Верните, где взяли, или Попаданка для дракона - Лана Морриган

– И что она там делала все это время? – ворчала Дургуза. – Воистину я никогда вас не пойму.

– А нас понимать не нужно, – отозвалась Лиора. – Мы из разных миров.

– Если много говорить, можно с легкостью оказаться в другом мире. С пращурами, – огрызнулась орчиха. – Ну, кто следующий в ванную?

– Я? – с опаской спросила Ровви. – Я быстро, – пообещала она.

Я не торопилась готовиться ко сну. Ждала, когда девушки улягутся спать. Но оказалась, что не только я жду этого. Дургуза выразительно на меня взглянула, намекая, что именно она пойдет последней, и мне ничего не оставалось, как отправиться в ванную.

– Присядь, мой конфитюрчик, я помогу тебе с лентами, – предложила Анфиса.

– Ой, спасибо, – я застонала от удовольствия и продолжила ослаблять корсет.

– А что это? – воскликнула зверушка, замечая зачарованную бумагу.

– Вот черт, – ругнулась я.

Как я могла забыть о записке?..

– Почему она все еще с тобой, мой рисковый морковный тортик?! – шипела Анфиса.

– А что ты предлагаешь сделать?! После того случая с платьем я боюсь что-либо оставлять в спальне. Да и… – я взглядом указала на дверь, – будут только рады компромату на свою соперницу.

– Ты права, моя предусмотрительная сдобочка. Ты права, – зверушка прищурила глаза и с подозрением смотрела в сторону спальни. – Пусть будет у тебя. Так безопаснее. Но! – лавандовое копытце взлетело в воздух. – Не смей ничего писать! Мы потом сожжем бумагу!

– Я и не собиралась, – ответила я, немного соврав. Самую капельку.

– Он, – Анфиса округлила глаза, – больше не писал?

– Нет.

А вот теперь я соврала по-крупному.

– Хорошо воспитанный лорд не станет досаждать ухаживаниями леди. Запомни, моя лакричка.

– Обязательно запомню, – пообещала я, пряча зачарованную бумагу уже в вырез ночной сорочки.

Что ж… я всегда думала, что очень терпелива. Но то, как внутри меня горело от негодования, доказывало обратное. Я третий час ждала, когда уснут мои соседки по комнате, чтобы без лишних рисков прочесть ответ тайного поклонника. И это было невыносимо!

И стоит отметить, что Шаэлин извинилась, перед тем как затянуть ритуальную песнь для лучшего роста семян. Очень продолжительную песню. Очень!

Все это время Лиора тяжело вздыхала и цыкала, рассматривая свои ноготки. Кстати, от помощи сменить одежду она отказалась. Так что, возможно, она извлекала из себя не осуждающие звуки, а ей было плохо.

И наконец долгожданная тишина!

Я боялась лишний раз шелохнуться, прислушиваясь к размеренному посапыванию. Анфиса широко зевнула, раскинула копытца, потягиваясь, а потом уперлась ими мне в бок, как бы говоря: “Иди! Сейчас самое время!”

Я бесшумно соскользнула с кровати, игнорируя домашнюю обувь, ступала босыми ступнями по ледяному полу. А еще я боялась наткнуться на что-то в темноте и всех разбудить. Тихонечко толкнула дверь в ванную, вошла и обомлела.

– Ты бреешься? – зашептала я, наблюдая за Дургузой.

Впервые я видела орчиху испуганной. У нее даже лицо вытянулось и потеряло воинственность.

– Если кому скажешь об этом, я тебя!..

– Да никому я не скажу! – пообещала я, не отводя взгляда от опасной бритвы. Я такие видела только в старых фильмах и в фильмах ужасов, где их применяли не совсем по назначению.

– Ну и что таращишься?!

Ничего комичнее я еще не видела. Зеленокожая атлетка в розовых рюшах, с густой пеной на подбородке и шее и бритвой в увесистой ладони.

– Да ничего. А?..

– Ну что еще?

– А ты не пробовала вот это мыльце? Вот это, – я указала пальцем на прозрачный овальный галыш в одной из глубоких вазочек на раковине.

– И зачем он мне?

– Он избавляет от ненужной растительности на год.

– Не брешешь?! – воскликнула Дургуза. Я отрицательно мотнула головой. – И как им пользоваться?

– Как обычным мылом. Только аккуратнее. Не три все лицо. Только… – я указала пальцем на проклюнувшуюся темную щетину. – Ну ты и сама знаешь где, – сказала я, отступая к двери.

Интересно, в этом мире есть проклятья? Что-то мне подсказывает, что есть. Ну как еще объяснить, что все мои попытки прочитать записку проваливались.

– Ну, подруга, спасибо тебе, – прошептала Дургуза, возвращаясь в постель.

– Не за что, – буркнула я, обнимая Анфису и тяжело вздыхая.

Орчиха, кажется, не услышала моей благодарности. Через секунду по комнате разлились первые нотки храпа, а на мои губы наползла глупая улыбка. Интересная выйдет пара из Дургузы и принца Аскольда. Колоритная.

Я повернулась на бок, с головой накрылась одеялом, чтобы хоть как-то заглушить раскатистый храп.

– Вот дурочка! – ругнулась я на саму себя.

Шерстка гувернера освещала все вокруг себя мягким розовым светом. И его точно хватало, чтобы что-то прочесть.

Я аккуратно достала зачарованную бумагу.

– Заварные пирожные, – прошептала я, проверяя, спит ли действительно Анфиса или только притворяется. – Безе. Грильяж. Манговый крем.

Но на мордочке не пошевелился ни один мускул.

«Леди Станислава, я понимаю ваши сомнения. Я не хотел ставить вас в неловкую ситуацию и приношу извинения, если ненароком оскорбил вашу добродетель!» – наконец я прочла сообщение, и мне захотелось ответить.

Я ведь не должна поддерживать разговор с незнакомцем, но и никак не отреагировать было невежливо. В современном мире можно отправить реакцию на сообщение. Отправить огонек или сердечко. А в этом чувствовалась явная недоработка. Я приоткрыла край одеяла. Как раз напротив моей кровати стоял секретер. Это ли не судьба?

Глава 31. Айзек Скалистый. Скорбящий по листу лопуха папоротник

– Что это? – выдохнул я, рассматривая полученный ответ от Станиславы.

Стояла глубокая ночь. Разбирая скопившиеся за день отчеты, я уже и не думал, что моя леди напишет хоть слово. Но…

Вот он. Ответ. Долгожданный и такой… загадочный.

Кружок, внутри которого находились две точки и клякса. Допустим, клякса вышла случайно.

Кружок и три точки…

Что это