Отвергнутая жена дракона. Второй шанс для попаданки - Чинара

— Нет. — я сделала еще шаг назад и затравленно уперлась в стену. — Я не хочу. Пожалуйста. Не заставляй меня.

Иэрон изучающе посмотрел на меня, кивнул и отступил.

— Принести тебе что-нибудь выпить?

— Нет. — выдавила я. — Если честно… я… устала… и хотела бы побыть одна.

Он пронзил меня нечитаемым взглядом, от которого по спине побежали холодные мурашки. Все драконы — страшные существа. Они упрямы и не переносят отказов. Но Иэрон больше ничего не сказал. Он лишь кивнул и удалился.

Из тяжелого сна-забытья меня вырвали звуки. Не открывая глаз, я, словно превратившись в слух, проскользнула сознанием на первый этаж и услышала, как дом наполняется гостями, как они шумят и смеются, как по стенам разносится музыка.

А затем… тяжёлые шаги по лестнице. По коридору. И прямо к моей двери. Они стучались в ритм моего сердца.

Дверь распахнулась. Я резко села, встретившись взглядом с Иэроном.

Первым в голову пришла мысль, что выражение его лица сильно отличается от того, которое я видела на той свадьбе.

Тогда он выглядел довольно… счастливым.

А сейчас…

«Обнять!» — совершенно нелепо потребовало безумие. И я едва удержалась, чтобы не вскочить и не кинуться к нему.

Слегка обалдела от своего порыва.

— Почему ты до сих пор не спустилась? — вопрос холодным ветром коснулся кожи. И это был даже не вопрос. Требование.

Я поднялась. Этот тон не понравился ни мне, ни моей шизофрении.

Неспешно подошла к кровати, на которой все еще валялось то, что когда-то было платьем.

— Потому что платье, которое я собиралась надеть, уничтожено. — спокойно произнесла я, поднимая обрывки ткани. — А это значит…

Не успела договорить. Рядом с Иэроном возникла Алдея. Театрально ахнула, закрыв рот руками, и ошарашила меня совсем нелепыми словами:

— Милая Несси, ты все же снова это сделала? Но зачем? Разве ты не хотела прийти и поддержать нас…

Так, все, с меня хватит.

По спине пробежал жар.

— Если случайно порвала платье, то надень другое. — отрезал Иэрон. — У тебя полно других нарядов, Ванесса. Ты обещала, что не будешь больше устраивать подобных сцен.

Память резко открылась, и я осознала, что предыдущая хозяйка действительно пару раз портила таким вот образом свои наряды, чтобы потом отказаться идти с мужем на тот или иной прием… И все было сделано по наставлению одной-единственной дорогой подруги…

— Не сердись, любимый. У Несси просто такой… характер, — примирительно сказала Алдея.

Я опешила окончательно.

Она издевается? У нее совсем нет совести?

«Сжечь!»

Кончики пальцев закололо.

— Несси, милая моя, может, я помогу тебе выбрать новое платье? — пропела будущая вторая жена не-моего мужа, словно я была маленькой девочкой.

Наверняка, у каждого человека имеется свой предел терпения. И, кажется, я достигла своего. Шизофрения бурлила, подталкивая к безумным поступкам. Я была почти готова шагнуть к радикальным мерам, как внезапно на меня накатил страх — страх обжечь себя. Каким-то чудом я взяла себя в руки. Приказала безумию успокоиться. Еще не хватало получить ожог из-за идиотизма ситуации.

«Мы не получим ожог!» — фыркнуло второе я. Но доверять своей шизофрении — значит усугубить помешательство.

— Сейчас я прикажу принести одно из моих платьев! Оно тебе точно подойдёт! Оно такое…

— Прошу вас обоих покинуть мою комнату, — ледяным тоном оборвала ее я.

— Но, Несси…

— Немедленно.

— Несси, я же хочу помочь и…

— Хватит! — прорычал Иэрон Алдее, тогда как его взгляд обжигал меня, словно пламя. — Ванесса, никто не станет тебя уговаривать, как раньше. Я полагал, что ты изменилась. Мне показалось, что… Но, видимо, я снова ошибся.

Он быстро вышел, хлопнув дверью. Алдея стрелой метнулась за ним.

Я вернулась в кресло. Села и обмякла. Было чудовищно противно. И горько. Как никогда раньше.

Но больше всего меня пронзила жалость к своему «второму я», которое обиженно фыркало и сопело. Наверное, это плохой знак, когда хочется утешить собственное безумие, но я ничего не могла с собой поделать.

«Хотеть праздник…» — капризно ворчало оно. — «Танцевать и сиять…»

Я как-то внутренне его обняла и бесцельно уставилась в окно.

Звуки чужого праздника с каждой минутой становились все отчетливее. Но они будто отскакивали от меня. Не долетали.

Через какое-то время Салли робко постучалась. Она сообщила, что почти все гости прибыли. Служанка предусмотрительно принесла поднос с несколькими сэндвичами, зная, что я пропустила обед. А еще через пару минут в комнату вошла другая служанка.

— Госпожа Лэйот просила передать вам. — произнесла темноволосая девушка и, водрузив на кровать рядом с ошметками ткани новое платье, быстро покинула комнату.

Мне даже не нужно было подходить, чтобы оценить богатство наряда. Все идеально соответствовало кричащему стилю Ванессы. Нечто ярко-сиреневое, с бесчисленными рюшами и огромным количеством кристаллов на подоле.

А главное — с открытыми плечами. Видимо, чтобы я порадовала гостей не только килограммами ослепляющего блеска, но еще и шрамами на руках и шее. Очень мило. И невероятно предусмотрительно.

Я поднялась и медленно подошла к кровати. Посмотрела на платье. Усмехнулась.

Наконец, последний слой искажающей пелены спал с глаз. Я всё поняла. Возможно, слишком поздно, но зато истина предстала передо мной во всей своей изогнутой мерзости. И от этого понимания кровь закипела в жилах.

Меня действительно хотели видеть на празднике. Но не саму по себе, а в определённом образе, в определённой роли. В роли посмешища, безвкусной и отвергнутой покалеченной жены, которая лишь оттеняет великолепие новой супруги, Алдеи.

Диана тоже так поступала. Часто. Слишком часто. Но я никогда не хотела видеть правду. Мне нравилось жить в сахарном обмане.

— Оно красивое… — восхищённо прошептала Салли и, судя по всему, она действительно в это верила.

«Мы будем сиять!» — непреклонно заявила моя гораздо более уверенная в себе сторона. И мне показалось, что я всю жизнь ждала в себе этой уверенности. Ждала, что когда-нибудь смогу вот так дерзко это произнести.

— Что ж, раз ты так отчаянно настаиваешь… — прошептала я.

— Что, госпожа? — переспросила Салли.

— Поможешь мне собраться? — приняв твердое решение, с улыбкой спросила я.

Глава 32. Выход в свет

Стоило мне переступить порог своей комнаты, как шум торжества хлынул на меня бурным потоком. В душе клубились противоречивые чувства: предвкушение, любопытство, волнение…

Но одно я знала точно — моя шизофрения радостно предвкушала грядущий триумф.

А вот я все же чувствовала некоторую скованность. Если честно, уверенности во мне было не так уж и много. Скорее, наоборот — тело покрывал тонкий