Сплетня - Катя Саммер

Откидываю одеяло, поправляю перекрутившуюся пижамную рубашку и штаны – взяла с собой самый новый комплект, синий со звездочками, который купила с бешеной скидкой, так как оставался один размер – XS. Опускаю босые ноги на пол, и ступни утопают в мягком ковролине. М-м-м, это так по-другому. Диван не скрипит с надрывом, когда я встаю с него. Никто не храпит, Лизу вообще не слышно, потому что она укрыта с головой. Меня не сбивают с ног, обгоняя, чтобы занять очередь в ванную комнату. Захватив косметичку, я спокойно принимаю душ, а после провожу у зеркала с подсветкой (вау, подсветка!), где мне не мешают, минут пятнадцать, не меньше. Блаженство.

Собрав волосы в высокий хвост, я заканчиваю красить ресницы и возвращаюсь на кухню, которую от нашего спального места отделяет лишь барная стойка, чтобы набрать стакан воды из маленького крана со встроенным фильтром. У нас дома из-под крана пить никто не рискнет, если не хочет свалиться с кишечным расстройством. Усмехнувшись этой мысли, отталкиваюсь от раковины, расслабленно разворачиваюсь и… А-а-а! Выплевываю воду прямо на грудь полуголого Рафа, чьи штаны на завязках как будто едва держатся на бедрах и вот-вот… НЕ ТУДА СМОТРИШЬ, ЛАРИНА!

– Черт, прости! – пищу я, не ожидая его увидеть.

Он босой, как и я, подкрался бесшумно и незаметно. Напугал так, что сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Я тут же оглядываюсь в сторону, к счастью, спящей Лизы. Недолго думая, ставлю стакан в мойку и начинаю вытирать грудную клетку Романова руками. Размазываю влагу по крепким мышцам и… Черт! Соображаю, что делаю что-то не так, хватаю ручное полотенце с крючка на стене и продолжаю уже им.

Фух, получается. Не поднимаю глаз, потому что чувствую, как за мной молча наблюдают. В полутьме мои действия, наверное, выглядят странно. Особенно когда я резко отдергиваю руки, будто ошпарилась, а на самом деле засмотрелась на красиво очерченный пресс – без пошлости и перебора, словно аккуратно прорисованный кистью и… я снова делаю это! Дважды черт. Убираю руки за спину, сцепляю пальцы. Так и застываю перед ним – опустив голову вниз, будто сдаюсь.

– Красивая татуировка, – шепчу, точно зная, что на меня по-прежнему смотрят, и это ощущается не то чтобы комфортно, но.… В общем, сама напросилась. Я киваю на лилию под сердцем. Совсем не брутальную, как можно ожидать от популярного парня, а скорее нежную и воздушную. Только сейчас замечаю, что изогнутый тонкий стебель образует нечеткое размашистое «Лили», и становится грустно. – Я думала, мальчики бездумно бьют себе что покруче. Черепа там всякие… драконов…

Только после этих слов, переведя дыхание, я решаюсь взглянуть на Рафа.

– Драконов, – повторяет он за мной вроде бы без эмоций, но даже в полутьме я угадываю улыбку в уголках его губ.

– Типа того, но не это… – стараюсь говорить, не глядя на голый торс, чтобы не смущаться сильнее. – Это мило.

И вот я в какой-то степени называю парня милым, а он молчит в ответ. Бесит до стиснутых зубов его немногословность. Веты на него нет!

– Когда первый раз увидела, – болтаю, чтобы заполнить неловкую паузу, – думала, это просто цветок, и…

– Сказала, что я набил его в твою честь? Помню.

Он открывает рот, но легче не становится. Раф заставляет меня краснеть только сильнее. Я сейчас уже воспламенюсь!

– Ты рано встал. Идешь в универ? – Нужно молчать, но я задаю глупый вопрос. Почему он вообще должен на него отвечать? – Ты извини насчет вчерашнего. Мне правда не стоило лезть с этой женитьбой. Лиза, конечно, предложила ерунду полную, мы не станем изображать…

– Нет, не в универ, – отвечает Раф, привалившись бедром к стойке, из-за чего внизу на его животе выделяются косые мышцы. Он игнорирует мою тираду, и это к лучшему. – Отцу обещал помочь.

– О. – Застываю с раскрытым ртом, быстро соображая, что к чему. – Точно, Лиза что-то говорила…

– Сегодня я занят, но завтра можем с тобой заняться видеовизиткой к конкурсу.

– Отлично! – слишком громко и с преувеличенным энтузиазмом выдаю я. Оглядываюсь на Лизу, потому что боюсь разбудить ее. – Нет, это правда классно, – добавляю тише. – У меня до двенадцати-часу зачет по шрифтам, а потом я свободна и… Я рада, что ты предложил. Через неделю ее нужно сдать для проверки на цензуру, а я… У меня, если честно, нет идей, и я в небольшом шоке после того, как посмотрела прошлогодние клипы. Победители снимали видео в кабине вертолета! Но там и другие не отстают. Есть клипы со дна бассейна, где девочка изображала русалку. На колесе обозрения, куда я не полезу ни за что на свете. И на кабриолете красивое, так что я даже не знаю, что…

– Этот вопрос я беру на себя, хорошо? Не переживай.

Он, наверное, хотел сказать «не паникуй», но все равно звучит идеально.

– Тебе вся эта лишняя мишура точно не нужна.

– Почему? – удивляюсь я. На декорации ведь и расчет.

– Потому что ты будешь со мной.

Моргаю раз, два, прежде чем Раф широко улыбается, и я догадываюсь, что он шутит. Пихаю его в бок и тотчас отшатываюсь, потому что бьет током. В прямом смысле. Он тоже чувствует, потирает плоский живот. А затем ерошит волосы. Кажется, будто пытается занять руки, и я надеюсь, что ему тоже не по себе. Хотя что за глупости выдумываю? Такому, как Романов, не может быть не по себе рядом со мной, учитывая девушек, которые на него западают и вьются вокруг.

– Ну почему-у-у вы так рано не спи-и-ите.

Мы оба поворачиваем головы к Лизе, которая недовольно мычит в подушку. Копошится под одеялом, вроде бы ругает нас на чем свет стоит, потягивается, зевает.

– Дай телефон, – просит Раф, и я, отойдя к стойке и сняв его с зарядки, протягиваю ему. Боюсь, может найти что-то криминальное, но нет. Он лишь забивает цифры в мою телефонную книгу и делает дозвон себе. – Наберешь, как закончишь.

Я хлопаю глазами, соглашаясь.

– Тогда до завтра. – Он отталкивается от стойки, направляется в ванную комнату, и я задерживаю дыхание, когда проходит мимо. А Романов вдруг наклоняется и тихо говорит: – Красивая пижама, кстати.

На миг взглянув ему в глаза, обжигаюсь холодным огнем, который в них горит, и быстро шепчу «спасибо» в ответ. Не знаю, что в ней