Если ты хочешь… - Елена Левашова

– Объявляю вас мужем и женой! Можете поцеловать невесту.

– Ура! Поздравляем! – кричат гости.

Я мечтала об этом почти десять лет… Хотела видеть свое отражение в его счастливых глазах, пить его поцелуи как воду из желанного источника, однако, мечтам было суждено сбыться только сейчас.

– Ну все, Духина! Ты теперь моя жена. Веришь? – шепчет Костя, обжигая горячим дыханием висок.

– С трудом, – хихикаю я.

– Я сделаю все, чтобы ты поверила…

Эпилог

Весна.

– Вёська, ты как? Надеюсь, не превратишь мое торжество в квест? – улыбается Танюшка, поправляя фату.

– Нет, конечно, – убеждаю ее я, поглаживая живот, похожий на большой арбуз. – Мне еще целую неделю ходить.

Танюшка познакомилась на нашей с Костиком свадьбе с подполковником Сергеем Чернышем. Серьезный мужчина, вдовец, он сразу привлек внимание Татьяны. Ее не испугали служебная квартира и чужая дочка… А сегодня у них свадьба… Танюшка крутится перед зеркалом, поправляя прическу, припудриваясь, оглаживая слегка наметившийся животик. В уборную то и дело заглядывает ее падчерица – двенадцатилетняя Сашенька.

– Ну смотри, Весна. Если что-то почувствуешь, я не обижусь. Ты сумку приготовила? Карта беременной женщины с тобой?

– Да не волнуйся ты обо мне, – смеюсь, пытаясь обнять подругу. С таким-то пузом сделать это довольно сложно. – Тебе вон самой рожать скоро.

Духин не ошибся – мы ждем девчонку. По прогнозам врачей, родить я могу в любой день – беременность доношенная, девочка крупная. Вот и приходится таскать с собой медкарту и небольшой рюкзачок с вещами. Строгий Валерий Павлович бурчал и отговаривал меня от похода на свадьбу.

«Громкая музыка, загородный ресторан. Не выдумывай, Вёська! Как «скорая» к тебе приедет, если роды начнутся?» Однако, Духин, напротив, настоял на моем присутствии на свадьбе подруги.

«Когда еще удастся выбраться, Вёсенка? Родишь и засядешь дома с пелёнками и распашонками».

Танюшка отказалась от традиционной незамужней подружки невесты, выбрав в качестве помощницы меня. Представляете подружку с огромным пузом? Но… Таня отмела все мои отмазки.

«У меня больше нет подруг, Весна. Не хочу делить свою радость с кем-то чужим», – объяснила она свое решение.

Колкие снежинки царапают стекло, подъезжающие машины давят мягкую снежную кашу, в небе плывут серые, словно взбитые в пену облака. Танюшка хотела дождаться лета, но Сергей настоял на регистрации. Все-таки у них в семье тоже скоро наступит пополнение. Так и живем… То одни женятся и рожают, то другие… Лето сменяется плачущей осенью, снежной суровой зимой, а потом и весной, дарящей надежду. Так и жизнь – она не может быть всегда «летом». Мы меняемся, растем внутренне, становимся лучше или хуже – тут уж как кому повезет.

– Вот где ты прячешься? – дверь осторожно приоткрывает Духин.

– Духин, это, вообще-то, женский туалет! – смеется Танюшка. – Вам там скучно, что ли?

– Без дам всегда скучно, – Костя изображает на лице тоску. – Вёська, идем танцевать?

Зал гудит от громкой музыки. Гости переговариваются за столами, официанты носят подносы с горячим, воздух тяжелеет от ароматов жареного мяса, красного вина и женского парфюма.

– Я бы перекусила, – отвечаю со вздохом.

– А танец? – расстроенно протягивает Костик.

– А как ты меня обнимать будешь, Духин? Ты об этом подумал?

Костя смеется. Тянет меня к столику и помогает присесть. Верите, я влезла в свое «добеременное» платье – трикотаж удачно растянулся по телу, сделав меня похожей на эскимо – круглый живот и две тоненькие ножки.

– Кушай, Весна, – ласково произносит Духин, подкладывая в мою тарелку салат. – Родишь Марту и начнутся эти дурацкие диеты кормящих матерей.

– Много ты про это знаешь, – фыркаю, отправляя в рот щедрую порцию оливье.

– У меня хорошая новость, Вёська. Хотел не говорить, но…

– Но… Духин, ты, как обычно. Сегодня же свадьба у твоего сослуживца. Не мог потерпеть до завтра? – запиваю еду соком, сверля Духина взглядом. Если уж он что-то задумал…

– Банк одобрил ипотеку. Я выбрал для нашей семьи дом, Весна. Хотел тебе сюрприз сделать, думал, родишь, потом вместе поедем и неспешно выберем, но…

– Прямо уже купил? – округляю глаза. – А папа небось с тобой заодно? – поджимаю губы и прищуриваюсь.

– Конечно. Куда же я без Валерия Павловича? Он теперь мне отчим! – смеется Костик.

Да-да, вы правильно подумали – мой строгий генерал Завьялов ухаживает за моей свекровью. А почему нет? Люди они свободные, да и много времени стали проводить вместе. Папуля возит Алешку на карате, Анна Витальевна в бассейн.

– Рассказывай, – милостиво разрешаю я. – Или уже показывай?

– Мы вчера ездили с Валерием Павловичем смотреть дом. Взгляни, – Костя касается экрана смартфона пальцами и листает фото. – Сто пятьдесят квадратных метров, четыре комнаты, чистовая отделка. Посмотри, какой кирпич – как будто в печи обожженный, почти оранжевый. И крыша добротная, и котел. Валерий Павлович одобрил. Ну как тебе, Вёська?

Черт… От салата, сока или сюрпризов Костика потягивает спину… Боль разливается так быстро, что я не успеваю охнуть. Малышка активно толкается, а сердце клокочет в груди, как заполошное.

– Шикарный дом, – выдавливаю, чуть дыша. – И деревья на участке пышные и высокие.

– Весна, что-то не так? – взволнованно произносит муж. – Ты побледнела. Скажи, чем помочь?

– Отведи меня в туалет. Мне надо умыться.

Духин поддерживает меня за талию, помогая встать. Мы медленно бредем сквозь танцующую толпу. В атмосферу всеобщего веселья, танцев и беззаботности врывается ослепительная боль. Поясницу скручивает спазмом, в ушах ревет пульс. А по ногам… течет.

– Костя, по-моему, начинаются роды, – издаю жалобный всхлип.

Духин застывает на месте. Обводит нечитаемым взглядом банкетный зал, словно раздумывает, что делать в первую очередь?

– Майор Духин, отомри уже! Что делать будем? Скорую вызывать или поедем в роддом сами?

– Секунду, Вёська, – важничает он. – Просто у меня…это впервые. Ты как вообще? Не хочу показаться глупым, но… Ты потерпишь? Или… мне здесь организовать родильный зал? Мы всё-таки в сорока километрах от города…

– Духин, рожу и убью тебя своими руками, – шиплю, опираясь на его плечи. – Бросай все и вези меня в роддом! Не могу я терпеть! Но и здесь рожать не буду!

– Понял, Вёсь! Проблема в том, что я уже выпил. Таня! – кричит он, завидев Танюшку и Сергея.

Костя укладывает меня на диванчик в коридоре, сует под ноги подушку и, клюнув поцелуем в щеку, убегает. Эх, прав был папуля – надо было дома оставаться. Сидеть в тепленькой комнате и вышивать покрывало для Марты. А я глупая понадеялась на удачу… Глажу напряженный, как барабан