История одной встречи - Стейси Амор

Ведьма зычным голосом прогнала всех родственников, дежуривших у кроватей больных, посчитала, что мужчинам нужен отдых, так как яд будет выходить весьма болезненно. Не хотела, чтобы родные видели некогда сильных мужчин в муках. Не предупредила меня о том, что я проведу бессонную возле их постелей. Может, оно и к лучшему.

Разве я могла знать, что тошнота вперемежку с кровью один из симптомов отравления? Что воины будут стонать и забываться в горячке, призывая жен и детей, совершенно не веря в выздоровление, готовясь проститься?

Сообщи она все заранее, я бы никогда не согласилась на подобное, а теперь металась из угла в угол, пытаясь хоть как-то облегчить участь своих соклановцев. Обтирала лбы и лицо, убирала грязь, меняла простыни и повязки. Старая колдунья тоже с ног сбилась, но не впустила никого, уверившись в моих силах.

К счастью, она послала записку мужу, что сегодня нуждается в моей помощи. Джеймс не ответил, но и не пришел, чтобы забрать меня. Да и я не хотела с ним встречаться. Перед глазами так и стояла та сцена, где Мелисса по-хозяйски оплела его ладонями и бросилась на шею. Пускай он остановил женщину, поставил на место, но сколько у него таких? На мой прямой вопрос он ведь не ответил.

Задумываться об этом не было времени. От усталости слипались глаза, дрожали пальцы, а голос стал прерывистым, хриплым. Я забылась у чьего-то изголовья на рассвете и, возможно, просидела так несколько часов, пока меня не коснулась чужая холодная рука.

— Леди Синклер, вы устали. Может, вам пора в замок. Отоспитесь.

Еще сонная, не понимая, что именно происходит, сосредоточилась и увидела озабоченное лицо Крейга перед собой.

— Нет, — мотнула головой, вспоминая произошедшее и сбрасывая остатки дремоты. — Не уйду, пока не пойму, что они в порядке, — кивнула на безмятежно лежащих воинов.

Рядом прошлась Атенаис, но в отличие от меня, выглядела она намного бодрее.

— Не переживайте, леди. С вашей помощью они поправятся. Яд вышел из организма. Им осталось только отлежаться, а к обеду каждый сможет подняться и отправиться домой.

— Хорошо, — встала и меня немного повело в левую сторону, но побратим супруга успел меня подхватить.

— Говорю же, вам пора в замок. Лаэрд не обрадуется, если вы заболеете.

С чего бы? От бессонницы еще никто не умирал. Хотя... если учитывать события, произошедшие за два дня, я по-настоящему изнемогала. Нуждалась в долгожданном отдыхе.

— Подожди, — остановила его. — Хочу поговорить с ведьмой.

Та услышала мою просьбу, ушла в угол, чтобы нас никто не подслушал.

— Вы что-то хотели?

Приблизившись к ней, оперлась о стену.

— Да, Атенаис, называй меня Летти или Летисия, ты столько для меня сделала.

Она хмыкнула, обвела взглядом зал.

— Вы тоже, — но завидев мое хмурое выражение на лице, понизила голос. — Ты тоже. Лаэрд зовет тебя Летта, могу я звать тебя так же?

«Летта», — мысленно проговорила про себя. Не очень привычно, но по-новому. Моя жизнь настолько резко изменилась, что смена обращения пойдет на пользу.

— Да, конечно. И еще, — уцепилась за рукав колдуньи, почувствовав, что она хочет сбежать. — О какой войне ты говорила в гадании? Это связано с Нортоном Драммондом, — шептала ей.

Атенаис растерялась. Как пить дать, растерялась и покраснела.

— Я не знаю, Летта. Я же не спрашивала свои карты об этом, только о твоей судьбе. Было жутко интересно, какая к нам пришла хозяйка.

— Так спроси их, — стала настаивать. — Когда будет больше времени, спроси. Неужели сложно?

Женщина помрачнела.

— Для себя я не гадаю. Приходи ты ко мне, если глава клана разрешит.

Вот уж не думала, что он и мое общение с ведьмой будет контролировать.

Приняв помощь Крейга и напоследок попрощавшись с колдуньей, дала себя увести из домика, где расположились раненые. Конечно, хотелось задержаться, дождаться, когда хоть кто-то сам встанет и будет способен уйти, но Атенаис стала потихоньку меня подгонять.

Без сил, без способности обратиться, я медленно шествовала, оперевшись на руку рыцаря. Светало, но на улице оказалось слишком много людей для предрассветного часа. Все молчали, ни слова не говорили, слушая шелест листьев и стрекотание поздних кузнечиков, но едва я оказывалась рядом, садились на одно колено и склоняли головы. И женщины, и мужчины, которых я совсем не знала. Ни одного знакомого лица.

Не понимая, что происходит, уставилась на воина, надеясь, что тот все объяснит. Оборотень не стал тянуть, усмехнулся, придержал меня и пояснил:

— Вас приняли, леди. Все заметили, насколько самоотверженно вы бросились в зачарованную чащу. А потом еще и ухаживали за больными.

— Но я же ничего не сделала? — начала отнекиваться.

Клану невдомек о моих отношениях с эльфийскими духами. Разве можно доступно рассказать, что в Чаролесье я как своя, будто родилась там? Что любая моя просьба тотчас исполняется, а дороги приводят к нужному результату? Они не поймут, посчитают злым колдовством.

— Совсем ничего? — тот выгнул бровь. — Я сам все видел. Вы не противились, убирали за мужчинами, помогали им. Теперь вы стали родной, близкой по духу. Так жители проявляют верность.

Верность — какое хорошее слово. Еще бы об этом помнил мой супруг, но вслух говорить о своих мыслях не стала.

— Спасибо, — почти зашептала Крейгу на ухо. — Не надо. Пусть перестанут. Я и так знаю, что здесь меня никто не обидит.

— Ой ли, — медведь всплеснул руками. Сжал меня посильнее и тихо добавил, чтобы никто не услышал. — Мне жаль, что именно я об этом говорю, но в клане у вас достаточно врагов. Мелисса просто так не отступится. Она мечтала заполучить лаэрда в мужья.

Мы как раз покинули тот круг людей, кто возблагодарил за помощь. Я помахала рукой, искренне обрадовалась принятию, но слова воина меня насторожили. Сильно насторожили.

— Зачем ты мне про это рассказываешь? — я немного обиженно пробурчала.

Не верила, что приближенный Джеймса будет разбираться в женских склоках.

— Леди Синклер, — медведь повернулся. — Я бы рад ошибаться, но хорошо знаю натуру людей. Мой глава не замечает хитрой наигранности во вдове, привык к ней, немного привязан и чувствует свою ответственность за ее судьбу. Их многое связывает.

От каждой следующей фразы настроение только портилось. Сколько же они были вместе? Для чего Синклер участвовал в турнире, если я не нужна? Если у него уже была возлюбленная?

А Крейг все продолжал:

— Она сильная, знатная, собрала вокруг себя всех известных благородных дам. Будьте осторожны, остерегайтесь ее, не верьте в мнимую дружбу.