переключается на невинный разговорчик про спортзал. Учитывая то, что я не в курсе, куда мы вообще едем и что он там удумал, это просто издевательство.

23

Это он считает подходящим местом для разговора?

Я с недоверием смотрю на очередной строящийся объект, слава богу, в черте города. Если честно, по дороге мы проскочили старый парк, и я уже мысленно попрощалась с жизнью, но потом мы снова выехали в город, и я успокоилась.

Когда мы паркуемся на расчищенной площадке, к машине профессора быстрым шагом идет тот самый качок, который однажды таскал нам ночью в отеле одежду. Я его сразу же узнаю.

— А… — хочу я спросить кое-что у ненормального, но, обернувшись, вижу, как он уже вышел из машины. Затем наблюдаю, как они обмениваются с качком рукопожатиями, профессор отвечает тому дежурной улыбкой, а затем они что-то обсуждают.

Я устало откидываюсь на спинку. Да-а. Классно поговорили.

Словно почувствовав мой взгляд, ненормальный поворачивает голову, посмотрев на меня. Затем поднимает руку и манит пальцем, как ребенка или собаку.

Мне выйти, что ли? Боже, зачем… Я открываю дверь и выползаю наружу, подгребая ножками к ним.

Качок, тем временем, с каким-то сомнением в глазах, тоже наблюдает за мной. Затем медленно кивает в знак приветствия, когда я подхожу ближе. Я отвечаю тем же.

— Что случилось? — спрашиваю я у профессора, а он отворачивается.

— Иди за мной. Прогуляемся.

Я приподнимаю бровь. Серьезно, на стройке? Даже прогулки в парке мне теперь не кажутся позорным вариантом для свидания. Затем неуверенно следую за этим ненормальным. Почему-то в груди дергается тревога, хотя мы сейчас в черте города, вокруг кипит работа, и что-то плохое вряд ли этот монстр мне сделает.

Мы подходим к ограждению, остановившись на краю, и я задумчиво смотрю вниз. Ого они тут накопали в глубину. Вот это фундамент они готовят. Если честно, впервые вижу такой размах вживую. Что тут будет, интересно? Судя по всему, что-то очень высокое. Жаль я паспорт объекта не посмотрела на въезде.

— Как тебе? — интересуется чудовище, встав рядом и тоже глядя расслабленно и задумчиво вниз.

— Классно. — отвечаю честно я.

— Мне тоже нравится. — он кладет одну руку на ограждение, опираясь, а вторую с сигаретой, подносит к губам, и затягивается. После чего выпускает дым. — Цветкова, знаешь, в чем плюс иметь такой бизнес? Можно надежно спрятать чье-нибудь тело, где-нибудь глубоко закопав.

— Да? — отзываюсь я, поддерживая разговор. До меня не сразу доходит его фразочка, но когда это случается, я чувствую, как округляются мои глаза и вскидываю голову, в шоке посмотрев на этого человека. — Чего, блин?

Профессор молча продолжает курить, глядя задумчиво вниз, пока я сверлю его лицо взглядом, пытаясь прийти в себя. Меня посещают сразу несколько смешанных чувств, пока я пытаюсь рационально понять его последние слова. В какой-то момент я немного успокаиваюсь, решив, что это тупая шутка, а под конец меня охватывает сильная тревога.

Он случайно не намекнул, что собирается от меня избавиться?

Но тут же куча людей вокруг.

В этот момент это темноволосое чудовище переводит на меня взгляд, поймав встревоженное выражение на моем лице. Выбросив сигарету, он складывает руки на груди и барабанит пальцами по предплечью, совершенно спокойно пялясь на меня. Мне кажется, в данный момент он как раз использует какую-то эмпатию, чтобы уловить все мои эмоции, которые я испытываю, потому что этот изучающий взгляд иначе не истолковать. Я при этом чувствую себя как подопытный на лабораторном столе.

— Цветкова, сколько ты планируешь встречаться со мной? — внезапно задает он вопрос, резко сменив тему.

Сука, час от часу не легче.

Это вообще-то, должно быть моей инициативой — начать разговорчик о наших отношениях. Я ведь такой план для беседы продумала, о-о-о. Любой семейный психотерапевт восхитился бы этим планом, и выдал бы мне грамоту.

— Что за странный вопрос? — выдыхаю я.

— Обычный вопрос, разве нет?

Даже не знаю, для кого, для него, такого ненормального, обычный? Иногда мне хочется ответить «еще не более минуты и с меня хватит». Особенно в такие моменты. Но если заглядывать в лучшие моменты прошлого, когда у меня появлялась надежда на нормальные отношения с ним, я бы ответила, что как можно дольше.

Боже, ладно. Выберу второй вариант.

— До конца жизни. Но для этого нам нужно правда серьезно многое обсудить. — бормочу