Наперегонки с ветром. Буря - Лера Виннер

Темная, почти черная струйка потекла вниз по подбородку, и это было недвусмысленным сигналом, прямым предупреждением о том, что этому телу придётся плохо, если я не остановлюсь.

Многие из них любили пугать этим, требовать, чтобы их оставили в покое, если не безразлично, что станет с человеком, чье тело они заняли.

Вот только Альфреда Готтиннса никогда не было. Сущность, воплотившаяся в этом мире через Райана и Матильду, ни секунды не была человеком, несмотря на внешнее сходство. Но оно не знало о том, что я смогу отличить.

— Скажи мне, кто новый Хозяин Фьельдена.

Во второй раз я уже не спросила, а приказала.

Таким как он, — или оно, — была дорога возможность ходить среди людей, добровольно то, что называлось Альфредом, ею бы не пожертвовало.

Однако крови стало только больше. Теперь она стекала с губ, сочилась из уголков рта, хотя я держала недостаточно сильно для этого.

— Назови имя.

Это могло бы указать нам направление для поиска, но Альфред дёрнулся.

Зная, что это бесполезно, он забился в моём захвате, глупо взмахнул ногами над землёй.

Ещё один частый трюк — заставить того, кто взял над ними власть, испугаться.

Я видела это неоднократно, но сейчас что-то определённо шло не так.

Оно пыталось вырваться.

Бессмысленно, без жалости к себе, но рвалось прочь, потому что обязано было отвечать, но не могло себя заставить.

Я немного сжала пальцы, чтобы придушить сильнее, — не до конца, просто утихомирить.

Альфред дёрнулся, а потом кулем кухней на землю.

Это могло означать только одно, но я всё равно помедлила, прежде чем подошла ближе

Кровь стучала в висках, пульсировала в затылке. Мне было хорошо и жутко одновременно, а младший Готтиннса лежал, подогнув под себя ногу и неестественно вывернув шею.

Я приблизилась с осторожностью, готовая к тому, что он в любой момент может подняться и даже такой, изломанный, неловкий, наброситься на меня снова, но опасения эти были напрасны.

Альфред Готтингс был мёртв.

Глава 12

— Нечистый же побери!.. — убедившись в том, что для Альфреда все действительно кончилось, я выпрямилась и с досадой пнула его бедро мыском ботинка.

Младший Готтингс нужен был мне в качестве как минимум свидетеля.

Как максимум — в качестве предмета для обсуждения с мэром.

Однако тело лежало бездыханным и выглядело не лучшим образом. Даже при всем желании нельзя было предположить, что бедолага просто подвернул ногу во время прогулки и неудачно упал — шея осталась неестественно вывернутой, из приоткрытого рта все еще стекала кровь, а на запястье красовался большой ожог в форме моей ладони.

Последнего точно не должно было быть, но если Альфред не был человеком, такие сильные повреждения были объяснимы.

Оглядевшись вокруг, я обнаружила, что лес притих и стало уже совсем темно, как будто толстые ветки заслонили остатки света.

Мой плащ валялся в трех шагах, и, натягивая его на ходу, я пошла обратно к городу.

Час был еще не поздний, и на то, чтобы разобраться со всем этим в моем распоряжении была целая ночь.

Если он, — или оно, — сказал правду, в лес никто из местных до утра не сунется.

Земля под ногами продолжала едва ощутимо гудеть, зато в теле собственном я чувствовала почти забытую легкость.

Историю о том, что я не собиралась убивать Альфреда, он просто дернулся слишком отчаянно и неудачно, можно было и стоило приберечь для отчета, если не письменного, то устного.

Ее даже можно было попробовать рассказать Кайлу, чтобы объяснить всё, не вдаваясь в подробности.

Но правда состояла в том, что мне хотелось это сделать — не потому что он угрожал лично мне, и не для того, чтобы сбросить накопившееся напряжение таким образом или убедиться в том, что мои возможности не изменились.

Прикончить Альфреда хотелось от омерзения, от того, что я совершенно точно не была первой, кто, по его мнению, должен был оплатить благосклонность Хозяина.

Такое, как он, было просто лишним и не заслуживало права ходить среди людей.

Дыхание срывалось, пальцы подрагивали, но мне всё равно было лучше, чем за все последние дни, если не недели.

Ветер в лесу был легким и лишь чуть шевелил листву, и дышалось при нам хорошо и свободно.

В какой-то момент мне даже показалось, что я начинаю его обгонять, а потом я остановилась.

По моим подсчётам, прошло не меньше четверти часа, и за это время я уже должна была добраться до дороги, но дороги не было.

Были только деревья и запах сырости, и первая ночная прохлада.

Оглядевшись по сторонам, я всё же обернулась.

Поляны, на которой я оставила мёртвого Альфреда, не было тоже, как не было вокруг и ничего, что показалось бы знакомым.

Даже такой густой и старый лес не мог быть одинаковым.

Особенно такой.

И заблудиться в нём я точноне могла.

Земля загудела сильнее, и в очередном дуновении ветра мне послышались голоса.

Они шептали, смеялись и ворчали недовольно, — с приходом ночи тут всё оживало, сбрасывали морок, который проходил днём.

Стоя среди деревьев и прислушиваясь к лесу, я понимала, насколько он удивителен и как сильно, оказывается, устала я сама.

То ли восприятие обманывало, то ли время, показавшееся мне четвертью часа, тянулось много дольше. Как будто я шла целую вечность.

Смех тем временем стал отчётливее, а в спину ввинтился пристальный взгляд.

Я знала, что никого не увижу, даже если обернусь, как знала и причину такого внимания.

Смогу или нет?

Лес позволил мне убить на своей территории.

Теперь ему предстояло решить, стою ли я того, чтобы меня отпустить.

Над головой закричала незнакомым голосом ночная птица, ветки ближайшей ели качнулись.

Меня передёрнуло, как если бы до меня уже попытались дотронуться, а сердце забилось чаще.

Нужно было сделать глубокий вдох.

Медленно выдохнуть.

Выбившиеся из причёски волосы полезли в лицо, и ото всего этого в совокупности должно было стать страшно.

Я посмотрела на густую траву и мох под ногами, а потом подняла голову.

— Мне нужно домой.

У меня был только один шанс произнести это правильно — не как просьбу, тем более не как мольбу.

Как простую, очевидную и неоспоримую истину: мне требовалась была дорога.

Это слово, — «дом» — вдруг отдалось странным теплом в животе. Как бы там ни было, сейчас там был Кайл, и я не могла пропасть просто так.

Лес шевельнулся.

Краем глаза я заметила, как пространство вокруг меня сдвинулось,