Украденная беременность - Соня Мишина

— Слушаю, — произнес он, подняв трубку селектора.

— Федор Андреич, тут пришла женщина. Утверждает, что она ваша жена. Пропустить?

— Она представилась?

Охранник, не прерывая связи, обратился к женщине:

— Представьтесь, пожалуйста.

— Лукьянова Светлана Леонидовна, — прозвучал приглушенно голос, который Федор без труда узнал.

— Да, это действительно моя жена. Бывшая, — сообщил он собеседнику. — Но в офисе у нас ей делать нечего, так что напомните ей, будьте добры, что по всем вопросам она должна обращаться к моему адвокату. Контакты у нее есть.

— Будет сделано, Федор Андреич. Простите за беспокойство, — охранник был человеком понятливым.

— Все нормально. Я должен был предупредить, но запамятовал, — успокоил его Федор, закончил разговор и набрал номер Терминатора, чтобы объявить начальнику СБ о своем нежелании видеть бывшую супругу в стенах компании InSecT.

Больше Лукьянова по этому вопросу никто не тревожил.

Федору так не терпелось вернуться в Михалково, чтобы провести вечер с Фифой, что он закончил все свои дела намного раньше обычного и уже в начале седьмого, воодушевленный и веселый, вышел на улицу и направился на небольшую стоянку, где его дожидался автомобиль с водителем. Вот только быстро дойти до крайслера Лукьянову было не суждено.

— Ну и куда мы так спешим, дорогой? — послышался резкий женский голос. — И где твое хваленое благородство? Как ты мог допустить, чтобы твою жену выгнали вон чуть не пинками, словно грязную побирушку?

Замечтавшийся Федор резко вернулся на грешную землю, оглянулся и обнаружил в паре метров от себя Лану. Бывшая супруга стояла по другую сторону кованой решетки, отделявшей от тротуара территорию двухэтажного здания, бывшего особняка, в котором располагался офис компании.

Светлана, как всегда, была одета с иголочки. Но в этот раз даже дорогая брендовая одежда смотрелась на ней как-то странно. Мужчина не сразу понял, в чем дело, но потом до него дошло: пальто на Светке было застегнуто не на те пуговицы. Модная шляпка сбилась набок. Тушь поплыла, помада слегка размазалась. Женщина обеими руками держалась за прутья решетки и неуверенно покачивалась на высоких тонких шпильках.

— Ты что — пьяная? — догадался и одновременно поразился Федор. Вот что-что, а алкоголь Лана раньше всегда употребляла весьма в меру.

— А что? Нельз-зя-а? — заикаясь, истерично выкрикнула Лана. — Я теперь женщина своб-бод-ная… ты мне не указ!

— Да я и раньше тебе не указ был, — радостное утреннее настроение Федора упало до уровня асфальта и с хрустальным звоном разлетелось на осколки. — Езжай домой и проспись, пока не натворила ничего такого, о чем потом будешь жалеть, — посоветовал он бывшей.

— Я об одном жалею — что тебя выб-брала… надо было еще подождать, а я за тебя замуж вышла, д-дура…

Светлана продолжала говорить громко и истерично, привлекая к себе внимание прохожих, которых в этот час было немало, и уходящих с работы сотрудников.

— Пошли, — Лукьянов указал на ворота в ограде, — отвезу тебя домой. Как раз по дороге и поговорим.

— Ну пошли, раз пр-риглашаешь, — на губах женщины появилась пьяная довольная ухмылка. Придерживаясь за прутья забора, она неровно двинулась к выезду с территории.

Лукьянов вынул телефон, набрал номер водителя, который сегодня был за рулем:

— Буг, подъедь к воротам, подбери меня и мою бывшую супругу.

— Еду, Федор Андреич, — тут же без лишних вопросов отчеканил Буг.

В машину Федора Светлана уселась с видом торжествующей победу королевы. Это, пожалуй, смотрелось бы сильно, если бы не помятый вид и мутноватый взгляд женщины, потерявшей вдруг все свое достоинство.

— Буг, отвези нас в Медведково, на старый адрес, — распорядился Лукьянов.

— Есть, босс. Музыку?

— Включи что-нибудь ритмичное.

Зазвучала инструментальная музыка в исполнении знаменитого оркестра Rondo Veneziano. Федор в упор взглянул на Лану:

— Так зачем ты добивалась встречи?

— Чего? — нетрезво протянула женщина.

— Чего тебе надо? — упростил вопрос Лукьянов, старательно выделяя каждое слово.

— А ты как думаешь? Бросил нас с Карли… Мне его кормить нечем.

Федор достал телефон, повозился, набрал какой-то номер, с кем-то поговорил, закончил беседу и вновь обернулся к бывшей жене:

— Завтра в десять утра будь дома. Курьер доставит пару мешков корма для Карли.

Светку в тепле салона развезло еще больше, глаза ее начали закрываться. Она то и дело вздергивала падающую на грудь голову. Но эти слова на некоторое время пробудили женщину от пьяной дремы:

— З-значит, Карли будет что жрать, да? А мне что делать? Тоже собачий корм жевать?

— Для того чтобы напиться, ты денег нашла, — нахмурился недовольно Лукьянов.

— Да! И на адвоката тоже нашла! Заплатила из последних, как твой Фельдман посоветовал…

— Ну и хорошо.

Лукьянов хотел сказать что-то еще, но Лана его перебила:

— Хорошо? Хорошо?! Да этот адвокатишка ободрал меня, а потом заявил, что не сможет отсудить у тебя ни пентхаус, ни коттедж, ни фирму, ни этот твой чертов крайслер!

— Он не сможет, — устало подтвердил Федор. — Никто не сможет.

— Ты долбаный компьютерный фрик! — взвилась Светка и тут же снова осела на спинку сиденья. — А мне на что жить? С голоду подыхать?!

— Работать, Лана, работать, как все взрослые дееспособные люди.

— Так, может, возьмешь меня секретаршей, а? Кофе тебе подавать? — Федор даже не смог понять по интонациям, пытается ли Светка на него наехать или спрашивает всерьез.

— Это исключено, — ответил твердо. — Твоя квалификация не соответствует требованиям этой должности.

— Все так говорят, — пожаловалась как-то совсем беззлобно женщина. — Я уже двадцать раз на собеседования ходила… Они там вопросы задают идиотские…

— Например? — Лукьянов решил поддерживать разговор, чтобы Светка не уснула окончательно.

— Ха… земля вокруг солнца вертится или наоборот… ясно же, что солнце вокруг земли! Это ж видно!

Федор с трудом удержался от того, чтобы схватиться за голову. Он, конечно, давно понял, что его бывшая жена ни интеллектом, ни эрудицией похвастаться не может. Но ведь в школе-то она училась?!

— А еще спрашивали, кто написал полонез Огинского, — сонно зевнула Светка. — Ну я ж в музыкальной школе не училась, откуда мне знать?

Лукьянов вздохнул, покачал головой, но перебивать разоткровенничавшуюся по пьяни женщину не стал. И она выдала очередной «шедевр»:

— Потом задали вопрос про фильм… как его… где урки за золотым шлемом какого-то древнего царя бегали…