Моя чужая королева - Лия Юмай

— Ты уверен? — спросил Макс.

Дэмиан кивнул:

— Мертвее не бывает.

Ограждать дам от неприятного зрелища оказалось бесполезным. Мы с ужасом смотрели на разодранное горло старика.

— Кто его так? — спросила Тория.

Макс слегка повернул голову набок, и его облик на время изменился. Медведь принюхался, рассматривая примятую траву. Вернув себе привычный вид, лорд Орсон доложил:

— На него напал лев. Он прятался в тех кустах, прыгнул. Убил почти моментально.

— Выходит, кто-то из братьев Ларса отомстил за его смерть, — сделал вывод я.

Миранда закрыла лицо ладонями. Её плечи судорожно вздрагивали. Макс обнял её молча, крепко прижимая к себе.

Миновав главные ворота, мы увидели, что город понемногу оживал. Уставшие прятаться в своих домах люди осторожно выходили на улицы. Они разбирали баррикады, взволнованно обсуждая отсутствие нежити, с опаской оглядываясь по сторонам, не веря, что всё позади.

— Ивор? — тихо позвала Тория.

Она сидела впереди, её волосы приятно щекотали мою шею. Я наклонился:

— Что, родная?

Голос её был слабым, почти прозрачным. Я чувствовал, как её хрупкое тело дрожит от истощения — она давно не ела, и если бы я не придерживал её, она бы уже соскользнула с седла.

— Что теперь будет? Мне нужно вернуться к Винценту...

— Нет. Не переживай ни о чём, прошу. Всё, что тебе нужно сейчас — это горячая еда и постель. Поняла? С Винцентом я разберусь сам. И со всем остальным тоже.

Лошадь медленно шагала по разбитой мостовой, а я сжимал поводья, глядя вперёд.

“Мы все живы — это главное”.

У дворцовых ворот я повернулся к Миранде:

— Леди Арнис, я прошу вас погостить во дворце. И вы можете оставаться здесь столько, сколько пожелаете.

Миранда ответила не сразу.

— Спасибо, Ваше Высочество. Я принимаю приглашение. Меньше всего мне хочется сейчас возвращаться... домой.

Макс бросил на меня благодарный взгляд.

***

На следующий день я собрался ехать в Аурению с официальным визитом.

— Что ты скажешь королю Винценту? Это же невозможно, просто забрать у него жену! — причитал Дарио.

— Ивор, тебе нужен план. Он у тебя есть? — беспокоился Максий.

В тронный зал вошёл Дэмиан. Кажется, на нём опять был новый костюм и белоснежная рубашка. Пахло от него дорогими духами и свежевыглаженной одеждой, как будто он готовился к светскому рауту.

— По какому поводу внеочередное собрание? — спросил он с улыбкой.

— Лорд Аридж, я еду в Аурению. Составите мне компанию? — спросил я его, зная наверняка, что не откажет.

— Разумеется! Какие вопросы? Ваше Высочество, а... зачем ножны и меч? — Дэмиан недоумённо смотрел на пристёгнутый к поясу меч. — Вы думаете, вам может не хватить того оружия, что вы можете призвать? Намечается грандиозная битва?

Не хотел я никому рассказывать, но всё равно пришлось бы рано или поздно.

— Я не могу призвать оружие. У меня нет магии, — своим тоном я намеревался показать, что проблема не так уж важна.

— Как это? Что случилось, Ивор? — напал на меня с вопросами брат.

— Когда это произошло? — спросил удивлённый Макс.

— Не волнуйтесь, я уверен, это временно. Там в пещере, когда мы потеряли друг друга, передо мной стоял выбор, и я его сделал.

“Теперь я постоянно буду видеть полные сочувствия глаза друзей. Вот как сейчас”.

— Да что вы смотрите на меня так, словно я неизлечимо болен! Отставить этот

щенячий взгляд! Сказал же, это временное явление!

Дарио и Макс отвели глаза в сторону. А Дэмиан поправил камзол и спросил бодрым тоном:

— Ну что, по коням?

Я собрался ответить, но тяжёлые дубовые двери распахнулись. В зал вошёл паж:

— Ваше высочество! Разрешите доложить! К вам пожаловали король Винцент со свитой!

— На ловца и зверь бежит, — изрёк Дарио, многозначительно глядя на меня.

— Проси короля Винцента одного. Свиту проводить в обеденный зал и подать напитки и закуски.

Я выпрямился, стараясь выглядеть спокойным.

Король Винцент вошёл в тронный зал. Стук его тяжелых сапог гулко раздавался по мраморному полу, невольно придавая важности посетителю. Он был облачён в чёрный камзол с золотой вышивкой. Перевязанная бинтами голова говорила о том, что король ещё не оправился от ранения, но ему не терпится вернуть свою законную жену.

Я нервничал. Все мои веские доводы со стороны наверняка казались лепетом влюблённого юнца. Но я знал, что не отступлю, что не отдам ему Торию, даже если придётся развязать войну. Где-то внутри всё-таки теплилась надежда, что до кровопролития не дойдёт.

— Ваше Высочество! Я приехал поблагодарить вас за помощь и гостеприимство и забрать королеву домой. Я, как видите, был ранен, и раньше приехать никак не мог. А теперь всё завершилось благополучно. Нежить исчезла, бомбисты арестованы.

— Прошу оставить меня с королём Винцентом наедине.

Дарио, и Макс проследовали к выходу, но Дэмиан задержался.

— Ваше Высочество, позвольте мне остаться, — его просьба после моего приказа выходила за рамки приличий. Но я понимал, что Дэмиан не будет без веских причин нарушать дворцовый этикет.

Поэтому я кивнул, и лорд Аридж занял место у трона.

— Ваше Величество, — начал я, стараясь говорить уверенно, — мне жаль, но королева Тория не поедет с вами. Теперь её дом здесь. Я прошу вас дать ей развод и очень надеюсь, что вы достаточно благоразумны, чтобы не поднимать шумиху и не провоцировать конфликт с Империей.

Если Винцент и удивился, то виду он не подал. Он стоял, сверля меня холодными глазами и раздумывая.

— Вы забываетесь, Ваше Высочество. Тория — моя законная супруга, наш брак скреплён клятвами перед лицом богов. Как вы посмели думать, что я дам ей развод? Она носит моего ребёнка!

Я невольно коснулся рукоятки меча, и этот жест не укрылся от цепкого взгляда Винцента.

— Тория носит под сердцем дитя от своего истинного, Ваше Величество. Это мой ребёнок.

Зал наполнился яростью, обжигающей всё вокруг невидимым пламенем. В руках короля появился огненный меч. И я, конечно, вытащил свой, чётко осознавая, что битва завершится моим поражением.

— Остановитесь! — Дэмиан вдруг стал между нами, разворачиваясь лицом к Винценту.

Он не призывал меч и не собирался сражаться.

— Ваше Величество, вы ведь знаете, что я собираюсь сказать? — начал лорд Аридж таким тоном, словно он обращался к старому знакомому, а не к разъярённому монарху.