Вуаль судьбы - Джинафер Дж. Хоффман

— После того, как ты женишься на одной из нас, — указываю я.

— До тех пор ты — законный трофей.

— Совершенно верно, — соглашается Хармони.

Она упирает руки в бедра и оглядывает Кристена с головы до ног с лукавой улыбкой.

— Честная игра во всех областях.

— Почему я вдруг завидую водяному чудовищу? — Кристен бормочет и уходит.

— Куда ты идешь? — Хармони притворно надувает губы.

— Мне нужно принять ванну, — он машет нам рукой в ответ. — У меня есть меч. Увидимся позже. Может быть.

Мы трое обмениваемся веселыми взглядами, когда он уходит.

— Он не приспособлен для леса, — говорит Сера. Она устраивается у костра.

— Верно, кому-то, вероятно, следует пойти с ним, — говорю я, пожимая плечами.

— Я не знаю, он же убил того первого зверя. Хармони садится рядом со своей сестрой.

— У него было преимущество внезапности. Кроме того, есть большая разница между глупым монстром и умным воином.

Сера берет себе немного мяса чудовища на вертеле. Она вгрызается в него.

— С ним все в порядке, — говорю я и проверяю швы.

— Это мягко сказано, — говорит Сера со вздохом вожделения.

— Я не это имела в виду, — выпаливаю я.

— Но это не делает данное утверждение менее правдивым, — поет Хармони.

Я не могу удержаться от фырканья в знак согласия.

Мы погружаемся в молчание, отдыхая у костра. Солнце стоит высоко, но ветерок холодный и свежий. Я дрожу и провожу пальцами по своим спутанным волосам.

— Мы все еще союзники?

Хармони смотрит на меня, нахмурившись.

— Наверное. Но если ты еще раз оставишь нас посреди битвы, я выслежу тебя, вздерну и выпью всю твою кровь, — небрежно говорит она, ковыряя ногти.

Я ухмыляюсь.

— Ты просто душка.

— А ты — кислозадый виноград, — Хармони откидывается на локти.

Вдалеке трубит рог. Мы все смотрим вверх, когда магия простирается по небу, ее завитки черны, как ночь.

— ЯВИТЕСЬ В ЦЕНТР АРЕНЫ, — гремит голос Тейлиса из леса. Я хмурюсь.

— Что происходит?

Хармони встает и хватает свой меч.

— Я не знаю.

— Этого не было в твоем досье? Стратегическая часть моего мозга оживает.

— Определенно нет, — говорит Сера. — Но и Наследник к нам не должен был присоединиться.

Кристен.

Мой взгляд скользит по краям крепости.

— Хватай свое оружие, — Хармони бросает пару кинжалов Сере, которая умело ловит их за рукояти.

Я беру свой, кряхтя от пульсирующей боли в боку.

— А как же Кристен?

— Я уверена, что он услышал сообщение.

Сера протискивается мимо меня, достает что-то из сумки на поясе и бросает мне.

Я хватаю маленький пузырек и разглядываю его.

— Яд?

Она фыркает.

— Целебное зелье.

Мои губы приоткрываются.

— Ты серьезно? У тебя оно было все время? Она с ухмылкой пожимает плечами.

— Я приберегала его для себя.

Я пристально смотрю на нее, когда она отворачивается, затем откручиваю пробку с бутылочки и осушаю ее. Магия щекочет мне горло, согревая внутренности, просачиваясь в вены и направляясь к инфицированной ране на бицепсе и свежей ране на торсе. Я сжимаю кулаки, пока раны затягиваются сами собой.

Я хватаю свое оружие, прикрепляю кинжалы к бедрам и засовываю меч в ножны за спиной. Затем я следую за сестрами, когда звучит второй звук рога. Магия, витающая в воздухе, щекочет мне затылок, посылая глубокий, непоколебимый холодок по спине.

Тейлис любит играть в игры.

Я вспоминаю, как говорил Кристен.

— Будьте готовы, — приказываю я Хармони и Сере. Они обмениваются настороженным взглядом.

— Что бы ни случилось дальше, — говорю я им, — это не будет легко.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Мы покидаем лес. Центр арены залит кровью после битвы первого дня. Мои ботинки оставляют глубокие бордовые следы, и я заставляю себя поднять подбородок, чтобы не чувствовать боли, эхом отдающейся в груди. Тела погибших женщин, может быть, и исчезли, но их духи остаются здесь, в воздухе витают напряжение и гнев. Как будто их души заперты в этой проклятой яме только для того, чтобы быть оправданными, когда одна из нас займет трон.

Я осматриваю опушку леса.

Появляются еще только пять женщин с оружием наготове.

Где ты?

Я ищу Кристена.

На вершине над ареной, где установлен трон, стоит Тейлис в официальном наряде. Королевский совет толпится по обе стороны от него. Они все смотрят на нас сверху вниз, как Боги. Дикая улыбка озаряет лицо Тейлиса, и мое нутро подсказывает мне бояться этой улыбки, зная, что ничего хорошего из этого никогда не выйдет.

— Что-то не так, — шепчет Хармони. Она кивает в сторону Королевского совета. — Наших родителей там нет.

Я отрываю взгляд от Тейлиса. Я не узнаю никого из членов Королевского совета и хмурюсь, когда понимаю, кого еще не хватает.

— Кайя, принцесса. Ее там тоже нет.

А где Гретта?

Зверь, туго свернувшийся в моем животе, оживает, когда я обнаруживаю, что моя подруга пропала. Я отодвигаю это на второй план. Кристен обещал, что с ней все будет в порядке. Мой взгляд возвращается к Тейлису, к его безумной улыбке.

Черт.

— И Наследника тоже, — Сера крепко держит руку на рукояти своего меча, готовая выхватить его. — Его здесь нет с нами, и он не там, наверху, с ними.

— И что это? — спрашивает Хармони. Она указывает вперед.

Мои шаги замедляются при виде массивного черного занавеса. Он волшебным образом висит сам по себе, его плотная ткань колышется, как масло.

Блядь, блядь, блядь.

Я облизываю губы.

— Я видела это раньше.

Мы останавливаемся в нескольких ярдах от занавеса, другие женщины на арене не обращают на нас внимания. Кажется, мы все пришли к безмолвному мирному соглашению — что бы ни было дальше, мы боремся с этим вместе.

Магия пульсирует от занавеса. Она прилипает к моей коже. Я с рычанием стряхиваю ее, когда она пытается проникнуть в меня, выискать все мои желания. Это прямо как магия Подполья, и то, что у меня в животе, дышит огнем. Моя кожа горит от предвкушения, а палец дергается от жажды крови. Есть некоторые вещи, которые никогда не изменятся, когда дело доходит до этого занавеса. Моя потребность убивать всегда будет одной из таких вещей, особенно с занавесом и его притягательной магией здесь, на этой арене.

Я хочу сдаться. Я хочу позволить ему взять то, что он хочет, и я хочу вонзить свой клинок туда, куда он перенесет меня.

Но мне нужно вести себя разумно.

Я стискиваю зубы и расставляю ноги, чтобы принять устойчивую позицию.

— Уберите оружие, — приказываю я своим союзницам, всем им.

— Эти шторы используются в