Верните, где взяли, или Попаданка для дракона - Лана Морриган

Глава 32. Волос длинный – ум короткий

– Ты прекрасна, моя смородиновая желеечка, – Анфиса сидела в тележке и уплетала сладости, вымазав мордочку желтым кремом. – Принц будет о-чав-чав-врован. Ой. Извини, очарован, – договорила, проглотив. – Как тебе к лицу зеленый.

– Да, мой цвет, – согласилась я, взволнованно переводя дыхание. – Вот теперь я боюсь.

– Зря. Его высочество мужчина абсолютно… безвредный, – Анфиса не сразу подобрала слово.

– Я боюсь, что сболтну лишнего. А вдруг я выдам себя? А? Или опозорюсь за столом?

– Ой, да там все просто, – она махнула на меня лавандовым копытцем. – Приборы берешь от внешних к внутренним. А…

– И зачем было выбирать людное место? М? Дургуза обедала с принцем в одной из гостиных замка. Наедине.

– А ты хочешь остаться с его высочеством наедине? – промурлыкала Анфиса.

– Я? Ну-у-у, – я представила небольшой круглый столик, приглушенный свет, музыку. Принц напротив меня. Он одет в золотое, а его волосы лежат идеальными локонами по плечам на зависть мне и всем остальным девушкам королевства. – Ну-у-у, не очень.

– Говорят, – прошептала Анфиса, часто заморгав, – его высочество очень внимателен к дамам.

– Ой, фу. Не хочу этого знать.

– А зря, тебе, возможно, выходить за него замуж и придется делить с его высочеством супружеское ложе, моя строптивая карамелька.

От предположений болтливой зверушки кожа покрылась мурашками.

– Анфиса, я тут не за принцем, а за Драконьим камнем! – напоминала я взволнованным шепотом.

Она разочарованно вздохнула.

– Жаль, – пробормотала, отодвигая ножкой пустую тарелку. – А я бы была прекрасной няней для ваших детей. Эх. Никогда мне не воспитывать особ королевской крови. Только представь, какой жирный плюс в послужной список, – продолжала ворчать, слезая с тележки на кровать, а дальше на пол. – Я привязалась к тебе. Такой леди у меня точно больше не будет.

– Ты так говоришь, будто мы с тобой прощаемся, – произнесла я, чувствуя необъяснимую тоску. Надо признать, и я привязалась за эти несколько дней к Анфисе и буду скучать, когда вернусь в родной мир.

– Прощаемся! – взвизгнула она. – Конечно, прощаемся. На пару часов. Тебя ждет принц. Не забыла?

– Не забыла, – произнесла я на выходе, совершенно не представляя, как буду очаровывать мужчину из незнакомого мне мира, я в своем-то не особо преуспевала.

– Я тебя провожу к порталам, моя драгоценная конфетка, – важно произнесла Анфиса, выскакивая вперед меня из спальни.

– Его высочество ждет леди Станиславу внизу, – сообщил сопровождающий. – Он желает прокатить ее на своем экипаже.

– Желает прокатить на своем экипаже, – повторила Анфиса, многозначительно вытянув мохнатую мордочку и подмигнув мне. – Ведите, моя леди готова.

Зря я волновалась. Очаровывать буду не я, а меня. И оказалось, что независимо от мира мужчины очень похожи между собой. Иначе как еще понимать, что принц решил произвести неизгладимое впечатление своим транспортным средством?

И произвел…

– Я не ослепну от такой красоты? – спросила я гувернера, замечая у подножия лестницы золотисто-белый экипаж, запряженный четырьмя лошадьми. Ла-а-адно. Золотистый, как и наряд принца. Белыми были лишь колеса.

– Его высочество – красивый мужчина, – подтвердила Анфиса, останавливаясь наверху лестницы. – И зеленый с золотым прекрасно гармонирует. Вы дополняете друг друга. Роскошь и лаконичность. Все. Иди, моя элегантная трюфелька. Иди.

– Я вернусь в двенадцать, фея-крестная.

– Что ты такое говоришь, моя булочка? – от возмущения зверушка застучала копытцами, перебирая милыми ножками. – Приличная леди возвращается с ужина не позже девяти!

– Обязательно вернусь, – пообещала я, спускаясь к ожидавшему принцу Аскольду.

Боже мой, ну что за имя?! Но оно идеально подходило наследнику трона Унарского королевства. Такое же… вычурное, величественное и пафосное.

– О-о-о, леди Станислава, – протянул принц нараспев, помогая мне сесть в экипаж, – вы прекрасны.

– Спасибо. Вы тоже, – пробормотала я смущенно, стараясь освободить свою руку.

– Да? – его высочество встрепенулся, элегантным движением головы откинул блестящий волосы с лица и засветился улыбкой. – Вы считаете, что мои подданные найдут меня образцом для подражания? – поинтересовался он тихо, чуть склонившись ко мне.

– Не сомневаюсь, – подтвердила я.

– Вы так добры, леди. Трогаемся!

– Ой, – пискнула я, когда лошади взяли слишком резвый темп.

– Вы впервые в столице, леди Станислава?

– Да, – ответила я, привыкая к размеренному раскачиванию. – У нас с отцом не было возможности путешествовать.

– Я понимаю. И как вам у нас?

Я взглянула в окно, мы подъезжали к огромным распахнутым воротам, за которыми открывался вид на город.

– Сказочно.

– Вы правы. Сказочно, – подтвердил его высочество. – А вас с легкостью можно принять за принцессу.

– Спасибо, – поблагодарила я, переводя разговор с темы ухаживаний на более безопасную: – Вот тут проходил первый этап состязаний, – сказала я, показывая на площадь, где раньше стояли три портала.

– Да. Вы верно запомнили.

Еще бы я не запомнила. Тогда я почти полностью состояла из страха. Заблудиться. Случайно выиграть состязание. Быть сожранной какой-нибудь неизвестной мне животиной, затоптанной лошадью или быть изжаренной одним из драконов, что трижды появлялись в небе за то время.

– Я могу задать вам личный вопрос, принц Аскольд? – поинтересовалась я, не в состоянии больше выносить его внимательный взгляд.

– Задайте, – с игривой улыбкой, ответил его высочество поглядывая на свое отражение в зеркальной поверхности боковых стен экипажа. – Я не против.

– Вы, наверное, устали от внимания такого количества леди? Теперь эти обязательные ужины с каждой из нас.

– Я? – Аскольд удивленно вскинул идеальные брови. – Безусловно… нет, – ответил он уверенно. – Я с детства привык быть в центре внимания. Для меня это так же просто, как дышать. И разве я могу лишить кого-то из вас своего личного общения?.. – сказал он пафосно, тут же переключаясь на архитектуру здания, к которому мы подъезжали. – Брильянтовый пик, леди Станислава. Вы не найдете во всем королевстве строения восхитительнее, а кухни изысканнее.

– О-о-о, – удивленным возгласом я удовлетворила ожидания его высочества, и не важно, что он скорее означал недоумение. Мы… мы словно собирались войти в одну из хрустальных ваз, что так берегла бабуля. Намытую в уксусной воде и натертую до блеска махровым полотенцем.