Охота на журавлей - Ольга Николаева

А он… ему не хотелось ничего ей говорить. Несмотря на совместно прожитые годы, на то, что им было очень даже неплохо вместе… Сергей, наконец, понял, что такое - быть настоящим мужчиной для своей женщины. Не марионеткой, которой просто позволяли играть в главного, когда «мамочке» этого хотелось. Не послушным плейбоем, чье самолюбие тешили, изображая, что его мнение что-то значит, а по факту - просто подводили к нужному решению…

С Ариной он, действительно, принимал решения, выполнял их, отвечал за их последствия. Так, во всяком случае, ему казалось. И еще: ему доставляло несказанное удовольствие, что можно спорить с девушкой и не бояться, что неверно высказанное мнение может разбудить бурю, разносящую дом в щепки.

Но ведь не станешь об этом рассказывать женщине, которой ты, в общем-то, продолжаешь подчиняться, и от чьих решений до сих пор зависишь?

А больше им и не о чем было разговаривать. Вряд ли Ира была настолько благородной, чтобы искренне пожелать вновь образовавшейся паре счастья.

Скорее, она могла затаиться и выжидать момента, чтобы ударить в спину, да побольнее. И вот этого удара он ждал постоянно. А пока - готовил почву для отступления. Такую, чтобы можно было вместе с Ариной сбежать. И ее непрекращающееся замужество очень сильно раздражало: очень сложно будет объяснять родным и друзьям, почему они должны помогать женщине, о которой должен заботиться совершенно другой мужчина.

- Арин, ты понимаешь, что до сих пор живешь спокойно только потому, что Ире неизвестно, по какому адресу ты ездишь ночевать, и с кем именно постель делишь?

- Ты думаешь, она будет мстить? - Рина зябко поежилась, усаживаясь на диван. И с надеждой в голосе, с глазами, полными наивной веры в людей, добавила: - Но ведь это будет низко, подло… В конце концов, такая месть ее саму унизит… Я бы, на месте Ирины Петровны, сделала вид, что вообще никак не переживаю. Это, хотя бы, гордость позволило бы сохранить…

- Поверь, у Ирки совсем другие представления о гордости. Она просто обязана отомстить и наказать. Это лишь дело времени.  - Неприятно было признаваться девушке в том, что он обрек ее на проблемы, как только решил завязать отношения… Но оставить ее в неведении было бы совсем уж свинством.

- Серьезно? А я уж надеялась, что мимо пронесло, и она тебя отпустила просто так, не создавая никаких препятствий…

- Нет. Она просто умеет хорошенько остужать блюдо под названием месть. А подает его только тогда, когда ты уже и думать о причинах забудешь. Твое удивление и неподготовленность принесут ей гораздо большее удовольствие.

- Боже мой, Сереж, ну, почему все так сложно-то? - он присел на диван к девушке, подтянул ее к себе на колени. Арина, словно ласковая кошечка, прильнула к его груди, повернула голову поудобнее, позволяя его рукам  перебирать ее кудри. Замурлыкала, начала аккуратно и ненавязчиво расстегивать молнию на толстовке. Желание Арины быть с ним рядом и дарить ласку, жадно забирая ответную - от него, ее откровенность в постели, отзывчивость, нежность - ради всего этого Серега был готов перенести любые кары, что бывшая супруга могла приготовить. Просто потому, что понимал:  за любую радость в этой жизни приходится платить. Особенно, когда очень долго никто и ни за что не требовал с тебя эту плату…

- Может быть, все просто, а, малыш? - он шутливо поцеловал ее в лоб, потом в нос, в щеки, нарочно дразня и обходя стороной губы. - Надо лишь понять, что все люди, порой, ошибаются. А ошибки приходится оплачивать. Так же, как на работе мы с тобой штрафы людям впаиваем.

- Ты хочешь сказать, что мы с тобой - ошибка? - девушка мигом застыла в его руках, как будто не плавилась только что, словно тающий  шоколад.

- Я хочу сказать, что ошибок мы наделали раньше…