Громкий развод - Анастасия Ридд

— Дима, подожди, отдышусь, — доносится до меня знакомый слащавый голос.

— Давай, милая, я помогу. Присядь, — командует он. — Эльза, назови фамилию врача.

— Краснова, — отзывается она. — Она принимает на втором этаже.

Я осторожно выглядываю из кабинета, чтобы раньше времени не быть замеченным сладкой парочкой. Медсестра не обращает на меня внимания, девушка заполняет какие-то бумажки. Тем временем, Дима с Эльзой подходят к лифту. Как раз в тот момент, когда разъезжаются двери кабины, я оказываюсь рядом.

— Доброе утро, будущие родители, — язвительным тоном бросаю им в спину. — Как настроение?

Они синхронно оборачиваются, и на их лицах застывает одинаковое выражение — изумление, которое быстро сменяется осознанием, что их поймали с поличным. Пока Эльза и Дима приходят в себя, я вхожу в лифт и нажимаю кнопку второго этажа. Двери закрываются, и кабина приходит в движение, через пять секунд останавливаясь.

— Прошу, — пропускаю вперед оторопевшую Эльзу и хмурого Диму, а затем выхожу сам. — Может, хоть поздороваетесь? Или так и будем молчать?

— А что ты хочешь услышать? — брат подает голос.

— Все. Я хочу услышать все, — прищуриваюсь я.

— Мне нужно на прием, — тоненьким голоском произносит Эльза и стучит в дверь кабинета.

— Мы подождем тебя здесь. Диме теперь торопиться некуда, — говорю совершенно серьезно.

Девушка скрывается в кабинете у врача, а мы с братом останемся наедине. На удивление, на этаже в коридоре находится всего пять человек — мы с Димой и еще три женщины у самого дальнего кабинета. Поэтому наша беседа останется сугубо конфиденциальной.

— Что значат твои слова? — тихо спрашивает он. — О том, что мне некуда торопиться.

— Это значит, что ты безработный человек. Вход в офис с этого дня для тебя закрыт, — смотрю на него в упор.

— Это из-за Эльзы? — Дима делает удивленное лицо.

— Дим, — я опускаю ладонь на его плечо, чуть сдавливая его. — Оставь актерские таланты Эльзе. Все ты отлично понимаешь.

— Дан, я не понимаю, — хмурится Дима.

— Хорошо. Тогда давай как в детстве. Я тебе попробую объяснить, — я набираю в легкие побольше воздуха. — Давай сначала. И без вранья. От кого беременна Эльза?

Дима смотрит на меня в упор и молчит. Я вижу по глазам, что он ищет пути отступления, которых уже нет.

— В твоем взгляде кроется ответ, — продолжаю я, убирая руку от его шеи. — Знаешь, я бы хотел услышать от тебя хоть что-то. Ты же мастер переговоров. Так построй со мной диалог.

— Я отец ее ребенка, — он опускается на скамейку, расположенную напротив кабинета врача.

— Отлично. В конце тоннеля наконец-то начал виднеться свет, а я уж подумал, что все — так и поедем в темноте, — одобрительно киваю, устраиваясь рядом. — Эльза на всю страну заявила, что отец ребенка я. При том, что я с ней даже не спал. Как ты это объяснишь?

— Это вышло случайно.

— Дим, это самое нелепое, что я слышал за последнее время, — нервно усмехнувшись, хватаю его за грудки. — Вы сделали все, чтобы разрушить мой брак. А ты попытался развалить компанию, которую я создавал долгие годы. А теперь скажи мне, братец, что именно вышло случайно?

— Да, я не стану отрицать, что хотел отхватить себе кусок, но я не собирался ничего разрушать, — выкрикивает Дима, но вовремя приходит в себя и сбавляет тон. — А с Эльзой действительно вышло случайно. Еще раз повторюсь: никто не собирался разрушать твой брак с Аделиной, нужно лишь было сместить фокус твоего внимания.

— И попытаться обанкротить меня? — я резко отпускаю его.

— Нет, — хрипло произносит Дима.

— Вы двое выставили мою личную жизнь на потеху публике. Ты вообще представляешь, сколько еще времени это будут полоскать? Моя репутация пострадала настолько, что мне еще лет пять придется обелять ее. Я еще не говорю о Лине, — резко выдыхаю. — Ее жизнь и вовсе оказалась…

Я замолкаю. Нет никакого смысла распинаться перед этим мерзавцем, объяснять ему что-то.

— Я тебя устроил к себе, дал хорошую работу, зарплату, планировал повышение, — незаметно повышаю голос, — но тебе этого было мало. Кем бы ты стал, если бы не я? Ты забыл как на последних курсах университета я вытаскивал тебя из притонов?

— Я не просил тебя это делать, — выплевывает младший брат.

— Ты же мать на тот свет чуть не отправил, — сцепив зубы, говорю я. — И это твоя благодарность? Разрушить мою жизнь?

— Никчемный младший брат, — язвительно усмехается. — Ты всегда был любимчиком отца. Все важные вопросы он обсуждал только с тобой. На меня же не обращал никакого внимания. Чего ты ждал, Дан? Что я всю жизнь буду пресмыкаться перед тобой?

Ну наконец-то мой братец показал свое истинное лицо. Если у меня и была капля сострадания в отношении него, то последние слова ее осушили. Невозможно исправить человека, который сам выбрал путь в никуда. Как и помочь ему, если он сам того не желает.

В этот момент из кабинета выходит Эльза. На ее лице отражается замешательство, которое при взгляде на Диму и вовсе сменяется отчаянием.

— Послушаем твою версию, — гневно зыркаю на бывшую подругу. — Кто отец ребенка?

— Богдан, мы можем поговорить в другом месте? — тихо говорит она, оглядываясь по сторонам.

— Нет. Говорить с тобой мне незачем, — рявкаю я, намеренно повышая голос и привлекая внимание тех немногих пациентов, которые находятся на этаже. — Кто отец ребенка?

— Дима, — испуганно шепчет она.

— Ты избалованная стерва, у которой нет ничего святого, — я поднимаюсь с места. — Какого черта ты солгала, что я с тобой спал?

— Прости, Богдан, — она выдавливает из себя несколько слезинок.

— На выход. Оба, — киваю в сторону лифта.

Эльза с Димой не спорят, делают то, что я говорю. Я же едва сдерживаюсь, чтобы не заехать кулаком в нос своему непутевому братцу.

Отец растил нас одинаково. Со мной говорил на более серьезные тема, поскольку я был старше. Мне были интересны его дела, Дима же наоборот жил в чате удовольствие, наплевав на мнение других. Даже самых близких.

На улицу мы выходим все вместе. К счастью, мои проверенные