Любовь с первого лайка - Ханна Оренстейн

Я прочищаю горло. Блейк снова меня слушает.

– Девятнадцатое октября. Я понимаю, это безумно скоро, и это все будет кувырком, но разве это не весело? – спрашиваю я, добавляя голосу воодушевления. – Зачем ждать, если мы знаем, что просто хотим пожениться?

Он кладет телефон экраном вниз на кровать и смотрит на меня с радостным удивлением.

– Ты правда этого хочешь? – спрашивает он.

Я киваю и бросаю на него взгляд, старательно исполненный надежды.

– Не знаю, не слишком ли быстро? – спрашивает он. – Нам разве не нужно больше времени, чтобы все спланировать?

– Свадьба в отеле – это очень просто, – отвечаю я. – Там свой кейтеринг, за тебя все сделают. С тебя только платье, костюм и гости.

Он внезапно прекращает улыбаться.

– А ты не беременна, а? Что, из-за этого такая спешка? Потому что, если да, это будет неожиданно, но все равно волнующе, то есть я хотел сказать, что, если ты хочешь, чтобы это было волнующей новостью, и я…

– Блейк, остановись, – говорю я и шутя бью его по руке. – Я не беременна. Просто, наверное, слишком вошла в раж из-за того, что выхожу замуж, и решила, что пожениться вот так, бегом, будет весело.

По крайней мере это абсолютная правда.

– Тебе так нравится это место? – спрашивает он.

– Да.

– Ты понимаешь, что это безумие: свадьба через месяц?

– Целиком и полностью.

Он на мгновение умолкает. Потом, когда я как раз собираюсь его подергать, чтобы ответил, улыбается.

– А давай, – говорит он и целует меня.

– Правда?! Спасибо, спасибо, спасибо!

Я ничего не могу с собой поделать, я валюсь в его объятия, пока меня омывает изнутри огромная волна облегчения. Надеюсь, он не чувствует, как у меня дрожат руки. После всех приложенных усилий, после всех этих недель я едва могу осознать, что мой план сошелся без щелчка. Нет ощущения, что это на самом деле. Но все так: Блейк Барретт и я поженимся в отеле «Уит» в субботу, 19 октября.

Надо сделать кое-что еще, чтобы подтолкнуть все к свадьбе. Когда в тот день Блейк уходит от меня, я набираю маму. Она отвечает, и я спрашиваю, дома ли папа. Он дома – он всегда дома. Я прошу, чтобы она его позвала и включила громкую связь. Не так я себе представляла этот разговор. Я как минимум думала, что привезу к ним жениха, которого они уже будут считать сыном. Наш первый совместный обед летом прошел очень мило, но то, что они с Блейком приятно пообедали вместе, не означает, что они готовы принять его в семью.

– Я хотела вам сказать, что Блейк сделал мне предложение, – объясняю я.

– О господи! – выпаливает мама.

– Элайза, – тяжело произносит отец.

– Я понимаю, это быстро, – слишком быстро, поверьте, понимаю, – но я его правда люблю. И, думаю, все получится.

– Думаешь? – спрашивает папа.

Ненавижу так путаться в словах.

– Я его люблю. Свадьба в октябре.

Я собираю себя в кулак, ожидая, как они отреагируют, и они, ясное дело, реагируют как любой бы на это отреагировал:

– В этом октябре? – взвизгивают они.

– Почему так скоро? – спрашивает мама.

Я делаю глубокий вдох и излагаю им самую сладкую версию рассказа о предложении, оставляя за скобками тот факт, что меня вырвало. Я описываю, какое прекрасное место мы нашли и как оно чудом оказалось свободно. Они, судя по голосам, не в восторге, но по крайней мере, перестали перебивать меня полными ужаса замечаниями.

– Ух ты, – задумчиво говорит мама. – Свободно. У тебя и правда талант в бизнесе, а?

– Я понимаю, последние месяцы были суматошными, и понимаю, что все это выглядит очень поспешным, но я так счастлива с Блейком, – говорю я.

– Если тебе хорошо, то и нам хорошо, – говорит папа.

– Правда? – спрашиваю я.

– Детка, я всегда думала, что ты сбежишь на Фиджи или вообще не станешь заморачиваться со свадьбой, – говорит мама. – Если ты этого хочешь, мы просто счастливы, что ты счастлива.

Я вспоминаю свадьбу Софи, какой традиционной она была – этот оркестр, играющий старомодную классику, и эти официанты, разносящие подрумяненного лосося. Тогда я думала, что это оттого, что мама с папой предпочитают не отступать от нормы. Но теперь, когда они так поддерживают мои планы, я задумываюсь, не ошибалась ли я. Может быть, они просто хотели, чтобы мы были собой, со всеми закидонами. Раз моя семья меня поддерживает, то, что я убедила Блейка рвануть к свадьбе через всего тридцать четыре дня, уже не кажется таким абсурдом. Когда-то я волновалась, что то, как я утаила от Блейка этот план со свадьбой, отдалило нас друг от друга и он не мог по-настоящему полностью меня увидеть. Но возможно, он точно понимает, какая я: спонтанная, импульсивная, не поборница традиций. И это меня успокаивает – я все делаю правильно.