Подкидыш для бизнес-леди - Гала Григ

Первое, что пришло в голову — позвонить Старцеву. Но оставлять Тараса одного побоялась. Вдруг ему станет хуже. Сиделка еще не приехала, поэтому я присела на стул, ожидая, что будет дальше.

На лестнице послышались шаги. Зина, обеспокоенная, что я еще не спустилась к завтраку, направлялась в мою комнату. Я выглянула, сделав ей знак молчать.

— Мы сейчас спустимся вниз. Завтрак готов?

— Да, конечно… — Зина поспешила вниз. Оглядываясь, она взглядом спрашивала меня, что случилось.

— Все хорошо, — громко сказала я и шепотом добавила: — Позвони Старцеву.

К счастью, приехала сиделка. Мамаев, как обычно не обратил на нее внимания, что вызвало у меня сомнение в том, будто что-то меняется в лучшую сторону. Даже пришла сумасбродная мысль — не придумала ли я утреннюю сцену? Может быть, мне все показалось.

За завтраком Тарас по обыкновению молчал и ни на кого не смотрел. Единственное напоминание об утреннем происшествии, — сдвинутые брови, дающие основание думать, что он старается осмыслить происходящее.

Старцев приехал быстро. Подробно описав ему разговор с Тарасом и его интерес к своей внешности и ко мне, я ждала обнадеживающее заключение. Однако он, только похлопал меня по плечу и повторил свою любимую фразу: «Терпение, мой друг, терпение…» Затем отправился наверх к Мамаеву.

Я же, сгорая от нетерпения и обуреваемая желанием поделиться новостью, позвонила Элине.

— Да ты что?! Тарас заговорил? — в голосе Эли слышалась неподдельная радость.

— Ну да. Правда сказал всего три слова. Но потом замкнулся.

— Какое «всего»! Ты хоть понимаешь, что значит в его состоянии хотя бы одно слово! Мила, это прогресс!

— Но Старцев не стал так радоваться. Значит, чего-то опасается?

— Милана, ты неисправима. Естественно, он сначала осмотрит Тараса, попробует разговорить его. Ну хотя бы добиться от него какой-то реакции. Ты рассказала ему о вчерашнем поведении Мамаева за обедом? Важна каждая мелочь.

— Рассказала. По его лицу невозможно определить, что хорошо, что плохо.

— Валерий бывает немногословен. Не любит обнадеживать, пока не уверен в успехе. Но он профи и буквально творит чудеса. При этом без пустых обещаний. Только по факту. Так что наберись терпения.

— Вот и он об этом. Все, Эля. Старцев вышел от Тараса. Перезвоню.

На лице этого неразговорчивого человека я заметила нечто вроде улыбки. Неужели? Сердце застучало набатом.

— Ну что ж, — бодрым голосом заговорил Старцев. Могу Вас порадовать. Восстановительный процесс активизации работы мозга пошел. Но именно сейчас надо быть сдержаннее. Не торопить его. Не волновать. Рекомендации прежние — не надо спешить. В его мозгу идет усиленная работа, что подтвердила энцефалография. Возвращается речь. Будем надеяться, что вернется и память. Постарайтесь уделить Тарасу больше внимания и времени. В идеале — быть с ним постоянно. Ему не нужна сиделка, нужен близкий человек, с которым у него связаны приятные воспоминания. Это благоприятно скажется на его самочувствии. Вы готовы?

— Да, я буду рядом. Но о чем мне можно говорить с ним?

— О чем хотите. Только не повторяйте избитую фразу «А помнишь?». Просто рассказывайте, не требуя напрягать память. Надеюсь, у Вас получится. Ведите себя спокойно при любых проявлениях. Если что, звоните.

После ухода Старцева я поторопилась к Тарасу. Однако чуда не произошло. Тарас был погружен в себя. Опять не замечал моего присутствия. Поэтому, оставив его с сиделкой, я тихо вышла из комнаты.

Совет Валерия Яковлевича не давал мне покоя. Не раздумывая долго, я приняла важное решение. Для его претворения в жизнь надо было съездить к родителям.

Мама встретила меня c улыбкой, но в глазах притаилась тревога.

— Все хорошо, мама. Был Старцев, говорит, Тарас пошел на поправку, — не вдаваясь в подробности, я поспешила успокоить ее. И без объяснений добавила: — Я к отцу. Он у себя?

Мать вопросительно посмотрела на меня и молча кивнула.

Моя решительность убывала по мере приближения к кабинету отца. Застыв на мгновение перед дверью, я решительно открыла ее и встретилась с ним взглядом. Отец, не выдержав его, опустил глаза.

Момент был тяжелый. Но я и не надеялась на легкое перемирие.

— Папа, — голос предательски дрожал, — мне нужна твоя помощь.

Отец, не выдержав напряжения, бросился ко мне, прижал к своей груди и прошептал:

— Прости меня, дурака… Для тебя — все, что угодно.

Отстранившись, я заметила, как он украдкой смахнул слезы.

— Пап, не надо. Все в прошлом. Я люблю тебя… Ты поможешь мне?

— Не сомневайся. Говори, что от меня требуется.

— Займись делами фирмы. Мне надо быть дома, с Тарасом. Я нужна ему.

— Мила, спасибо тебе. С завтрашнего дня я весь в твоей власти. А сегодня ты введешь меня в курс дела. Идет?

— Тебе спасибо. Даже не представляешь, как для меня это важно.

— Пойдем, обрадуем маму. Она очень переживает из-за нашей ссоры.

При последних его словах дверь распахнулась. Мама буквально ворвалась в комнату. Лицо ее было залито слезами. Это были слезы радости.

Отец обнял нас обеих. И мы долго стояли молча, думая каждый о своем.

Преодолев свои обиды, я вновь обрела отца. И не важно, что там было в прошлом.

Мама сияла от счастья. Отец все еще не избавился от чувства вины. Но это пройдет. Главное — мы все вместе и любим друг друга.

Я была счастлива, что мир в семье восстановлен.

Глава 48

— Ты простила отца? — Элина отказывалась мне верить. Она приехала проведать нас, и я с порога поделилась с ней этой новостью.

— Да, Эля. И знаешь, почувствовала облегчение. Ты ведь в курсе, что мы с ним были всегда дружны, понимали друг друга. И мне было очень тяжело разувериться в нем. Я много думала о том, что заставило его так поступить. И поняла — он очень любит меня. И я его. И маму — тоже. Теперь между нами нет тайн и недопонимания. Они признали за мной право самостоятельно принимать важные решения.

— Я рада за вас. Ты поступила разумно. Кстати, а что с бизнесом? Неужели решила отойти от дел?

— Это временно. Отец меня подменит, пока не выздоровеет Тарас. Я очень благодарна отцу. Он опять выручает меня в трудной ситуации. Но если бы он отказался помочь мне, я бы просто все бросила. Сейчас важно быть рядом с Тарасом.

— Катерину оставишь?

— Да, если согласится помогать Зине и при необходимости — подменять меня. А что слышно от Шувалова? Он тебе звонит? — мой