Любовь и долг - Гейл Мэлин

— То, что произошло между нами, — прервала она Санчо, — касается только нас с Рафаэлем. Мне нет нужды перед вами оправдываться. Скажу лишь, что я здесь по срочному делу и должна увидеть Рафаэля немедленно.

— Если вы думаете, что я вас к нему подпущу, то ошибаетесь.

— Ваши манеры не соответствуют вашему сану, падре. Как вы смеете унижать меня! Я проделала долгий путь и поговорю с Рафаэлем, чего бы мне это ни стоило.

Она села на стул, всем своим видом демонстрируя намерение остаться.

— А теперь прошу вас приказать Рамоне принести мне лимонаду, если только вы не собираетесь вышвырнуть меня из дома насильно.

Санчо сердито сдвинул брови, но потом кивнул и, похромав к колокольчику, вызвал служанку.

— Я понимаю, что могу вам не нравиться, — уже спокойнее сказала Дезирэ, утолив жажду, — но чем скорее вы скажете, где я могу найти Рафаэля, тем скорее я уеду.

— Вы не останетесь?

— Ни на секунду дольше, чем мне потребуется, чтобы передать сообщение Рафаэлю.

— И что же это за сообщение?

— Я предпочитаю говорить с Рафаэлем или его сестрой.

— Элена в деревне. Почему вы не хотите говорить со мной?

— Уверяю вас, я не причиню зла Рафаэлю. Но моя новость крайне для него важна.

— Я вам не верю. Вы что-то замышляете.

— Ладно. Я приехала, чтобы предупредить Рафаэля о том, что власти знают, кто он, и хотят взять его в плен.

Санчо издал какой-то звериный рык и, схватив ее за локти, силой поднял со стула.

— Это ты его предала, а? Ты?

— Это было ошибкой. Я хочу ее исправить.

— Лгунья! — Санчо грубо встряхнул ее. — Ты приехала сюда, чтобы заманить его в ловушку, но…

— Отпусти ее! — Громовой голос прервал крик Санчо, который тут же повиновался. — Отпусти ее, кузен. Я сам разберусь. — Санчо неохотно повиновался. — Зачем ты вернулась, Дезирэ? — холодно спросил Рафаэль.

— Я приехала предупредить тебя, что майор Эврард находится на пути в Каса-дель-Агилу. Он знает, кто ты.

— Полагаю, это ты ему сказала? — От презрительной усмешки Рафаэля у Дезирэ по спине пробежал холодок, но она выдержала его взгляд.

— Да, я.

— Я так и предполагал.

— Главное для майора — поймать тебя, но он также намерен стереть с лица земли этот дом. Это должно стать предостережением для тех, кто вздумает бунтовать.

— Сколько у него людей?

— Точно не знаю. Достаточно.

— Не верь ей, Рафаэль. Однажды она уже предала тебя. А сейчас хочет заманить нас в сети французов.

— И как я это сделаю? — Она бросила на Санчо испепеляющий взгляд. — Свяжу его, перекину через седло и поскачу прочь? Мне все равно, что ты обо мне думаешь, — обернулась она к Рафаэлю, — но я не хочу, чтобы что-нибудь случилось с Эленой и слугами.

Она не станет говорить ему, какую боль ей причиняет сама мысль о том, что на ее совести может оказаться его смерть.

— Прошу тебя, не рискуй их жизнями. Арман наверняка идет за мной по пятам. Они скоро будут здесь.

Слава богу, кажется, он ей поверил.

— Санчо, созови слуг и скажи, что мы все уезжаем.

— Разве мы не будем драться?

— У нас мало людей, чтобы защитить дом, и я не хочу рисковать их жизнями ради бесплодной попытки. Мы скроемся в горах. Ты понял? Организуй транспорт, но не бери тяжелых подвод. Надо также предупредить Элену, чтобы в деревне приняли меры предосторожности. Если майор нас здесь не обнаружит, он захочет отыграться на крестьянах.

— Рафаэль, ты уверен, что можно ей доверять? Вдруг это ловушка?

— Ступай, друг мой. Нельзя терять ни минуты.

Оставшись наедине с Рафаэлем, Дезирэ разнервничалась.

— Почему ты передумала?

Она не стала притворяться, будто не поняла вопроса, а ответила прямо:

— Было бы нечестно воспользоваться твоим признанием, чтобы наказать тебя. — Ей хотелось объяснить ему, что она выдала его ненамеренно, что боль и уязвленная гордость стали причиной того, что она невольно подтвердила догадку Армана, но холодность Рафаэля не располагала к откровенности. — Я обязана была тебя предупредить.

— Видимо, я должен благодарить тебя, но я не могу заставить себя сделать это.

— Я и не жду благодарности и знаю, что ты вряд ли меня простишь, но, во всяком случае, я пытаюсь загладить свою вину. Я вела себя плохо, — сказала она, дрожа всем телом, — но я не хотела причинять тебе вреда. Неужели ты этого не понимаешь?

— Совсем недавно я задал тебе тот же вопрос. Я сказал, что люблю тебя, а в ответ услышал оскорбления.

Дезирэ помнила тот ужасный день. Ее вдруг охватило отчаяние от сознания того, как незаслуженно она его оскорбила. Она отвергла его любовь, и этого он ей никогда не простит.

— Возможно, мне надо было внимательно прислушаться к вашим объяснениям, Рафаэль де Веласко, но и вы виноваты. Вы сказали, что любите меня, но вы мне не доверяли…

Рыдания душили ее, и она бросилась бежать, чтобы он не заметил ее слез.

— Подожди! Ты и вправду хочешь искупить свою вину за то, что вольно или невольно натравила на нас Эврарда?

Она молча кивнула.

— Я хочу попытаться спасти кое-какие ценности. Ты бы могла помочь слугам паковать вещи.

Неужели он смягчился? Или ей это показалось? Что-то мелькнуло в его взгляде, в этом она была уверена.

Санчо был прав. Она очень его обидела. Но, может быть, они смогут остаться друзьями? Только первый шаг придется сделать ей.

— С чего начать? — деловито спросила она.

Солнце уже клонилось к закату, когда Дезирэ помогала грузить вещи на последнюю телегу.

— Мы готовы ехать. — В дверях дома появились Элена и Росита. — Все запасы продуктов, которые мы не можем взять с собой, испорчены или уничтожены.

— Двуколка ждет вас, — сказала Дезирэ.

— А вы разве с нами не поедете, сеньорита? — удивилась Росита.

— Идите, я вас догоню.

На руках Дезирэ вздулись волдыри, пот стекал по лицу, но она продолжала нагружать телегу вещами.

— Что ты делаешь, женщина? — Санчо появился из-за угла. — Пора ехать. Или ты хочешь, чтобы тебя здесь застали французы? Рафаэль не станет рисковать головой ради тебя. Он сейчас в конюшне. Вода в колодце уже отравлена.

Дезирэ, не удержавшись, бросила на Санчо возмущенный взгляд, однако ничего не сказала.

Санчо уселся на козлы, натянул поводья, и телега тронулась.

— Не стой столбом, женщина! — крикнул он Дезирэ. — Шевелись!