Боевая невеста для… Эй, эльф, ты куда? - Элис Айт

Дурнота накатила резко, так что я покачнулась на пороге и схватилась за дверной косяк, тут же притворившись, что всего лишь споткнулась. От внимания Элента это не укрылось. Сыграв роль телохранителя, он вернулся ко мне и шепотом спросил:

– В чем дело?

Я оглянулась на фомора, не спускавшего с нас глаз. Или, точнее, глаза и артефакта. Насколько хорошо это чудо-юдо слышит с такими длинными ушами?

– Здесь что-то не так.

– Конечно, это же лавка магических диковинок.

– Нет, я не про то, – я поморщилась, не зная, как объяснить свои смутные ощущения. – Мне кажется, где-то рядом может работать портал.

Эльф изогнул тонкую бровь и ничего не ответил. Наверное, не поверил. Да и с чего бы? Я не маг и колдовских приблудах не разбираюсь. Вдруг это вообще так проявляется аллергия на фомора? У некоторых от котов всё чешется, а меня, может, от рыболюдей мутит, и я не подозревала об этом до сих пор, потому что никогда их не встречала.

Но не получалось отмахнуться от одной мысли – прихватило меня ровно в момент перешагивания через порог. Каждый волшебный предмет обладал определенной аурой, которую не мог увидеть обычный человек и которую легко улавливал любой маг. Ицинь – обманщица, Бодыга об этом предупредил. Она могла наложить на дом какую-нибудь хитрую защиту, чтобы скрыть от конкурентов и чересчур дотошных посетителей, сколько у нее на самом деле артефактов, или замаскировать их. При заходе в дом защита на меня перестала действовать, вот и накатило.

Логично? Логично. Только что с этим делать, непонятно.

Поэтому я просто стояла рядом с Элентом и сдерживала рвотные позывы, пока Шано гулял по лавке туда-сюда, разглядывал всякие безделушки и перебрасывался с торговкой фразами, играя с ней в игру «Набей себе цену». Я уже начинала думать, что успею состариться, когда у них наконец дошло до дела.

– Простите, Ицинь, но это всё несерьезные вещицы, которые можно найти почти в любой лавке, – признался путевик. – Мне же рекомендовали вас как женщину, которая способна предложить редкий, по-настоящему ценный товар. Особенно для свободных магов, которые не стремятся работать в гильдиях, если вы понимаете, о чем я.

Кицунэ оперлась обеими локтями на прилавок и из-под длинных ресниц взглянула на Шано. Хвост шевельнулся, чуть приподнимая подол юбки и открывая туфли на невысоком каблучке.

– Я уже догадалась, что вы не простой посетитель. Что ж, какой товар я могу вам предложить, зависит от того, сколько вы готовы заплатить.

– Много, – твердо ответил он, пристально глядя ей в глаза. – Путевые камни дешево не стоят.

Ицинь по-кошачьи замурчала, наверняка уже вообразив горку золотых монет на своем прилавке.

– Пройдемте в следующий зал. Такой товар у меня хранится отдельно, под охранными заклятиями. Я принесу его вам, вы посмотрите на него и воочию убедитесь, что он своей цены достоин. Но лучше это сделать там, где нас не смогут прервать случайные посетители. Согласны?

– Разумеется. Ведите.

«Зал» оказался небольшой комнаткой, отделенной от главного торгового помещения простой занавеской. За ней нас встретил еще один фомор, такой же огромный и угрюмый, как первый. У этого оба глаза находились на месте, зато отсутствовало одно ухо. То ли их так потрепало в недавнем сражении с нагами, то ли это у фоморов такая национальная традиция – не иметь какой-либо части тела…

Ицинь бросила ему несколько слов на незнакомом языке и скрылась за еще одной занавеской. Шано огляделся и вальяжно устроился в причудливом вытянутом кресле, на сиденье которого лежало штук пять тоненьких подушек. Безухий фомор достал из изящного шкафчика в углу два серебряных кубка и стеклянный кувшин с красным вином. Первый кубок он поставил перед путевиком, второй – напротив, у такого же длинного кресла. Напиток, видимо, предназначался для хозяйки и ее дорогого гостя. Нам с Элентом никто ничего не предложил, даже просто присесть.

Кицунэ вернулась быстро, неся в руках два камня величиной с куриное яйцо. У них лишь одна грань была гладкой, всё остальное выглядело так, словно кусок как попало откололи от арки.

Мимика Шано снова выдала его подлинные эмоции – на лице проскользнуло разочарование. Эти камешки, на которых еле-еле помещалось по паре символов, в подметки не годились тем, что у него уже были. И совершенно точно они не имели никакого отношения к экспериментам Церестина – это видела даже я.

– Оно? – вдруг шепотом спросил эльф.

Я отрицательно покачала головой, сама толком не понимая, почему в этом так уверена. Просто откуда-то знала, что внутренности в животе перекручиваются не из-за этих осколков. Что бы ни вызывало тошноту, оно находилось в другом месте.

Лишь с большим запозданием пришла мысль: а почему Элент решил, что всё дело в каких-то кирпичах? В прошлый раз мне подурнело от уже открывшегося портала, а не от камней. Что-то, видно, эльф все-таки напутал.

– Куски доларской арки? – предположил Шано, едва на них глянув.

Торговка прищурилась.

– Вы неплохо осведомлены.

– Все свободные маги только и говорят об этом, – пожал плечами он. – Еще говорят, что арка уже была сильно разрушена, когда ее украли и окончательно разломали, так что толку от этих фрагментов немного. Тем более что, судя по целостности символов, они позволяют перенестись всего на один-единственный Путь. Этого слишком мало для моих целей. Верю, что у вас найдется предложение получше.

– Простите, господин Марн, – вкрадчиво произнесла Ицинь, – но сперва мне нужно убедиться, что вы можете подкрепить ваши запросы чем-то существенным.

Шано с непроницаемым видом засунул руку под плащ и выудил оттуда кожаный мешочек, тяжело упавший на стол. Кицунэ на миг с подозрением смотрела на мага, затем все же развязала кошелек. В свете ламп матово сверкнуло золото.

– Это, разумеется, не вся сумма, которую я могу предложить. Так сказать, это вам для оценки моих намерений.

Не спеша радоваться, Ицинь прошептала заклинание, зачем-то помахала рукой перед