Скандальное лето - Мередит Дьюран

— Подобное поведение неприемлемо для секретаря, — твердо возразила Мейтер. — Я вам уже объясняла. Я согласилась сменить гардероб, но…

— Чепуха! Разве мы не родственницы? — Они вправду не так давно обнаружили, что состоят в отдаленном родстве; новость стала для обеих приятной неожиданность!

— Семиюродные сестры не в счет, мадам.

— И все же это что-то да значит, дорогая. В конце концов, родство не столь уж дальнее, мы без труда смог, его установить. Я полагаю, семь — прекрасная цифра.

Мейтер закатила глаза, скрытые безобразными линзами, или Лизе это лишь почудилось?

— Мадам, ваши выдающиеся математические способности достойны восхищения. — Девушка отступила на шаг. — Так я передам мадам Августиане, что она может покинуть дом, если отведенная ей комната ее не устраивает?

— О, сказано весьма свирепо. Да, и не забудьте, как сейчас, воинственно выпятить подбородок.

Мейтер улыбнулась.

— Пожалуй, я так и поступлю. — Резко повернувшись на каблуках и слегка брыкнув ногой, отчего взметнулись ее пышные юбки, она зашагала прочь. Хоть упрямица ни за что не призналась бы в этом, новое платье ей нравилось.

Глубоко вздохнув, Лиза вновь посмотрела на свое отражение в зеркале. Чего ей недоставало, так это радости жизни. Она ущипнула себя за щеки и на мгновение с губы, чтобы придать им яркость. Так-то лучше. Ей удалось изобразить более убедительную улыбку.

Расправив плечи, Лиза впорхнула в гостиную.

— А вот и она! — Тилни, лениво развалившийся на диване, проворно вскочил на ноги. Лиза сомневалась, стоит ли его приглашать — он был довольно близок с Нелло, — но победило тщеславие. Богатый холостяк, Тилни мог стать неплохой добычей для Джейн, вдобавок Лиза знала наверняка, что он станет отправлять Нелло подробные отчеты о ее поклонниках и любовных победах. Ведь она затеяла этот прием, чтобы устроить свое будущее.

— Добрый вечер, — весело проговорила она. — Как я рада вас видеть! — Она обошла комнату, здороваясь с гостями за руку и на французский манер обмениваясь поцелуями.

Вниманием Джейн завладел барон Форбс, милейший джентльмен, всегда готовый к легкому флирту. Седовласому барону уже перевалило за шестьдесят, чего он упрямо не желал признавать. Он обожал опекать хорошеньких молодых женщин, выступая в роли покровителя. Супруга смотрела сквозь пальцы на эту слабость барона, коль скоро его увлечения не угрожали прочности семейных уз.

Коротко обменявшись приветствиями с Форбсом, Лиза перешла к Найджелу Хоторну и его сестре Кэтрин. Эта вертлявая пара беседовала с баронессой Форбс. Хоторны, высокие и худощавые, с тусклыми серовато-коричневыми волосами и почти такими же темными загорелыми лицами, напоминали борзых бурого окраса: страстные яхтсмены, брат с сестрой большую часть времени проводили на солнце. Эти двое обладали редкой способностью сливаться со стенами и появляться из ниоткуда. Они использовали свой дар, чтобы подслушивать и собирать сплетни, которые потом разносили, стараясь причинить как можно больший ущерб.

Лиза не слишком им доверяла, но, будучи занимательными собеседниками, Хоторны всегда украшали компанию.

— Дорогие мои! — воскликнула Лиза.

— Великолепно выглядите, — томно протянула Кэтрин, прижимаясь щекой к щеке хозяйки в подобии поцелуя. — Я вижу, у вас появилась новая игрушка. Она кажется такой юной. Найджел не прочь позабавиться с ней. Что, если я не стану его отговаривать?

Лиза добродушно рассмеялась.

— Ваш брат слишком опасный мужчина для неискушенной девочки, делающей первые шаги в свете. Будьте милосердны, — добавила она, обращаясь к Найджелу.

— Ни за что, — отозвался тот, сверкнув зубами в ленивой усмешке.

— Ах, как печально это слышать, — заметила бароне Форбс, энергично обмахиваясь веером, так что ее полна округлая рука мерно качалась, словно маятник. Эта крупная женщина отличалась добрым нравом и широтой взглядов, к счастью для малышки Джейн (хотя растущий интерес барона Форбса к молодой вдове и вызывал у баронессы досаду). — Должна сказать, необычайно любезно с вашей стороны дать нам возможность ускользнуть из Лондона. Знаете, мой муж обычно отказывается уезжать, пока не закроется последний дом на Парк-лейн.

Барон услышал последние слова супруги.

— Я люблю оставаться летом в городе, — отозвался он, пожимая плечами.

Кэтрин и Найджел изумленно повернулись к нему.

— О, так вам по вкусу богемная жизнь, — заключила Кэтрин тоном доктора, обнаружившего у пациента заразную болезнь.

«Нет. Не смей думать о докторах». Лиза обворожительно улыбнулась.

— Я сейчас же вернусь, — пообещала она и направилась в глубину комнаты, где стояли те двое, на кого она возлагала особые надежды.

Элизабет посчитала большой удачей, что Холлистер и Уэстон держались вместе. Она не знала, насколько они дружны между собой, но опыт подсказывал ей: самый быстрый способ возбудить интерес мужчины — убедить, что у него есть соперник.

— Милорды, — заговорила она, приблизившись. — Надеюсь, ваше путешествие на край света прошло приятно?

Последовали поклоны и рукопожатия.

— Если бы в конце всех путешествий меня ожидало такое великолепное зрелище, — проговорил Холлистер, восхищенно разглядывая Лизу с головы до ног.

Уэстон прижал руку к груди.

— Холлистер — льстивый ветреник, а я человек искренний и правдивый. Заверяю вас, я с легкой душой отправился бы в Тимбукту, если б вы ждали меня там.

Лиза рассмеялась наигранным смехом, показавшимся фальшивым даже ей самой. На мгновение ее охватила паника. Неужели она разучилась притворяться? «Не глупи», — сказала она себе.

— Вы оба очень любезны, — произнесла она. Два достойных холостяка. Оба богаты и привлекательны. Впрочем, Лиза не любила блондинов, что несколько понижало акции Уэстона. Холлистер с его темными вьющимися волосами имел неоспоримое преимущество. Однако глаза их — тускло-карие у одного и мутно-зеленые у другого — не отличались красотой.

Глупости! Глаза не имели значения. Важны были лишь банковские счета. А в этом отношении оба джентльмена не знали себе равных.

— Мы говорили об Аскоте, — сказал Холлистер. — Надеюсь, вы не ошиблись, делая ставки? Уэстон уверяет, что никогда не проигрывает на бегах, но я привык не доверять тем, кто клянется в своей искренности.

— Дамы никогда не отвечают на подобные вопросы, сэр. — Лиза поставила на бегах изрядную сумму и проиграла все до последнего пенни. «Какая непростительная глупость», — с запоздалым раскаянием подумала она и обвела глазами комнату. Одна пара приглашенных отсутствовала. — А где же Санберны? — Ей не терпелось увидеть Джеймса. Он и Лидия всего неделю назад вернулись из бесконечного свадебного путешествия по Канаде. Лиза терялась в догадках: провести целый год в Канаде! Почему именно там? Куда они отправятся теперь и на какой срок? На десять лет в Сибирь?