Ник и другие я - Татьяна Лаас

Жердь наперегонки скидывали ей компромат на мужа. Он двигался то плавно, то дико и быстро, со всей страстью отдаваясь музыке, так что Ник даже решила, что, может, и ревновать пора, особенно когда зазвучали медленные ритмы танго. Да, ревновать сразу ко всем девчонкам из обслуги, из техников, из мед и бух секторов… Лин, выполняя поручение Ник, видимо, решил перетанцевать со всеми девчонками и не только – бухсектор в Управлении был довольно пожилой, но все же танцующий.

Парни всегда веселились, как последний раз – привыкли жить на острие, и праздновали так же – шумно, вызывающе, открыто. И все это показывали сейчас Ник по элтелу. И алкоголь, текущий рекой, и травку, кошачью мяту, в шутку подкинутую Лину в еду, и танцы… Утро у парней будет дикое – вот нельзя настолько отрываться. Чревато последствиями даже для оборотней.

Каааак Лин вел за собой толпу в змейке… Зажигательно, ярко, самозабвенно. Эта высоко, победно поднятая рука со сжатыми в кулак пальцами, эти затейливые, внезапные выпады ног, эти завораживающие движения эээ бедрами (пусть будут бедра, а не то, что на самом деле)… Лину отчаянно шла белая облегающая сорочка и черные, классические брюки, жаль, что он предпочитал обычно уличный стиль… Ник вздыхала, чуть-чуть ревновала, наслаждалась зрелищем и болтала по элтелу сразу со всеми Седьмыми, и Лином отдельно.

Его, кстати, постоянно ловили между танцами, поздравляли, обнимали, некоторые даже целовали – знали, что жена не оборотень и чужой аромат проигнорирует. Кажется, оборотницы признали-таки Лина ценным трофеем и вышли на тропу войны – для них какая-то человечка, пусть и бывший ловец, препятствием не считалась. Ник даже жаль стало девчонок, хотя… Нет, призналась самой себе Ник. Чушь это, жалеть вышедших на охоту на чужого мужа. А вот Лина хотелось обнять и утешить, несмотря на его яркую, открытую улыбку – ему, наверняка, сейчас противно: годами для оборотниц был лишь тенью. Как же, якобы омега.

«Малыш?»

«Уммм?» – Ник запихала в рот последний кусок торта – последний, который влезал в неё, а не последний из торта – там еще два яруса нетронутыми оставались. Диего сыто сопел в кювезе.

Лин рассмеялся:

«Это адресовалось мне или..?»

«Это я торту, а ты танцуй, танцуй, потом дома обсудим – надо ли так плотно прижиматься к партнерше!».

«Это бачата, малыш, её иначе не танцуют!».

Он поймал руку партнерши, завел её себе за спину и заставил девушку крепко обнять себя за шею.

«Бачата, значит…» – ядовито сказала Ник. Утес где-то довольно хохотнул в общем чате элтела.

«Бачата», – со смешком подтвердил Лин, а Ник подумала, что из-за её роста она так никогда не сможет танцевать с Лином – ей просто не хватит длины руки, чтобы так непринужденно обнять мужа. Ну, все, ревность, действительно, подъехала – уж в танцах Ник считала, что ей равных нет, Жердь не раз это утверждал… Ну всё, в этот Хогуэрас она точно примет участие в танцевальном марафоне!

На улице внезапно разбила тихий шорох ночного дождя сирена патрульной машины. Ник отставила в сторону пустую тарелку и прислушалась. Сирена больше не повторялась, уносясь куда-то к набережной.

За бачатой заиграли современные ритмы, и пару Лину составила одна из оборотниц. Ник прикусила губу – кажется, это была Бланка, девушка Утеса. Вот всем хорош Рик, но крутить сразу с тремя – все же перебор.

Бланка в танце была яркая и живая, как ртуть. Кажется, Рик все же приревновал – внезапно ракурс поменялся, сейчас картинку передавал Жердь. Он смирно сидел в баре с Энн, попивая что-то безалкогольное – таким дурдомом, как вечеринка по случаю рождения Диего, управлять на пьяную голову сложно. Рядом сидели, цедя кровь, новообращённые вампиры – девушки их привычно игнорировали. А ведь симпатичные парни – местные девчонки еще пожалеют и не раз, когда парни получат свободу от крови…

За окном больницы снова проревела сирена, и это отнюдь был не сигнал «Скорой помощи». Ник встала с кровати и подошла к окну – кажется, в городе что-то происходило. Хотя по виду вечеринки и не скажешь – большинство парней из Ночных отрядов уже ушли, но тот же Второй отряд, сегодня выходной, продолжал веселиться – Ворон, капитан Второго, зачем-то залез в одну из клеток для танцовщиц. М-да, кто-то явно перебрал, а ведь вампир, вроде бы.

Заиграла медленная композиция, Лин в очередной раз сменил партнершу – Ник нахмурилась, вернувшись в постель – все равно из окна больницы ничего не рассмотреть, кругом вставали небоскребы. С этой бесцветной человеческой девушкой Лин уже танцевал в самом начале вечера. То ли девушки закончились, то ли… Патрульная машина вновь пронеслась по улице – больница святой Лалии находилась почти в центре города. То ли одна наглая лигрова морда вместе с парнями Седьмого водит Ник за нос.

«Веселишься, Лин?»

«Ага, малыш… Может, мне уже домой пора, а?»

«Веселись!» – мрачно сказала Ник. Ей было интересно, как парни дальше собираются выкручиваться? И почему сейчас-то её надо обманывать? Она уже не беременна, её уже не надо оберегать, но неееет, будут лгать в глаза просто потому, что привыкли её не волновать. Зла на Лина и парней не хватало! В городе явно что-то происходило, они там веселились, а ей выдавали красивую картинку вечеринки… Ага! Наверняка ведь веселились уже в ультрах на службе.

В соседние клетки рядом с Вороном забрались в хлам пьяные Утес и Парра. Почему-то в шляпах. Одна еще и в Ворона полетела. Тот её поймал и резко надел себе на голову. Заиграло что-то томное, и парни в клетках под всеобщий восхищенный женский крик прогнулись в талии назад, выполняя явно что-то из стрип-пластики. Их руки почти синхронно скользнули по груди, распахивая рубашки.

«Во дают!» – не сдержалась Ник, когда музыка резко сменила темп – парни принялись делать резкие выпады эээ…. Ну да, бедрами. И тем, что чуть выше бедер.

«Ага!» – как-то кисло согласился Лин.

«Веселись!» – рассмеялась Ник, наблюдая, как парни замерли на миг, а потом заиграли застежками ремней, провокационно проводя ладонями по молнии на штанах. Кажется, им налили слишком много, сразу всем трем.

«Пожалуй, это тебе надо веселиться – танцуют-то для тебя, малыш!»

«Ого!»

«Ага! Рекомендую наблюдать за Лексом – у него потрясающая пластика.»

«Потрясающая что?!» – не удержалась от вопроса Ник.

«Пластика и грация. А что?»

«Мне уже бояться за